"Ричард Сэпир, Уилл Мюррей. Последний алхимик (Дестроер)" - читать интересную книгу автора

- Так точно, сэр, - ответил Хесус Гомес. Он сидел неестественно прямо,
и слова, хотя и сорвались с его губ, но не шли от сердца.
- Вы каждый раз рискуете жизнью, когда идете на погружение, так что
можно считать, что мы с вами обсуждаем не риск как таковой, а его масштабы.
- Совершенно верно, мистер Колдуэлл.
- Сколько же вы хотели бы получить за большой риск?
- Могу я спросить, сэр, почему вы настаиваете на использовании
допотопного кислородного шланга, подключенного к стальному шлему, и
водолазного костюма? Кислородные шланги часто цепляются за обломки кораблей.
Водолазные костюмы излишне тяжелы. Сами по себе обломки и без того
достаточно опасны, что уж говорить о том, чтобы проникнуть внутрь, да еще
будучи привязанным к ненадежному шлангу с воздухом.
- Мне необходимо иметь с вами контакт на всем протяжении погружения.
- Сэр, чем вам не нравится акваланг? А связь с вами мы можем
поддерживать по телефону. Тогда я буду в безопасности. Вы получите то, что
хотите, и мы оба останемся довольны.
- Моя цена - пятнадцать тысяч долларов за неделю работы, - сказал
Харрисон Колдуэлл.
У него было узкое длинное лицо, благородный нос с горбинкой и темные
глаза с имперским выражением, которое ясно указывало окружающим на их, по
мнению Колдуэлла, место - место черни.
- Сэр, я сделаю это и за десять тысяч, только позвольте мне нырять в
своем снаряжении.
- Тридцать тысяч. И снаряжение - мое.
- Сэр...
- Сорок.
- Пятьдесят, - прибавил Хесус Гомес и, получив немедленно согласие
американца, отругал себя за то, что не запросил больше.
Но все же пятьдесят тысяч американских долларов за неделю - да это
больше, чем его отец заработал за всю жизнь! Хотя Хесусу Гомесу было уже
двадцать восемь лет, он, как мальчишка, хотел было поначалу утаить от отца
подлинный размах удачной сделки - он опасался, что отец будет недоволен, что
сын так дешево поставил свою жизнь.
- Хесус, - сказал отец, - пятьдесят тысяч американских долларов за
неделю работы - это слишком много. Это слишком много.
- Никогда не может быть слишком много.
- Может, может. Боюсь, как бы это не был наш с тобой последний
разговор.
- Мы еще увидимся, отец, и я буду богат. У нас будет новый дом, много
хорошего вина - мы станем покупать вино в бутылках, а не разливное, - у тебя
будут американские сигареты и французские сыры, которые ты когда-то
пробовал, когда ездил р большой город. А у мамы будет кружево на мантилью.
- Слишком много за неделю работы, - твердил отец. Это был глубокий
старик, который уже в сорок стал калекой, потому что всю жизнь нырял за
губками, а доставать их с каждым разом становилось все труднее, поэтому
нырять приходилось все дальше и глубже - и безо всякого снаряжения. Это был
старик, который растратил здоровье, чтоб за всю жизнь заработать, в
пересчете на американские деньги, не больше двенадцати тысяч.
Короче говоря, Хесус Гомес пошел на погружение, и вот, как и говорил
мистер Колдуэлл, ему предстал затонувший корабль и мертвецы.