"Гоблин-герой" - читать интересную книгу автора (Хайнс Джим К.)

1

Как так получается, что гоблины никогда не живут долго и счастливо до конца своих дней? Джиг Драконоубийца

На самом деле гоблин Джиг воином никогда не был. Его конечности напоминали тонкие голубовато-зеленые жерди, рваное ухо то и дело норовило свеситься набок, а клыки едва-едва выступали над верхней губой. Большую часть детства он провел, таская по всему логову горшок со зловонным месивом. Отвратный едкий запах дрянь-желе, служившего кормом для осветительных плошек, казалось, навсегда впитался в жалкую одежонку, волосы и даже кожу гоблина-коротышки. Кстати, дрянь-наряды не относились к числу самых мрачных его воспоминаний. О временах, проведенных за чисткой уборных, Джиг, например, старался вообще не думать.

Пережив прошлогоднее великое приключение, он не сильно изменился. Разве только кошмары стали преследовать. То явится оживший и очень голодный дракон Штраум, то Некромант наложит на него заклятие, отчего тело начинает сохнуть, пока не рассыплется в пыль. А то вдруг под одеяло набиваются гигантские черви-падальщики и…

Джиг затряс головой, разгоняя обступившие его видения. Короче говоря, он так и остался близоруким недомерком. Однако из драконьего логова этот недомерок вышел с одним могущественным даром – способностью исцелять.

Ввиду особенностей сложившегося в логове жизненного уклада, данное обстоятельство сделало Джига одним из самых занятых гоблинов.

Нынешний пациент, мускулистый здоровяк по имени Браф, обладал полным набором признаков, дающих право считаться воплощением идеала гоблинского вояки. Он был высок, силен и туп. Причем туп даже для гоблина. Ему каким-то образом удалось загнать правый клык себе же в левую ноздрю.

Джиг печально кивнул. Некоторым мало вознести глупость на новые высоты. Им требуется еще и расколотить ее, уронив на каменный пол.

Грязная тряпица, обмотанная вокруг головы несчастного, удерживала клык в неподвижности. Пропитываясь кровью вперемешку с иными сопутствующими жидкостями, ткань медленно приобретала темно-синий цвет. Браф осторожно провел по носу тыльной стороной ладони, ненадолго остановив кровотечение, уставился на размазанную по руке липкую субстанцию и вытер ее об едва не лопающуюся по швам кожаную жилетку.

– Уыэсить фмоышь? – гнусаво пробубнил он.

– Не разговаривай. – Джиг закрыл глаза. – «Сколько можно?»

Только ему дано было различить сдавленное хихиканье Тималуса Звездотеня, забытого бога Осенней звезды.

«Извини. Стараюсь как могу…» – Голос небожителя сорвался на звенящий хохот.

Джиг обрел Тималуса Звездотеня во время своего приключения год назад. Или, возможно, Звездотень обрел Джига. Именно он даровал гоблину способность к целительству. Джиг так до конца и не понял, какую выгоду из их сделки извлекает божество. В иные дни ему казалось, что бог Осенней звезды возится со всем этим исключительно для собственного увеселения.

«Как он ухитрился проделать с собой такое?» – поинтересовался Звездотень между приступами смеха.

«Браф – не самый острый клинок в нашем арсенале, – ответил Джиг. – Но, сдается мне, ему помогли».

Кто-то же перевязал его. Попытайся Браф справиться с этой задачей самостоятельно, он бы наверняка удавился.

«Гоблины. Ну почему именно гоблины?»

С того самого дня, когда голос забытого бога впервые зазвучал в его голове, Джигу то и дело приходилось выслушивать подобные жалобы. Теперь ему для приличия полагалось вступиться за сородичей, указав хотя бы на достигнутые за истекший год результаты. Одно только шаткое перемирие с хобгоблинами – обитателями дальних туннелей – чего стоит! А запечатанные внешние ворота? Ни один приключенец не проберется.

Взглянув на Брафа, он решил повременить с пламенной отповедью.

«Думаю, можно приступать», – сообщил Звездотень.

«Понял».

Джиг, игнорируя мозаику на потолке, пересек помещение маленького храма. Кусочки цветного стекла складывались в изображение забытого бога – невысокого светлокожего человека в черном одеянии с нашитыми по рукавам и штанинам серебряными бубенцами. Кисловатый дым от осветительных плошек колыхался вокруг изображения, никогда не касаясь бледного лица. На этом лице застыла ехидная ухмылка, которой с утра определенно не наблюдалось.

