"Ежи Ставинский. Пингвин " - читать интересную книгу автора

Этот Адась Бончек давно уже ее обхаживает, а с ним его сателлиты -
Бояновский и Вализка. Я всегда держался от них подальше, но с ней-то они
были ниже травы, тише воды, а она постоянно смывалась от них, и Адася, этого
папенькиного сыночка, так и трясло от этого, не любил он не получать того,
что хотел иметь, очень не любил. Нынче, в субботу, он все-таки дорвался до
нее, и вот они шли вместе, а эту Магду Козакевич он отдал Бояновскому, она
ко всем добра. Адась шел рядом с Баськой, вел ее, как пойманную овцу, а она
не удирала, идет себе и идет на своих длинных ногах, и лицо, как всегда,
каменное. Они уже подходили ко мне, и в последнюю минуту, собрав всю силу
воли, я заставил себя отклеиться от доски объявлений.
- Адась, есть парочка новеньких твистов, - сказал я эдак небрежно.
- Ну так давай, - скомандовал Адась и протянул руку.
Я вынул из сумки пластинку, приготовленную именно на этот случай, но
Баська не проявила к ней ни малейшего интереса. Странно, девчонка с такими
ногами должна- отлично танцевать!
Адась взял пластинку, рассмотрел ее и засунул к себе в сумку с книгами.
- Но-но, только без таких штучек, - возразил я. - Этот кусочек
пластмассы стоит сто пятьдесят злотых.
- Я тебе выпишу чек, - ответил Адась, - а пока можешь выпить пивка, я
угощаю. Пошли, Баська.
Он обнял ее за плечи и потащил к павильону на углу, но она выскользнула
из-под его руки. Теперь можно было не отставать от них, у меня был предлог.
Я встал рядом с Баськой, Адась заказал шесть кружек. Чуть поодаль двое
пьянчуг поносили какого-то Мальца, этот Малец - кошмар, несчастье и зараза,
бегал к начальству, фискалил, делал вид, что болеет за работу, а на самом
деле был стервецом и вором.
Баська взяла кружку, не спеша поднесла к губам, глотнула раза два - у
нее была великолепная шея, длинная, стройная, гладкая, - потом слегка
поморщилась и отставила кружку. Остальные быстро выпили эту дрянь, вокруг
воняло кислятиной, я тоже отодвинул почти полную кружку, поставил ее рядом с
Баськиной, она взглянула на меня как-то серьезно, без улыбки, а я улыбнулся,
у нас было теперь кое-что общее - недопитые кружки с этой гадостью в вонючей
забегаловке, баре для нищих.
- Да уж, с пильзенским сие не спутаешь, - заявил Адась, отер рот,
вытащил горсть монет и небрежно, не считая, швырнул на стойку.
Он разыгрывал из себя этакого шикарного парня из кинофильма - в
присутствии Баськи ему было наплевать на злотый-другой. А она как будто даже
не заметила ничего или сделала вид, что не заметила, и мы пошли дальше.
- Холера! Ну и что? - спросил Адась.
- А ничего, - ответил Вализка.
- Нет у тебя сотняги? - спросил меня Адась. - Завтра отдам, завтра мой
старик возвращается из Бинго-Банго.
- Мои капиталы в банке, - пошутил я. Кажется, он считал меня круглым
идиотом.
- Что за жизнь без денег, - вздохнул Бояновский. - Да еще в субботу!
- Сплошное прозябание, - добавил Вализка.
- Я бы хотел быть старым, очень старым, усталым и слабым, иметь три
должности в разных местах сразу и чтоб у меня были разные консультации,
совещания и потиражные, - вздохнул Бояновский. - Тогда бы я все деньги
отдавал молодому двадцатилетнему сыну.