"Татьяна Тарасова. Небо для талисмана (роман-фэнтези) " - читать интересную книгу автора

спутались как волосы от ветра за день пути. Укладываясь на плащ, похищенный
им в том же деревенском трактире у пьяного делопроизводителя, следующего из
Иссантии в Канду за невестой, он ощутил вдруг некоторое беспокойство,
сходное с тем, какое вызывает обыкновенно чей-либо пристальный взгляд в
спину. Встав на колени, Дигон всмотрелся в ночную мглу, заодно напрягая
слух и обоняние. Но недвижимо было все вокруг. Редкие деревья стояли
твердо, не касаемые сейчас природными капризами вроде бури или
землетрясения; кусты чуть подрагивали от сырости и сквозняка; даже тени не
мелькнуло в свете языков пламени. И - тишина. Только вечные звуки, на кои
привык не обращать внимания человек, слышались отовсюду: шелест листьев и
стрекот цикад, шуршание мыши в траве и мягкий плеск волн Колота...
Беспокойство усилилось, колючими мурашками пробежав по мощным плечам и
рукам аккерийца. Он замер, пытаясь объять весь окружающий его мир, и в тот
же момент уловил в ночной музыке нечто лишнее, постороннее, а доносилось
сие со стороны реки. Не теряя и вздоха Дигон вскочил, пригнувшись, ринулся
к берегу Колота, оскальзываясь на влажной глине. От зацветшей воды тянуло
болотной хлябью; под ногами аккерийца чавкнула мокрая зелень, покрывшая
реку чуть не до половины. Но не успел он сделать и шага дальше, как колено
его наткнулось на что-то тяжелое и теплое. Протянув руки, Дигон ощупал
предмет. Под его сильными пальцами тот дернулся и заперхал - звуки были
вполне человеческие, хотя и довольно странные. Более не раздумывая,
аккериец ухватил находку за складки одежды и вытянул на берег.


* * *

Когда огонь, жарко и радостно взметнувшись от новой порции сухих
веток, осветил все вокруг, Дигон сумел как следует разглядеть свою добычу.
По правде говоря, ничего особенно ценного он не выловил. Крепко привязанный
к толстой и длинной доске, перед ним лежал рыжий парень лет восемнадцати и
таращил на своего спасителя круглые зеленые глаза с кошачьими вытянутыми
зрачками. Рот его был забит комком тряпок, но аккериец не спешил их
вытаскивать - по слухам багесские крестьяне поступали подобным образом с
буйнопомешанными, так что следовало прежде убедиться, что пленник не плюнет
в него или не укусит. Опять же по слухам Дигон знал: слюна безумцев
заразна, и если не хочешь стать таким же - держись от них подальше. А
посему он для начала снял веревку только с ног парня, подождал немного. Тот
явно не намеревался брыкаться и пинаться; он лишь слегка пошевелил
ступнями, разминая их, попробовал согнуть колени. Несколько вздохов спустя
Дигон разрезал все путы на его руках и тощем костлявом теле, а затем и
выдернул комок тряпок изо рта, на всякий случай все-таки отскочив на пару
шагов в сторону. В следующий же миг выяснилось, что незнакомцу, по всей
видимости, более мешал именно кляп, нежели веревки да и все плавание по
реке, ибо едва он избавился от затыкавших рот тряпок, как немедленно
огласил воздух отборными ругательствами на багесском, Хосийском и тимитском
языках. Дигон, который и сам обладал огромным запасом бранных слов разных
стран и народов, выслушал его с нескрываемым удовольствием: парень стоил
дюжины портовых грузчиков из Пашатура, где аккериец служил три года назад в
наемных войсках Патоса Агранского. Выдохшись, рыжий пододвинулся поближе к
костру, протянул к жару тонкие, но жилистые и крепкие руки, и соизволил