Подавив в себе желание поморщиться, Джиг возложил руку на нос пациента. Браф, как и полагается истинному гоблину, привлекательностью не отличался. Его кожу изрыла оспа, а распухший нос сильно смахивал на угнездившуюся в центре физиономии беременную жабу.

Звездотень вновь подавился смехом.

«А теперь он похож на жабу с большим желтым клыком в…»

– Не дергайся.

Джиг запрокинул страдальцу голову, просунул под повязку палец и замер на мгновение. Ладони слегка потеплели. Он нервно переступил с ноги на ногу. Устремляясь сквозь тело целителя, поток божественной силы каждый раз вызывал у гоблина такое ощущение, будто его раздувает изнутри.

Оранжевый огонек спланировал ему на предплечье и засеменил к носу Брафа. Джиг отдернул руку, прервав процесс излечения. Не хватало только, чтобы пациенту в ноздрю жук заполз. Он прихлопнул насекомое. Светящиеся внутренности размазались по руке, а над головой гудели крыльями уже два непрошеных гостя.

– Фто за фвари? – подал голос Браф.

– Не знаю. Появились с три недели назад. – Джиг замахал руками, стараясь отогнать жуков к паутине в углу храма. – И заткнись!

Насекомые отступили. Ладонь врачевателя со шлепком легла на раздутый нос Брафа.

«Аккуратнее», – напомнил лекарю Звездотень.

Мало-помалу преступный клык вытягивался наружу. Джиг старательно не замечал, как кровь вперемешку с соплями покрывает его ладони синей слизью. Кончик клыка, скребущий по внутренней поверхности ноздри, он также игнорировал, насколько хватало сил.

Тепла в Джиговых ладонях прибавлялось. Браф сомкнул веки. Пальцы казались опухшими клубнями, а вокруг головы пациента снова заплясали оранжевые жуки. Руки начало покалывать.

«Есть», – доложил Звездотень.

Клык покинул ноздрю, и нижняя челюсть с громким щелчком встала на место. Джиг отмахнулся от жуков, но промазал, обрызгав кровью мозаику с изображением божества и собственные очки.

– Так как же это получилось? – Он вытер линзы о штаны.

– Я на посту стоял, – ответил Браф. – И с напарником поспорил. Он сказал, что я не смогу нос клыком почесать, а я сказал, что смогу. А когда я спор выиграл, он мне с расстройства по челюсти двинул.

«Блестящий образчик гоблинской породы», – прокомментировал Звездотень.

– Ты ему небось показал, – заметил Джиг.

– Ага, – хохотнул Браф, почесал подбородок и поплелся к выходу из храма. Пригнувшись у низкой двери, он неуверенно притормозил. – Эй, ты только не говори никому, что я у тебя тут был. Кое-кто тебя не любит, и мне не хочется, чтоб они…

– Думали, будто ты обращался за помощью к задрыге? – натянутым тоном поинтересовался Джиг. За истекший год в храме перебывали почти все обитатели логова, иногда не по разу, однако ни один не желал этого признавать.

– Ага! – просиял Браф. – Точно. Спасибо!

Он исчез в туннеле так быстро, что Джиг не успел придумать, чем бы в него запустить. Некоторые вещи не меняются никогда. Неважно, сколько гоблинов он исцелил, сколько приключений пережил, он по-прежнему тощий, полуслепой заморыш.

Джиг уселся на алтарь, и тотчас по боковой стене взбежал темный в красных пятнышках паучок-огневка размером с ладонь. Гоблин вытянул руку. Паук безбоязненно перебрался на нее и привычно зашагал к изрядно обугленной кожаной подушечке, укрепленной на правом плече хозяина. Почуяв опасность, огненные пауки нагреваются. На теле у Джига имелось немало доказательств этой далеко не всегда приятной особенности их устройства. Несмотря на ожоги, Клякса все равно представлялся ему лучшим компаньоном по сравнению с большинством сородичей.

– На самом деле, – сообщил Джиг пауку, – все не так уж плохо. Не могут же они позволить себе роскошь убить меня. Кто станет латать их раны?

