"Михаил Сергеевич Колесников. Таким был Рихард Зорге " - читать интересную книгу автора

будет ими владеть!" Сказано прямолинейно. Распространяется ли заявление на
чиновников министерства иностранных дел? Каждый беспокоился лично за себя,
за свое местечко. Над Токио дрожит синее-синее небо, курортный сезон в
разгаре; в воскресные дни почти вся немецкая колония выезжает на
фешенебельный морской курорт Камакуру. И даже как-то не верится, что там, в
фатерланде... Напрасно посол доктор Герберт фон Дирксен старался успокоить
приунывших чиновников. Никто не чувствовал твердой почвы под ногами. Даже
сам фон Дирксен.
Немецкая колония в Токио насчитывала около двух тысяч человек. Кроме
посольских сюда входили представители различных германских фирм, например
служащие фирмы "Иллиенс и К°", владельцы ресторанов и кабаре, дельцы,
коммивояжеры, врачи, семьи офицеров, стажирующихся в японских войсках,
работники торгпредства, сотрудники Германского информационного агентства -
ДНБ.
Вся эта разношерстная публика разделилась на три лагеря: на скептиков и
хулителей нового режима, на нейтральных и на откровенно фашиствующих.
Последние превратили ранее безобидный немецкий клуб, какие создаются в любом
иностранном государстве, где оказываются вместе хотя бы три немца, в центр
идеологической обработки членов колонии, стали устраивать здесь собрания,
вечера. Прежний уют в клубе, когда можно было, не задумываясь о политике,
пить пиво, есть сосиски и неторопливо играть в скат, растворился в
истерических выкриках наци, в шумных партийных сборищах.
Иногда из Нагои приезжал в Токио проведать жену стажер германской армии
в японских войсках некто подполковник Эйген Отт. Для всех он был загадочной
фигурой. Говорили, якобы Отта прочат в помощники военного атташе, что было
маловероятно, так как армейский офицер есть армейский офицер, и дипломат из
него, разумеется, не получится. В Японию Эйген Отт приехал не так давно.
Оставил молодую жену под присмотром посольских дам, а сам помчался в Нагою в
артиллерийский полк исполнять воинский долг. Когда в воскресные дни Отт
делал набеги на Токио, то сильно напивался, поносил "богемского ефрейтора" и
старался вызвать на откровенность других. Его сторонились, не без основания
считая абверовцем - военным разведчиком. Да и кем еще мог быть стажер в
иностранных войсках? Он сам распустил о себе слух, что будто бы
высокопоставленные покровители из генерального штаба постарались отправить
его подальше от третьего рейха, спасая от возможных неприятностей. Но в это
мало кто верил. Каждый держал язык за зубами, не зная, как повернутся
события. Информации английских, французских и американских газет и верили и
не верили. Газеты третьего рейха изображали все события в радужных тонах.
Всех приезжающих из Германии в посольстве встречали с болезненным интересом.
Хотелось получить новости из первых рук, расспросить очевидца.
Вот почему, когда 6 сентября 1033 года в строгих залах посольского
особняка появился прибывший "оттуда" аккредитованный в Японии корреспондент
германских газет "Франкфуртер цейтунг", "Берзен курир" и голландской
"Амстердам хандельсблад" Рихард Зорге, доктор государственно-правовых наук,
все потеряли дипломатическую сдержанность. Всего несколько часов назад
корреспондент сошел с океанского лайнера в Иокогамском порту, а очутившись в
Токио, конечно же, первым делом направился в германское посольство, чтобы
официально зарегистрироваться. Он вовсе и не ожидал, что к его скромной
особе будет проявлен столь бурный интерес. Впрочем, он скоро сообразил, что
сотрудников интересует не его особа, а события на родине. Посыпались