"Оноре де Бальзак. Первые шаги в жизни" - читать интересную книгу автора

загородных поездок, что местные извозные конторы успешно боролись с "малыми
дилижансами", как прозвали тушаровские кареты в отличие от "больших
дилижансов" с улицы Монмартра. В ту пору процветание конторы Тушаров
подстрекнуло людей предприимчивых. Для обслуживания даже самых
незначительных местечек в окрестностях Парижа стали возникать конторы
дилижансов; на десять лье в окружности развилась бешеная конкуренция между
красивыми, быстрыми, удобными каретами, отправлявшимися и прибывавшими по
расписанию. "Кукушка", потерпевшая поражение на расстояниях в четыре-шесть
лье, ограничилась короткими рейсами и просуществовала еще несколько лет. Она
сдалась, когда омнибусы доказали возможность перевозить сразу восемнадцать
человек в карете, запряженной парой лошадей. Если бы в наши дни на складе
старых экипажей случайно была обнаружена "кукушка", то внешний вид и
устройство этой тяжелой на подъем птицы привлекли бы внимание ученых,
подобно тому как остовы животных, найденные в каменоломнях на Монмартре,
заинтересовали Кювье.
Мелкие хозяева, которым угрожали ловкие дельцы, с 1822 года боровшиеся
с Тушарами, отцом и сыном, опирались на расположение привыкших к ним жителей
того местечка, которое они обслуживали. Обычно хозяин предприятия, он же и
кучер и владелец кареты, был вместе с тем и трактирщиком, хорошо знакомым с
коренными обитателями и местными условиями. Он ловко выполнял поручения,
брал умеренную плату за мелкие услуги и именно поэтому выручал больше, чем
фирма Тушаров. Он умел провозить спиртные напитки без разрешения, а в случае
надобности знал, как обойти правила о перевозке пассажиров. Словом, он
пользовался любовью простого народа. Поэтому, когда исконный содержатель
извозного предприятия, уступая новому конкуренту, начинал ездить в очередь с
ним, некоторые клиенты откладывали поездку до того дня, когда поедет старый
хозяин, хотя состояние его кареты и лошадей внушало мало доверия.
В свое время Тушары особенно стремились захватить в свои руки
транспортную линию между Парижем и Бомоном-на-Уазе, монополию на которую
усиленно оспаривали у них и теперь еще продолжают оспаривать конкуренты у их
преемников Тулузов; линия эта, по-видимому, особенно прибыльна, ибо в 1822
году ее одновременно обслуживали три конторы дилижансов. Напрасно "малые
дилижансы" снижали цены, напрасно увеличивали они число рейсов, напрасно
заказывали прекрасные кареты, - отделаться от конкурентов им не удалось:
очень уж доходна транспортная линия, на которой расположены такие местечки,
как Сен-Дени и Сен-Брис, такие деревни, как Пьерфит, Гроле, Экуэн, Понсель,
Муасель, Байе, Монсу, Мафлие, Франконвиль, Прэль, Нуэнтель, Нервиль и
другие. Тушарам пришлось удлинить до Шамбли рейсы своих почтовых карет.
Конкуренты последовали за ними в Шамбли. В наши дни контора Тулузов возит
уже до Бове.
От этой дороги, ведущей в Англию, отходит боковая дорога, которая
начинается от местечка, удачно прозванного "Кав" [Кав - по-французски
яма.], и идет по одной из самых очаровательных долин бассейна Уазы до
небольшого городка. Лиль-Адан, который пользуется двойной известностью: и
как колыбель угасшего рода Лиль-Аданов и как древняя резиденция
Бурбонов-Конти. Лиль-Адан - прелестный городок с двумя деревнями - Ножан и
Пармэн - по соседству, знаменитыми своими каменоломнями, поставляющими
материал для самых красивых новых зданий в Париж и за границу; так,
например, основания и капители колонн в Брюссельском театре сделаны из
ножанского камня. Хотя эта дорога и славится прекрасными видами и