Он вздохнул, заметив размазанную по штанам кровь. Пожалуй, еще одним изменением к лучшему следовало бы назвать качество его одежды. Большую часть взрослой жизни Джиг провел в жалкой старой набедренной повязке, заскорузлой настолько, что при необходимости она могла использоваться вместо щита. Теперь он носил мягкие серые штаны и свободную черную рубаху. На боку висел старый меч, а на ногах красовались любимые сапоги из ярко-синей кожи с вытесненными по бокам языками алого пламени и белой меховой оторочкой поверху.

Главное, Джиг обзавелся очками. Большие аметистовые линзы позволяли ему видеть мир не хуже любого другого гоблина. Ну, за исключением бокового зрения. Стальная оправа, цепляясь дужками за остроконечные уши, не позволяла очкам упасть. Дужки получились не совсем как надо, и одной из них все время натирало больное ухо, разодранное в драке. Неважно. Способность видеть стоила такого крохотного неудобства.

А недавно Звездотень предложил еще одно дополнение к гардеробу – носки. Джиг извел кучу времени, пока уломал одного из детенышей сплести пару нитяных труб, а потом зашить их с одного конца, но результат оказался буквально даром богов. Больше никаких тебе волдырей, никаких темно-синих пятен там, где подошва истерлась, и, главное, сапоги больше не воняли так жутко, когда их приходилось снимать.

– Джиг? – Голос раздался из темноты туннеля, однако целитель узнал его без труда.

– Чего тебе, Века?

Века гордо внесла в храм свою изрядную, плотно завернутую в длинный черный плащ тушу. Широкоплечая и толсторукая, она не одного гоблина направила сюда без зубов или со сломанным носом.

Века работала в отстойнике, где из плесени, давленых светляков и едких грибов получалось дрянь-желе, и потому ее повсюду сопровождал запах гнили и разложения. Руки ее покрывали зеленоватые пятна, а глаза от едких испарений навсегда остались налитыми кровью.

– Ты не сотворил связующее заклятие, когда чинил Брафу нос. Как же у тебя все получилось?

В такт словам гоблинша ударяла об пол концом посоха. Удары сопровождались бряканьем навешанных на посох при помощи кожаных полосок и сплетенных волос стеклянных бусин, кусочков металла, а также странного предмета, по виду напоминающего засохший палец.

Посох и плащ служили бесспорным доказательством живейшего интереса их обладательницы ко всему, хоть сколько-нибудь связанному с волшебством и магией. К несчастью для Джига, данный интерес в немалой степени распространялся и на него.

– Отродясь не слыхивал ни про какое связующее заклятие, – буркнул он, спрыгивая с алтаря и направляясь к выходу из храма.

Века с дороги не убралась. Она даже не шелохнулась. Вскинув плотно сжатый кулак, гоблинша медленно распрямила пальцы. Тонкие, как нити, лучики образовали между ее пальцами еле заметную хрупкую паутину.

– Связывание – это способ, каким волшебник подключается к окружающим его магическим силам. Это первый шаг на пути к…

Один из оранжевых жуков приземлился Веке на ладонь. Связующее заклятие мгновенно угасло.

– Дурацкая тварь! – Она расплющила насекомое в лепешку.

– Века, я не…

Закончить ему начинающая чародейка не дала. Нахмурившись, она прислонила посох к стене и пошарила в своих одеяниях. Из внутреннего кармана плаща Века извлекла захватанную коричневую книгу. Когда-то давно обложка была оторвана и пришита заново. Многие страницы выпадали из переплета.

– Во второй главе Джоска говорит, что герой найдет проводника, наставника, который выведет его на трону. – Она замахнулась на Джига книгой, словно мечом. – Ты единственный гоблин, который хоть что-то знает о магии, и ты даже не…

– А кто это, Джоска? – спросил коротышка, слегка отступив назад.

Века постучала пальцами по обложке. Огромные серебряные буквы гласили:


ДЖОСКА

Тропа героя

Издание для магов


– Джоска говорит, что все герои следуют одной и той же тропой. Меняются только детали. Мне нужен наставник. Отказываясь учить меня магии, ты загораживаешь мне дорогу.

Оскалив зубы, она уставилась на целителя. Длинные нижние клыки производили впечатление свежезаточенных. Джиг отступил еще на шаг.

– Джоске следовало бы написать издание для гоблинов. В первой главе герой пускается в приключение. Во второй – погибает ужасной мучительной смертью.

