"Константин Сергеевич Бадигин. С паровозами через Тихий океан (Записки капитана) " - читать интересную книгу автора

Бывший капитан теплохода, а теперь старший помощник Семен Евгеньевич
Никифоров при первом же разговоре стал меня уверять, что авария пустячная и
что все быстро и хорошо сделают в плавдоке.
Я был значительно моложе старшего помощника и по капитанскому стажу и
по возрасту. Это ставило меня в несколько неловкое положение, и я не счел
возможным вступать в обсуждение причин аварии.
На следующий день от начальника пароходства Федотова я получил
официальный приказ на ремонт в Совгавани и рейсовое задание.
Вечером меня ждал приятный сюрприз. Приехал мой старый друг, с которым
мы плавали еще матросами, Саша Аристов. Он совершил знаменитый рейс третьим
помощником на пароходе "Уэлен", вступившем в бой у берегов Австралии с
японской подводной лодкой. Самураи не обратили внимания на опознавательные
знаки Советского Союза, напали на советское судно, надеясь на
безнаказанность, но просчитались!
- Меня ранило в первой же атаке подводной лодки, -
рассказывал Саша Аристов. - Четвертым выстрелом японцы разбили две
лебедки, повредили палубную паровую магистраль, пробили в нескольких местах
палубу. Осколки продырявили переднюю стенку надстройки. Взрывной волной
свалило нашего капитана, ранило его в шею и правую руку. В общем, наделали
нам японцы дел, и всего за полторы минуты. Потом лодка погрузилась. Но наша
команда решила сражаться с ней до последнего. Орудийный расчет занял свои
места.
- Время было светлое?
- Какое там! Темнотища, время полуночное. Второй раз лодка всплыла
через сорок минут и выпустила два снаряда. Третий раз лодка всплыла совсем
близко - сто метров с левого борта. Пулеметчики сразу открыли огонь. Успели
выстрелить и два раза из пушки. Второй снаряд угодил прямо в лодку у
переднего края рубки. Ты учти, военных у нас не было, сами управились.
- Кто пушкой командовал?
- Второй помощник Мель, а наводчиком был машинист Николаев, ну, и
пулеметчики не подкачали. И врач, женщина у нас, Сергеева, молодец, умело и
быстро перевязывала раненых. Капитан Николай Никитич Малахов, несмотря на
раны, находился на мостике до самого прихода в порт.
Итак, мечта моя сбылась, я получил неплохой теплоход и был очень
счастлив. Мне и не снилось, сколько ждет меня впереди неприятностей и какую
трепку нервов испытаю я на первых порах.
Несколько часов я проверял карты и знакомился с лоцией приморского
берега. В штурманской было тихо. Два больших иллюминатора плотно задернуты
зелеными занавесками. Четко, с металлическим звоном отбивал полусекунды
хронометр, невидимый в своей бархатной пещерке.
Еще раз просмотрел список экипажа. Кроме Никифорова, старшего
помощника, в нем значились Николай Дудников вторым и Роза Гельфандт третьим
помощником. Старший радист - Сергей Лукьянчиков, Хорошее впечатление
произвели боцман Павел Пономарев из архангельских поморов и плотник Владимир
Апоницын. Секретарь партийной ячейки - старший моторист Яков Сидорович
Захарченко. Больше половины экипажа работали на теплоходе несколько лет, со
времени его постройки, и судно знали превосходно.
Утром мы в море. Минуем маяк Поворотный. Теплоход двигается на
северо-восток вдоль гористого берега. Один за другим слева по курсу
возникают в лиловой дали мысы, словно кто-то невидимый переставляет