"Сергей Алексеевич Баруздин. Тоня из Семеновки (Маленькие повести и рассказы) " - читать интересную книгу автора

берегу Оки, вся в зелени деревьев и кустарников. Со всех сторон, кроме
речной, к ней подступали леса дикие и саженые. Говорят, в старые времена
здесь находилось чье-то поместье и за лесами ухаживали всерьез. Но это
было давно, и леса выросли, смешались, и рядом со строгими рядами берез и
кленов поднялись ели и осины, рябины и дубы, а еще больше повырастало
калины и бузины. В лесах было много ландышей, ежевики и земляники, а
редкие поляны усыпало разноцветье с ромашками, колокольчиками,
одуванчиками и незабудками.
Дома в деревне разномастные. От изб, крытых соломой и дранкой, до
каменных домов под железом и черепицей, да еще три сарая-общежития -
приземистых, одноэтажных. К ним чаще всего и подъезжала полуторка,
единственная машина в совхозе, привозя и отвозя рабочих на дальние покосы
и торфяники. Зато в совхозе было много лошадей - крепких, выносливых
битюгов, которым здесь хорошо кормилось. Трав и сена хоть отбавляй!
Мы жили в деревне, а на работу ходили на станцию пешком всего за
полкилометра.
Там разгружали пустые бочки и ящики, а чаще мешки с солью -
тяжеленные, по шестьдесят килограммов штука. Со мной работали мальчишки,
такие же, как я, по четырнадцать-пятнадцать лет. Все они были здоровее и
крепче меня - и совхозные и, как я, городские, - хотя и я справлялся.
Правда, иные шутили: "Смотри не переломись!" - но я пропускал эти шутки,
поскольку чувствовал себя хотя бы ростом выше их, да и с мешками у меня
ладилось. Не отставал.
Деревенских мужчин в первые же недели и месяцы подмела война, и
работу в совхозе выполняли женщины да дети, как мы, а то и помладше,
школьники третьих - седьмых классов, в основном девчонки.
Пожалуй, война пока давала знать о себе только этим.


* * *

После работы мы мчались купаться. Берег Оки, в отличие от
противоположного, был тут высокий, крутой, поросший кустарником и старыми
ивами, и мы кубарем скатывались к воде. И глубина здесь приличная - по
горлышко.
В некотором отдалении от нас, слева, купались девчонки. Среди них я
сразу же заметил невысокую, крепкую, с тугими русыми косами и широким
лицом, которая была вроде старше других, но не настолько, чтобы особенно
выделяться. Может, лишь лифчик выделял ее, белый с тонкими бретельками, да
голубые трусики с красивым пятном-мячиком на боку. Остальные купались лишь
в трусах.
- Не заглядываться! - крикнула мне старшая в первый же день, когда мы
оказались на берегу.
И потом, после купания, не раз то ли в шутку, то ли всерьез
покрикивала нам:
- А ну-ка, мальчики, отвернитесь! Дайте переодеться!
Жара стояла невыносимая, какая-то удручающая, без единого облачка в
тихом небе, без дождей и гроз, и после изнурительной работы на станции
река казалась блаженством. Ока здесь была широка: метров пятьсот, а то и
больше до другого берега. Мальчишки почти все смело переплывали ее.