"Михаил Шабалин. И звуки, и краски" - читать интересную книгу автора

века.
"Надо будет - все отменим!" - кричал подвижник Дан на форуме.
"Молодой да ранний"...- непонятно сказала о нем старая Сейя.
А Денко Дан - хороший парень. Он знает столько разных историй про
Великих Старцев и про страшную жизнь до Режима. Ведь это именно подвижник
Дан заметил, как здорово Беско пел на утреннике и дал ему карточку на дрова.
А еще Беско нравится директор. С виду страшный - весь в шрамах и
молчит. А путевку ему выписал в школу. Сейя очень боялась, что там, где
выписывают путевки, вспомнят, кто родители мальчика и... прямой путь тогда
для него в дрововозы. Или поставят надзирателем над телями, которых и бить
жалко, и в то же время опасно. Если, скажем, теля окажется за спиной
надзирателя, то он может броситься и задушить. Так, по крайней мере, говорят
ребята в школе. Если ты встретился с беглым телей в лесу, например, всегда
надо иметь при себе пучок сухой "заборонь-травы". А вот помогает ли
"заборонь-трава", если теля, скажем, оказался сзади? И как же он чувствует,
что это именно "заборонь".., а не "угрей-трава", когда он даже имени своего
не знает? И еще о директоре плохого писали, что он от тели отказался. А ему,
как директору школы положены даже двое: Он-теля и Она-теля. А вот поди ж ты,
отказался. И за домом следит сам, и поленницу сам кладет. Сейя, когда
вспоминает, как Беско путевку в школу получил, плачет и просит у всех десяти
Святых, чтобы они заботились о директоре. Непонятно, конечно, как могут
Святые заботиться о директоре, когда Режим и самих-то Святых отменил?
Говорится, что Святые - это выдумки темного забитого народа.
Нынешний директор такой старый, что наверно жил тогда, когда народ
выдумал этих Святых. Злые языки болтают даже, что однажды его самого чуть не
лишили памяти, и что он работал на карьерах вместе с телями. И что шрамы на
его лице - след взрыва в каменоломне. А другие люди говорят, что он был
летчиком и шрамы на лице - это ранение, полученное в честном бою. Разное
болтают люди. Поди разбери где правда, где вранье. Но одно, конечно, верно -
директор добрый. Был случай, о котором Беско не рассказал никому: ни Сейе,
ни Ли-Лин. Да и сам он не очень-то любил вспоминать о той истории, что
случилась года два назад.
Они пошли на поле после трудового десанта. Известное дело, что за
сборщики-десантники. Объявлены были заморозки и то, что осталось на земле
пропало бы так и так. Из замороженного баркуса разве газ перегонять... Они с
группой ребят уже подходили к кромке леса, вполголоса окликая друг друга в
подступавших сумерках, как вдруг из леса с гиком выскочили всадники с
нагайками. Беско, холодея животом, вспомнил, что за прошедшую декаду в школе
несколько раз объявляли: "За кражу добра Режима - особый закон". Видимо, эта
облава и была тем самым законом...
Беско повезло. Он сразу же скользнул вдоль огородов и не был замечен
кружащими по полю всадниками. И только тогда, когда выскочил на пустырь
перед школой, в погоню за ним припустили двое.
Слабея ногами и шевеля пересохшим ртом, Беско ввалился в ярко
освещенный коридор школы и столкнулся лицом к лицу с директором. Тот
несколько секунд смотрел на теряющего сознание Беско, после чего схватил его
за плечи и потащил в свой кабинет.
Парню было уже все равно. Мотая головой, он семенил вслед за директором
и не сопротивлялся, когда тот, распахнув дверцу одежного шкафа, втолкнул его
в пахнущую пылью тем- ? ноту. Сквозь неплотно прикрытую дверь, он видел как