– Ты выжил!

Гулкие шаги кого-то, бегущего по туннелю, избавили Джига от необходимости выдумывать ответ на столь тяжкое обвинение.

– Я тут забыл. – Браф протолкался мимо Веки. – Вождь хочет тебя видеть. Это насчет огра.

– Какого огра? – не понял Джиг.

– Того, который заявился сразу после того, как мне… – Браф покосился на Веку. – Он раскидал несколько стражников и сказал, что ищет Драконоубийцу. Вождь говорит, чтоб ты скорее приходил.

Джиг прикрыл один из заправленных дрянь-желе светильников и подхватил за ручку другой. Зеленый свет отражался от темно-красного обсидиана стен, пока он топал за Брафом по туннелям. Стук Векиного посоха следовал за ними по пятам.

– Как думаешь, чего ему надо? – спросил Браф.

– Меня больше беспокоит, как обойдется со мной вождь за то, что я недостаточно расторопно откликнулся на ее зов.

С тех самых пор, как Кралк захватила власть в логове, она неустанно искала способ избавиться от Джига. Целитель нахмурился, припомнив заключительную часть рассказа посыльного.

– Почему другие стражники не пришли лечиться?

– Какие стражники?

– Те, кого раскидал огр.

Браф заржал.

– Когда я шел к тебе, деды их со стен сошкрябывали.

Джиг сглотнул и перешел на бег.


Два бойца стерегли вход в главную пещеру. Веселый желто-зеленый свет из каменных плошек метался по стенам и потолку, то там, то тут выхватывая из темноты здоровенные пятна синей крови. Джиг не стал тратить время на их изучение и лишь прижал уши, входя в логово. Большую часть дня он провел в тишине храма, поэтому даже приглушенная нервозная болтовня пятисот обитателей пещеры теперь казалась ему громче привычного.

Клякса непрестанно ерзал на своем кожаном насесте. От жара паучьего тельца по шее у гоблина стекла щекотная капля пота. Хотя вряд ли Джигу требовалось предупреждение.

Заметить огра не составило труда. Он сидел, прислонившись спиной к дальней стене пещеры, окруженный кольцом воинов. Стальные клинки и длинные деревянные копья мелко дрожали – гоблины боролись с собственным страхом. Огр, со своей стороны, аналогичной проблемы, похоже, не испытывал вовсе.

Да и с чего бы? Его грубая зеленая шкура служила прекрасной защитой от большинства возможных ударов, а в могучей ладони без труда уместилась бы, к примеру, голова Джига. На полу он сидел… вероятно, потому, что стоять, упираясь макушкой в потолок, не слишком удобно. Зубы огра слегка уступали размером гоблинским клыкам, зато их количество и острота позволяли без лишнего напряжения откусить руку или ногу. Огр, не пользуясь никаким оружием, мог проложить себе путь через всю пещеру. И одному Звездотеню ведомо, каких дел он мог натворить, пустив в ход громадную, окованную медью дубину, покоившуюся у него поперек колен.

– Джиг! Вовремя же ты приволок сюда свою тощую задницу!

Кралк улыбалась. Джиг занервничал. Долговязая предводительница гоблинов носила ожерелье из зазубренных малахитовых спиц и гномскую, не по росту, кирасу. Плечи и м-м-м… грудную половину ее доспеха украшали металлические шипы. Кралк вдохновенно коллекционировала оружие. Увидеть ее с одним и тем же более двух дней подряд считалось редким событием. К целителю она двинулась, сопровождаемая лязгом привешенного к поясу пренеприятнейшего на вид моргенштерна.

Джиг не застал того момента, когда умер прежний вождь. В то время он пребывал в стадии пятого или шестого куплета «Песни о Джиге», где-то между сражением с Некромантом и ужасом перед драконом. По возвращении многие гоблины подначивали его заделаться главным, каковую перспективу Джиг нашел не менее привлекательной, чем станцевать нагишом перед туннельными котами.

В конечном итоге бороться за власть над логовом вызвались три кандидата. В день, назначенный для состязаний, один из троих не явился к завтраку. Еще двоих нашли чуть позже. Они лежали, свернувшись калачиком возле мусорной ямы, причем большая часть их крови находилась за пределами тел.

