"Автор неизвестен "Тантрическая магия" [U]" - читать интересную книгу автора

он не любил вино, а Хисазул остаток бутылки - и легли спать
вдвоем на одну кровать. Спать так Ку Цуру не понравилось,
потому что Хисазул сильно храпел, а кровать была мягкой,
Ку Цур же привык спать на полу. Ночью Ку Цур туда и
перебрался, постелил свою куртку и лег на нее.
Но тут послышалось ворчание старухи Ко-нан: "Что это вы
там возитесь? Поди, драку затеяли?" Вслед за тем Конан вошла в
комнату, увидела на полу Ку Цура и неожиданно смягчилась.
- Вот ты где, пушистенький! Спрятался от бабушки, да? - и
бормоча еще какую-то ернуду, старуха подняла Ку Цура с пола
как какое-то перышко и понесла в свою комнату. Прийдя в себя,
Ку Цур попытался вырваться из объятий старухи, но не тут-то
было - старуха Конан оказалась настоящим богатырем. Она была,
наверное, раз в тридцать сильней Ку Цура! Крепко сжав его руки
и ноги, Конан положила Ку Цура себе на колени и начала
тормошить его и спрашивать приторным голосом:
- Отрежем яйки? А? Яйки отрежем?
Ку Цур, вне себя от ужаса стал вырываться, он даже
кусался и царапался, но старуха держала его крепко. Она
принялась качать его как ребенка и сюсюкать. Ку Цур неожиданно
сообразил, что стал понимать ее язык, хотя до этого не
разбирал ни слова. Он так удивился, что перестал
сопротивляться. А старуха еще немного потормошила Ку Цура,
подергала за волосы и усы и понесла на кухню. Там она положила
его на пол и сунула под нос миску, на дне которой было немного
молока. Ку Цур попытался уползти, но Конан прижала его к полу
и снова сунула молоко под нос. Ку Цур понял, что старуха
заставляет его пить из миски. Ему не хотелось делать этого,
но чтобы отвязаться, он стал лизать дно миски.
- Попил молочка? А? - спросила его старуха прежним
приторным голосом. - А рыбки будешь? - и она сунула ему под
нос несколько килек.
Рыба была сырой, и Ку Цур скривился - он не привык есть
сырую рыбу без соево-чесночной заливки, он любил только
соленую, если ее поджарить со специями и полить чесночным
соусом. Но старуха почему-то не догадалась полить рыбу острой
заливкой, она хотела, чтобы Ку Цур ел сырую и насильно сунула
ему одну кильку в рот. Ку Цур пожевал ее и выплюнул.
- Ах, ты барчук! - притворно погрозила старуха. - Что,
хочешь сметаны, да? Нет, ешь кильку, хрен тебе, а не сметана!
И Ку Цур, превозмогая себя, сжевал несколько сырых
рыбешек.
- Что, наелся? - спросила Конан. Она снова положила Ку
Цура на колени и, крепко зажав, опять стала грозить: - Отрежем
яйки? А?
Но Ку Цур уже не так сильно боялся, хотя от сумасшедшей
старухи можно было ждать чего угодно. Затем старая богатырша
сбросила Ку Цура на пол, выключила свет и захрапела. Ку Цур
еще немного полежал на полу и тихонечко, ползком, вернулся
в комнату к Хисазулу. Он лег рядом с ним и долго лежал, боясь