"Николай Иванович Костомаров. Повесть об освобождении Москвы от поляков в 1612 году и избрание царя Михаила " - читать интересную книгу автора

ханам, которые заложили себе столицу Сарай-город, в низовье Волги на берегу
реки Ахтубы. Горькая доля постигла Русь - чужая неволя. Мало того что
русские должны были платить дань татарскому хану, татары часто разъезжали по
русским городам и своевольствовали, как хотели.

Но, на счастье Руси, татары, во-первых, не истребили христианской
веры; во-вторых, их царство не долго было крепким, и лет через сто с
небольшим после нашествия татар на русские земли оно совсем расшаталось и
начало распадаться на части. Между тем святая вера сберегла силу русского
народа, и, когда пора приспела, русский народ показал ее. Татарская неволя
хоть и была в свое время тяжела, и без пользы для Руси не осталась: она была
для нее, словно обруч для расшатавшейся бочки; земли и княжения не знали над
собой крепкой власти, а теперь поневоле должны были признавать одного
господина над всеми - татарского хана; все ему должны были платить дань. Но
татарские ханы поверяли свою власть и сбор дани со всей Руси русскому
старейшему, или великому князю, и оттого власть этого князя стала вырастать
и начала зреть на Руси дума, чтоб Русь вся была единою державою, чтоб
старейший, или великий князь, был государь, хозяин, владелец целой Руси,
чтоб все: и князья, и простые люди - ему одному повиновались, его одного
знали за владыку, чтоб его воля, как Божия воля, уважалась всеми и всех
подвигала на дело. Невозможно было Руси выбиться из неволи, невозможно было
ей и наперед охранить себя от
иноплеменных завоевателей и разорителей до тех пор, пока русский край будет
разбит на

*перерождались
части и все части не будут знать над собой одной для всех верховной власти.

Лет через сто после нашествия татар , в XIV веке, явились и вырастали
на Руси два государства - Москва и Литва, стало два государя - московский и
литовский, а прежние земли и княжения с их князьями стали повиноваться -
иные Москве, другие Литве. Русь, таким образом, разделилась на две половины.
Но трудно было размежеваться этим половинам так, чтоб и той и другой были
собственно только ей принадлежащие земли и одна другой не трогала. И в той,
и в другой половине народ был русский. Были, правда, отличия, и не малые, да
все не такие, чтоб жившие под Литвою и под Москвою забыли, что они один
народ. Вера православная и там и здесь одна, язык церковный один,
разговорная речь сходственна. Окраины двух государств то и дело что
поступали то к одному, то к другому; а кому из князей, бояр или вообще
всякого звания людей не пригоже покажется жить в Московском государстве, тот
уезжает в Литовское, а кому в Литовском не хорошо - тот переселяется в
Московское. И пошло на то, что Москва и Литва хотели друг друга завоевать.
Но Литва соединилась с Польшею. Сначала это вышло так, что поляки
выбирали себе литовских государей одного за другим в короли, а потом, в XVI
веке, Польша с Литвою составила одно соединенное государство. Через это
Польша втянулась в спор с Москвою. Польша с Литвою стала для Московского
государства тем, чем прежде была для него одна Литва, а Московское
государство сделалось для Польши тем, чем прежде было для одной Литвы. Как
прежде Литва добивалась господствовать над всею Русью, так теперь уже не
одна Литва, но с нею и Польша того же добивалась.