С тех пор Кралк пыталась избавиться от Джига. Она никогда не бросала ему открытого вызова. Нет, это всегда происходило так: «Джиг, в отстойник пробралась скальная змея. Не мог бы ты убить ее?» или «Джиг, Голака сварила супчик по новому рецепту. Не мог бы ты его попробовать?»

Естественно, Джиг всегда говорил «нет». Каждый отказ стоил ему кусочка репутации, усиливая власть Кралк над другими гоблинами и делая его жизнь все более скверной. Как она не понимает, что он не собирается лишать ее власти?

Голос огра заставил всех подпрыгнуть:

– Это и есть Драконоубийца?

Между огром и Джигом мгновенно образовался проход. Гоблины, словно кровь из раны, хлынули в стороны. Джиг погладил Кляксу по голове. Огненный паук заметно нагрелся, но руку не обжег. Непосредственная опасность пока отсутствовала.

Может, ему следовало солгать? Если отступить в сторону и ткнуть пальцем в Брафа? Огр непременно примет здоровяка за Джига Драконоубийцу.

Одного взгляда, брошенного на ухмыляющуюся Кралк, хватило, чтоб идея увяла на корню.

– Я Джиг!

По сравнению с ревом огра голос его прозвучал детским писком.

– Так это ты убил дракона Штраума?

Огр, подобрав дубину, направился к Джигу, сутулясь на ходу и пригибая голову. Джиг взглянул на Кралк и кивнул.

– Ты проткнул копьем глаз этому чудовищу?

Он снова кивнул.

– Ты? Это о тебе поют ту песню, о тебе…

– Да, обо мне! – рявкнул Джиг.

Его внезапная ярость погасла так же быстро, как и вспыхнула, ноги подкосились, и он едва не упал.

«Блестяще. Ору на огра. Почему бы теперь для разнообразия не врезать ему по яйцам?»

Огр опустился на колено, пристально взглянул сверху вниз на Джига, затем повернул голову к Кралк.

– Он словно игрушечный!

Собственные когти вонзились в ладони. Лучше выглядеть игрушкой, чем угрозой.

– Мне сказали, будто ты хотел со мной поговорить.

– Хочу. – Огр приблизился еще на один шаг. Теперь до него можно было дотянуться рукой.

Джиг, во всяком случае, смог бы, если б хотел. А сам огр мог сграбастать Джига за голову и треснуть о ближайшую стену, не разгибая локтя. Зеленая шкура сморщилась на громадном лбу.

– Нам нужна… – Гигант умолк, проглотив конец фразы.

– Что?

Лицо огра позеленело еще больше, почти сравнявшись цветом с плесенью на стене уборных.

– Помощь. Нам нужна помощь.

Джиг обалдело уставился на него. Каждое слово по отдельности он прекрасно понял, вот только мозг отказывался сложить их воедино. Огры пришли к гоблинам за помощью. Что дальше? Некромант восстанет из мертвых и примется разводить цветочки? Какого рода помощь? – спросил он наконец.

– Несколько месяцев назад в логове Штраума что-то завелось и принялось на нас охотиться. Сначала мы думали, что это хобгоблины, а может, и вы, гоблины, поэтому поднялись сюда и убили несколько ваших. – Он смущенно полупожал плечами. – Извините, так уж вышло.

Кралк шагнула ближе.

– Вы убили гораздо больше хобгоблинов, чем гоблинов. Для нас это услуга.

– Ясно. Если так, то вы согласитесь оказать нам ответную услугу. – Огр уставился на Джига. – Кто бы они ни были, у них магия. Много наших уже погибли. Другие попали в рабство. Теперь пришельцы охотятся за теми, кто остался, – за нашими семьями. Они укрылись в более глубоких туннелях.

Джиг в свое время имел дело с парочкой магов. Первый был его спутником в отряде приключенцев. Второй – внушающим ужас повелителем оживших мертвецов, феей по имени Некромант. Убить Джига пытались оба. Честно говоря, его также пытались убить некоторое количество не-магов, но в исполнении волшебников данное занятие выглядело как-то особенно мерзко.

– Мы слышали о тебе, – продолжал огр. – Ты ведь тоже владеешь магией, верно?

