"Роджер Желязны. Последняя вечеря" - читать интересную книгу автора

Роджер Желязны

Последняя вечеря

Как чувствует себя музыка, когда ее оркеструют?
Поэма, когда ее пишут? Живопись...
Эти мысли витали в моем мозгу, но это были его мысли.

Я ощутил шероховатые и осторожные, словно кошачий язычок, прикосновения
его кисти, обводящей мои щеки, затемняющей бороду.
Он коснулся моих глаз, и они открылись. Сначала левый, потом - правый,
мгновенно.
Сознание включилось сразу и четко - никакого плывущего тумана, как это
бывает при внезапном пробуждении. Я тоже пристально вглядывался в его темные
глаза, сосредоточившиеся на моем лице. Он держал кисть бережно и мягко,
словно перо, и ноготь его большого пальца отливал радужным спектром
присохших красок.
Он стоял, любуясь мной.
- Да! - вздохнул он наконец. - Они правы! Вот - линии вины, стыда,
ужаса, и все они сходятся у этих властно притягивающих глаз. Но взгляд их
прям и тверд и они не боятся света, - продолжал он. - Они не дрогнут! И в
этом взоре - вся дерзость и боль Люцифера. Он не отведет этих глаз, когда
придет время обмакнуть хлеб в вино... Бороду надо сделать покраснее, -
добавил он.
- Но ненамного, - сказал я.
Он прищурился:
- Хотя и не слишком.
Он нежно дунул на мое лицо, затем закрыл меня занавесом.
"Сеанс через пятнадцать минут, - подумал он.- Придется прерваться".
Он мерил шагами студию здесь же, рядом. Я почувствовал, как он
закуривает.
- Миньон придет в десять.
- Миньон сейчас придет, - сказал я.
- Да. Я покажу тебя ей. Ей нравятся картины, а эта - лучшее из всего,
что мне до сих пор удавалось. Она не подозревает, что я способен на такое. Я
покажу ей это. Она, конечно, не разбирается в искусстве...
- О да.
Я услышал, как в дверь постучали. Он впустил ее. Я почувствовал, что он
возбужден.
- Вы всегда приходите вовремя, - сказал он.
Она засмеялась, и смех ее прозвучал мелодично, словно перезвон дорогих
часов.
- Всегда, - сказала она, - и до тех пор, пока портрет не будет закончен
и я не смогу взглянуть на него. Я очень прилежна.
"Она уже улыбается так, словно глядит с портрета,- размышлял он, вешая
ее пальто. - Сейчас она сидит в темном кресле. Темном, как ее волосы.
Зеленый твидовый костюм и серебряная брошь. Почему она не надела
бриллиантов? Они ведь у нее есть".
- А где бриллианты? - спросил я.
- А где бриллианты?