"Евгений Пантелеевич Дубровин. Шотландский блокнот (Рассказы)" - читать интересную книгу автора

нее - ниточки следов. Значит, экипаж уже на местах. Стюардесса встречает нас
в самолете в теплом пальто и шапке.
- Скоро жарко будет, - улыбается она.
- Вы считаете, что мы попадем в ад, а не в рай? - осведомляется Юлий. -
Нехорошо-с. Стюардесса должна быть оптимисткой.
Вскоре действительно становится жарко. Мы летим возле самого солнца,
над белым небом. Высятся воздушные замки, текут молочные реки в кисельных
берегах, пасутся курчавые барашки. Иногда мимо пронесется баба-яга на метле
или китайский дракон. Сказочный мир. Так и кажется, что появится старикашка
бог в белом маскхалате, с нимбом и посмотрит на нас из-под руки.
Почти всех наших укачало. Лиля больше не похожа на руководителя группы.
Она - просто женщина, которая боится высоты. Руки вцепились в кресло, взгляд
устремлен на спасительный синий пакет. Увешанный аппаратами Алик
фотографирует носом потолок. Один лишь Юлий Цезарь острит.
- Сегодня я видел во сне мою умершую бабушку. Она всегда является перед
тем, как мне разбиться.
Я смотрю на работающее крыло. Оно дрожит от натуги. Кажется, посильней
ветер - и оно рассыплется на тысячи кусочков и заклепок. Вон уже отделился
довольно крупный кусок. Он наполовину вышел из паза и словно задумался,
выпадать ему или нет. Это так нужно или небрежность механика?
- Юлий, а Юлий, поди глянь.
Цезарь заглядывает в окно и слегка изменяется в лице.
- Кажется, мы падаем, - говорит он шепотом.
Я касаюсь лбом холодного стекла. Самолет явно идет на снижение.
Мелькают разорванные в клочья облака, сквозь них проступает чернота земли.
Странно... До Лондона еще сорок минут лёта.
Приближающуюся землю увидели и другие. В самолете - легкое возбуждение.
Даже Лиля оставляет свой пакет и тянется к окну.
- Пристегивайтесь к креслам. Может быть, поможет, - советует Юлий.
Земля все ближе. Уже отчетливо видны поля, дороги, домики городков.
Вдруг дверь кабины летчиков открывается и появляется улыбающаяся стюардесса.
- В Лондоне только что выпал полуметровый снег, - говорит она. - Такого
не было уже сто лет. Аэропорт реактивные самолеты не принимает. Мы садимся в
Амстердаме.
- Ура! - орет Юлька.
Каналы... каналы... каналы. Можно подумать, что мы повисли над Марсом.
Прямые, кривые, широкие, узкие. Продольные, поперечные. По каналам движутся
суда, по мостам проскакивают разноцветные тучки - автомобили - и уносятся за
горизонт, в туманную дымку.
Зеленые поля, красные аккуратные домики, серое море, синее небо, -
наверно, по этим местам бродили герои Андерсена.
Еще ниже. Тень от самолета бежит по крышам городков. Раз, два, три -
один городок, раз, два, три - другой... Черепичные крыши, остроконечные
башенки, декоративные садики, широкие массивные дороги. Добропорядочная,
аккуратная, упитанная Голландия ждала нас.
Толчок. Мелкая тряска. Опять толчок. Солнце. Зеленая трава. Голубые
тени. Неужели где-то еще есть снег?
Полтора часа, волнуясь, ждем в аэропорту вестей из Лондона. Генеральный
представитель Аэрофлота в Нидерландах, вежливый медлительный мужчина,
считает, что нам надо подождать оформлять визы в Голландию. Вдруг снег в