Джиг прекрасно понял, к чему идет дело, и во рту у него пересохло. Он слабо кивнул. Улыбка Кралк сделалась шире. Клякса отозвался на эту улыбку новым приливом жара. Тонкие струйки дыма устремились из-под паучьих лапок под потолок пещеры. Занятно, предводительницу гоблинов огненный паук боялся больше, чем огра. Джиг никогда не сомневался в умственных способностях Кляксы.

– Что скажешь? – промурлыкала Кралк.

Джиг сделал шаг назад. Из сложившейся ситуации непременно должен быть выход. Он резко обернулся и указал на Веку.

– А как насчет нее? Она умеет налагать связующее заклятие, и, кроме того, она хочет стать героем.

По передним рядам гоблинов прокатился смешок. То ли трусость Джига их так развеселила, то ли идея определить в герои толстую вонючую Веку. Что касается самой Веки, то ее улыбка вдруг сделалась почти такой же злокозненной, как и у долговязой предводительницы.

– Извини, Джиг. Если бы ты вовремя обучил меня магии, моего могущества хватило бы, чтобы оказать помощь, а в сложившихся обстоятельствах, боюсь, придется тебе все сделать самому.

– Но…

– Это твой путь, Джиг Драконоубийца, а не мой. – Века стукнула посохом об пол, взбрякнув бусинами и железками. – Герой должен проложить собственный путь. Как сказал отважный Дюк Хофман, который трансформировал себя, дабы спасти русалку Лириару: «Я выбрал свой путь, и это путь спрута».

– О чем она? – таращился на них огр. – Что такое спрут?

«Скажи «да»». – В голосе Звездотеня звучали спокойствие и твердость.

Джиг, наоборот, не ощущал ни того ни другого.

«Что? – Он закрыл глаза, стараясь отгородиться от остальной пещеры и сосредоточиться на Тималусе Звездотене. – Ты хочешь, чтобы я сказал «да»?»

«Я вижу не все, но могу тебе кое-что сказать. В твоем приятеле огре что-то не так. Какой-то осадок, какая-то едва ли не магическая тень. Там внизу творится нечто опасное. У тебя есть выбор, Джиг Драконоубийца. Ты можешь отправиться с огром и выяснить, что происходит, а можешь подождать, пока проблема не явится к тебе сама».

«Лучше бы подождать».

Звездотень не ответил.

Джиг вздохнул. Бог всегда говорил дело, когда называл Джига полным именем.

«Чего ты от меня ожидаешь? Это же огры! Если они не могут бороться с этой штукой, как же я…»

«Ты сражался с драконами, магами и приключенцами – и уцелел. Века странная, даже для гоблина, но она тоже права. Герой тот, кто находит путь».

«Кралк хочет меня убить! Она…»

«Или можешь отказаться. Скажи огру «нет», и увидишь, как он отреагирует».

Верно. Джиг посмотрел на огра.

– Я пойду, – пробормотал он.

– Великолепно! – Огр хлопнул его по плечу, сбив гоблина на землю. – Ой. Извини, что так получилось. Я забыл, какие вы, букашки, хрупкие. Ничего не сломал, надеюсь?

Он сгреб Джига за плечо и вздернул в стоячее положение.

Джиг отступил на шаг, проверяя руку. К счастью, огр ударил не по тому плечу, где сидел Клякса. Огневка свернулся в горячий шарик и уставился на огра. Затем медленно расправил лапы. С внезапной стремительностью Клякса пронесся у Джига по груди и сныкался в кошель на поясе, оставив у хозяина на рубашке цепочку дымных точек.

– Возьми Брафа для охраны, – ухмыльнулась Кралк. – Тот, кто охотится на огров, мог и не слышать «Песнь о Джиге». Вдруг они по ошибке примут тебя за чахлого труса и разорвут, прежде чем тебе представится шанс поведать им о своих великих деяниях.

Джиг глянул на Брафа. Тот ковырялся в болячке у себя на носу. Коротышка не мог решить, увеличатся ли его шансы на выживание, если он возьмет с собой этого тупицу, или ухудшатся. Здоровяк скорчил рожу и выдвинул вперед челюсть, используя кончик клыка, чтобы почесать внутри свежезалеченной ноздри. Определенно ухудшит.

– Еще кое-кто выразил желание пойти с тобой, – добавила Кралк.

– Иду-иду, – донесся из дальнего конца пещеры скрипучий старческий голос.

Кралк снова расплылась в улыбке.

