"Аркадий Львов. Двор, книга 3 " - читать интересную книгу автора

- Пушкарь, ты слышал своими ушами, повторять не надо: доктор Ланда
возвращается домой.
Федя Пушкарь опять постучал, в этот раз громче. Иона понизил голос,
можно было думать, этим ограничится, но Пушкарь воспользовался тишиной,
чтобы вставить свое слово:
- Не кричи гоп, пока не перескочишь!
- Колхозник, - закричал весело в ответ Иона, - вертайся до своих коров
и свиней, там будешь давать свои советы! А сегодня заходи вечером, позови
Степу, выпьем за доктора Ланду и за Дегтяря, который не дожил!
Пушкарь ответил, хорошо, он зайдет, вчера он достал две большие
тараньки и рыбца, привезли из Николаева, а горилку пусть обеспечит Иона.
Зиновий хотел усадить отца за стол, чтобы вместе позавтракать, а то до
вечера, пока Пушкарь принесет свою тараньку, еще далеко, но Иона в ответ
замахал руками, нету ни одной свободной минуты, надо бежать к Бирюку и
напомнить этому фрицу, как он кричал на Чеперуху, что пойдет в энкавэдэ, и
пусть там выведут биндюжника Чеперуху на чистую воду.
- Батя, не дури, - Зиновий пытался остановить отца, но тот уже
захлопнул дверь, через открытую форточку можно было только услышать слова:
этот берлинец еще попляшет на коленях и весь двор будет свидетель, как он
просит, чтобы биндюжник Чеперуха простил его.
Слышно было, как в парадной цокают по чугунной лестнице тяжелые сапоги,
и через минуту в утренней тишине на весь двор раздался голос Чеперухи:
- Эй, майор, открывай свои двери: телеграмма от полковника Ланды, чтобы
майор Бирюк подготовил встречу!
Зиновий, когда услышал, набросил на себя макинтош, хотел немедленно
подняться наверх, увести отца, иначе наверняка разразится скандал, и майор
Бирюк будет прав на все сто процентов. Но вопреки ожиданиям никаких
голосов - ни громких, ни тихих - больше не было, видно, хозяин открыл двери,
впустил непрошеного гостя, и теперь разговор шел в квартире. Квартира есть
квартира, и врываться, как его отец, спозаранку к соседу Зиновий не мог
позволить себе, тем более по делу, которое к нему лично не имело отношения.
Слышно было, как Федя Пушкарь открыл свои двери, видимо, тоже стоял и
прислушивался, но, поскольку шум прекратился, через пару минут захлопнул.
Катерина, нечесаная, в ночной рубахе, вышла из другой комнаты,
уставилась на Зиновия:
- Ты чего караулишь? Слышала во сне папашин голос: своего друга Ланду
звал. А тот, - Катерина засмеялась, - в ответ звал к себе: "Давай, Иона,
сюда, здесь для тебя на нарах свободное место рядом, вдвоем веселее!"
Дурень, - Катерина подошла, прижалась, - говорила тебе: Гизеллу все равно
выселят, не спи, дергай в исполкоме за все ручки, пусть передадут квартиру
офицеру-инвалиду Зиновию Чеперухе, семья четыре человека. Ну не можешь сам,
скажи: не могу. Вдвоем будем теребить. Не хочешь вдвоем - сама пойду, одна.
Катерина взяла руками голову Зиновия, сказала, пусть не отворачивается,
пусть смотрит в глаза, Зиновий сбросил руки, посмотрел внимательно в глаза,
как будто испытывает, и произнес:
- Готовь, Катерина батьковна, хлеб-соль: полковник Ланда возвращается
домой.
- Шутишь! - воскликнула Катерина.
- Шучу, - сказал Зиновий, включил радио, комната наполнилась звонкими
пионерскими голосами: "И все мы в бой пойдем за власть Советов, все, как