"Сергей Щеглов. Восход на Аиде" - читать интересную книгу автора


Сергей ЩЕГЛОВ

ВОСХОД НА АИДЕ




1

"Запасайтесь, дьяволы, гробами,
сейчас стрелять буду!"
М. Зощенко

Издалека Аида красива. Искрящийся бриллиант в черной оправе, изредка
подмигивающий преломленным синим лучом.
Но видели ее такой немногие. Пилоты давно уже не верят в этом районе
своим глазам и на всякий случай отключают визуальные экраны. Голубой
гигант, не шутка.
А что до пассажиров, то их на Аиду не берут.
Это уже традиция. С тех пор как не удалось установить прямой трансфер
с Земли, Аида перестала значиться в расписании рейсов. И если верить
официальным документам, здесь работает только маленькая станция
регистрации аномальных явлений, устроиться на которую совершенно
невозможно.
Но если уж на Аиду берут пассажира, то исключительно во внутренние
каюты. Рядом с грузом. Обычная мера предосторожности - в один не слишком
удачный год три человека один за другим выпали случайно в открытый космос,
и причин этой случайности так и не нашли.
А что до красоты, поговаривают, что первая, теперь уже легендарная
экспедиция угодила в аварию именно из-за того, что весь экипаж, разинув
рты, глазел на панорамный экран.
Рассуждая так, пассажир протянул руку и попросил к экрану капитана
Скворцова.
- А нельзя ли мне, - осведомился он иронически, - поглядеть на
планету назначения?
- Еще насмотритесь, - хмуро ответил капитан. - Ничего там особенного
нет. Если еще что-нибудь понадобится, сообщите.
И экран погас.
Пассажир покачал головой, неторопливо прошелся из угла в угол. В его
тесном, наскоро приспособленном под каюту отсеке нарастал легкий шум.
Не верьте, что планетарные двигатели бесшумны; наверху их, конечно,
не слышно, но пассажир помещался в хвостовой части корабля.
И в этот рейс ему было скучно. Он летел один.
Делать было положительно нечего. От скуки пассажир давно уже царапал
стенное покрытие завалявшимся в кармане гвоздем. Там и тут пестрели
надписи: "Мыслю, следовательно, существую", "Чем хуже, тем лучше", "Аида
не приходит одна".
Пассажир предпочитал цитаты.
Внезапно взгляд его упал на почти стертую надпись, сделанную явно в