– Джигу непременно понадобится нянька, должен же кто-то присматривать за ним.

Гоблины сдавленно хихикали, пока Грелл пробиралась сквозь толпу, чтобы присоединиться к Джигу. Если и существовал гоблин бесполезнее Брафа, так это Грелл.

Деревянные костыли, на которые она опиралась, вытерлись до блеска и пожелтели от хобгоблинской крови. Грелл превосходила по возрасту всех известных Джигу соплеменников, за возможным исключением кухарки Голаки. Но если Голака с годами становилась больше и злее, то Грелл усыхала, пока не сделалась почти такой же маленькой, как сам Джиг. Лицо ее напоминало сморщенный гнилой фрукт. Сколько Джиг себя помнил, Грелл работала в детской, и поколения гоблинских детенышей, у которых резались зубки, украсили ее руки сплошными шрамами. Рукава балахона Грелл пестрели темными пятнами. Джиг старался не думать об их происхождении.

– Ты уверена? – спросил Джиг. – Это опасно. Огры…

– Ха, огры! – воскликнула Грелл. Запах ее дыхания сделал сравнение с гнилым фруктом еще более уместным. Один из пожелтевших клыков обломился у самых десен, и от вони разложения Джига чуть не вырвало. – Проторчи с недельку в обществе двадцати трех гоблинских младенцев и еще девяти, которые только-только начинают ходить, и мы поговорим об опасности.

– Но…

Грелл ткнула Джига в грудь костылем.

– Послушай, мальчишка. Если я проведу еще хоть один день с этими чудовищами, я либо их поубиваю, либо, что более вероятно, они прикончат меня. Я отказываюсь подыхать, похороненная под кучей орущих сопливых ублюдков. Кралк согласилась дать мне передышку от обязанностей няньки, если я отправлюсь с тобой и этим зеленым болваном, поэтому я иду. Понял?

Джиг повернулся к огру, который наблюдал за перепалкой со все возрастающим скепсисом.

– Пойдем, – сказал Джиг.

«Пока еще кто-нибудь не вызвался нам «помочь»».


Они покинули логово, провожаемые смехом остальных гоблинов, резко смолкшим, когда огр развернулся и зарычал. Тишина выдавила у Джига слабую улыбку. Его спутники-гоблины хуже, чем бесполезны, но к присутствию огра он, пожалуй, сумеет привыкнуть.

Джиг внимательно оглядел обоих гоблинов.

– Ну и что это такое? – поинтересовался он, кивнув на предмет, зажатый в руке у Брафа.

– Да вроде оружие, – ответствовал тот. – Пару деньков назад сменял у одного хобгоблина.

Вышеупомянутое «оружие» представляло собой толстую деревянную палку длиной примерно с Джигову ногу. Один ее конец венчал бронзовый крюк, достаточно широкий, чтобы ухватить кого-нибудь за шею, другая половина оканчивалась зазубренным острием.

– Ты хоть разобрался, как им пользоваться?

– Не-а, сперва я решил дать ему имя. Я хотел назвать его Гребло. – Джига аж передернуло. – Но это не очень звучит, – продолжал Браф, вертя оружие в руках и проверяя ладонью остроту заточки. – Еще было название Гоблин-дубина. Это потому что я – гоблин. Но лучше всего ему подходит имя Багроклык. Видишь, здесь он вроде как багор, а здесь острый, как клык.

Огр за спиной у Джига хихикнул. Он наверняка мог переломить этот Багроклык одной левой.

– Припомнить бы еще, куда я свой щит засунул. Вчера за улейном он точно при мне был. Я его тогда заместо тарелки пользовал, а Меллок у меня все жареные нетопырьи крылышки тягал.

Лицо Грелл сморщилось более обычного. Встав поудобнее, она подняла один костыль и с громким стуком врезала Брафу по спине.

Тот даже не шелохнулся, зато сразу просветлел лицом.

– Спасибо, Грелл! – Выгнув шею, он погладил край висящего за спиной щита.

Джиг повернулся к огру.

– Как тебя зовут?

– Валланд Валландсон Четвертый.

– Что четвертый?

– Четвертый Валланд Валландсон.

Браф вытаращил глаза.

– А огры, что, не умеют имен придумывать? – Гневных взоров, адресованных ему Грелл, он напрочь не замечал и в результате заработал от нее подзатыльник.

– Это имя моего отца, – пояснил Валланд, сжимая и разжимая кулак. Костяшки пальцев огра издавали звук, схожий с хрустом ломающихся костей. – Он был Валланд Валландсон Третий. Его отец был Второй, а мой прадед был Валланд Валландсон Первый. Твое имя – твое наследство. Семья – это все. Любой, кто насмехается над именем Валландсонов, должен приготовиться к долгой мучительной смерти.

Последние слова он произнес, в упор глядя на Брафа.

– По-моему, это страшно неудобно, – сказала Грелл. – Вы, огры, только тем и заняты, что печетесь о собственных отпрысках. Когда вы находите время для других дел?

– Они не остаются юными навсегда, – пожал плечами Валланд и уставился на Джига. – Ну?

– Что ну?

– Мы идем?

– Ах да. – То, что ему теперь полагается отвечать еще за двоих гоблинов, как-то вылетело у Джига из головы. – Извини.

Он подхватил лампу… и замер в нерешительности. Пойти первым значило оставить за спиной двух гоблинов и одного огра. Валланд, если ему и вправду нужна помощь, скорее всего, ничего с ним делать не станет. Но эта парочка… В конце концов, они же гоблины. Хуже того, Кралк успела их проинструктировать еще до того, как Джиг явился в логово.

– Ты чего? – спросил Браф.

Не то чтобы Джиг в них сомневался. Как раз напротив, он не питал на их счет ни малейших иллюзий.

– Пытаюсь угадать, кому из вас велено со мной разделаться.

Он надеялся, что прямота заставит виноватого сознаться. Вместо этого Браф с Грелл переглянулись, затем потупились. Ни один не смотрел Джигу в глаза.

Джиг напрягся.

– Браф?

Браф поскреб нос.

– Кралк сказала, что порубает меня на кусочки и бросит в Голакин котел, если ты вернешься живым. Она думает, что ты хочешь ее убить и занять ее место.

– Почему бы тогда не натравить на меня все логово, а не только вас двоих? – Голос у Джига сделался тоньше обычного. С ним такое случалось на грани истерики. – А что она обещала тебе? – поинтересовался он у Грелл.

– Она сказала, если я тебя убью, она позаботится, чтобы мне никогда больше не пришлось работать в этой убогой вонючей детской.

– Ты не можешь этого сделать, – возразил Браф, вскидывая свой Багроклык. – Кралк мне велела его убить.

Ладонь Джига скользнула на рукоять собственного меча. С того места, где он стоял, Джиг, наверное, мог проткнуть Грелл, но Браф оставался недосягаем. Кроме того, Тималус Звездотень не одобрял ударов в спину. Джиг никогда этого не понимал, но у него хватало ума не спорить.

Валланд фыркнул и шагнул мимо Джига, слегка пихнув Брафа плечом, – тот отлетел к стене и приземлился на задницу, едва не насадив себя на собственное оружие.

– Да уж, надежный вы народ, гоблины, – проворчал Валланд.

Джиг не ответил. Несмотря на распространенное мнение, слово, обозначающее доверие, в гоблинском языке присутствовало. Оно происходило от слова «надежный», что по-гоблински означало еще и «мертвый».

Джиг всматривался в кожистое лицо огра, надеясь, что не совершает ошибку.

– Валланд пришел к нам за помощью, – сказал он. – Он спрашивал меня, Джига Драконоубийцу. – Тут он сузил глаза и, постаравшись принять как можно более грозный вид, повернулся к остальным гоблинам. – Представляю, как он расстроится, если что-то случится со мной до того, как мы им поможем.

Браф поднялся, потирая зад.

– Я не боюсь какого-то там огра, – заявил он, отчего Джигово мнение о его интеллекте упало еще ниже. Но здоровяк сунул свой Багроклык за висящий на спине щит и в драку не полез.

– Грелл? – повернулся Джиг к старой няньке. Та пожала плечами.

– Как я понимаю, ты, скорее всего, убьешься там, внизу, сам и избавишь меня от хлопот.

– Прекрасно.

От сознания ее вероятной правоты Джига мутило, словно он съел что-то, еще не до конца сдохшее. Подняв фонарь и направив шаг в глубь туннеля, он утешал себя единственной мыслью, что, какая бы смерть ни поджидала его впереди, остальные гоблины тоже ее не минуют.