"Не забывай" - читать интересную книгу автора (Кендал Джулия)

1

Море было совершенно спокойным, лишь там, где нос лодки разрезал толщу воды, появлялась на мгновение мелкая рябь. Солнце выкатилось из-за горизонта несколько часов назад, но легкая прохлада все еще держалась в воздухе. Кейт сидела на палубе в голубой хлопчатобумажной рубашке, которая была ей велика, едва не касалась колен. Она вглядывалась в воду, совершенно не замечая поразительной голубизны Карибского моря, мысленно возвратившись в Нью-Йорк, и в который раз уже проигрывая в уме ту ужасную сцену с Дэвидом. Внезапный порыв ветра бросил веер брызг через поручни в лицо Кейт. Это оторвало ее от грез, и она, задыхаясь, нащупала полотенце в корзине. Щетка для волос, солнечные очки и другие мелочи выпали на палубу вместе с полотенцем.

– О, черт! – она вскочила и побежала за вещами. – И почему у меня такое чувство, что сегодня будет еще тот денек?

– Что ты имеешь в виду? – спросила Стефания, лениво подняв глаза и заметив проблему, с которой столкнулась Кейт. – О, понятно, – она милостиво отложила книгу и помогла Кейт собрать своенравные вещи. – Ну, а я вполне довольна началом дня. В конце концов, мы все же смогли дешево зафрахтовать лодку, и это после того, как в отеле предупреждали, что договариваться надо заранее. Думаю, мы проделали это просто гениально.

– По-видимому, дела всегда идут так, как они должны идти, когда я рядом с тобой, Стефи. Я убеждена, что ты родилась с серебряной ложкой во рту. Ты не прилагаешь никаких усилий, а все падает тебе прямо в руки. Ап! – Кейт как раз вовремя взглянула вверх и ловко поймала ключи от отеля, грубо брошенные в нее. – Конечно, быть амазонкой – это уже кое-что, не говоря о твоих способностях убеждать. Те бедные рыбаки никак не могли втащить нас в свою лодку. Если бы ты продержалась еще несколько секунд, думаю, мы смогли бы провести день на лодке бесплатно.

– Я бы не стала заходить так далеко. Они и впрямь выглядели так, будто деньги им пригодятся, но я не собиралась давать им столько, сколько требовали другие. Ведь эта лодка далеко не верх роскоши.

– Это, дорогая моя Стефи, типичное преуменьшение, – Кейт осмотрелась.

Лодка была рыбачья. Опора руля и промежутки для дополнительных штоков заполняли нос судна, а ниже находилась каюта, в которой виднелись щитки управления, стол и что-то вроде дивана. Ниже, полагала она, размещались спальные места. Остаток занимала широкая палуба с двумя стульями, прикрепленными к обшивке. Палуба была выкрашена в серо-стальной цвет, но краска облезла и пузырилась, а пластмассовые крышки на сиденьях покрывала плесень и трещины. Тяжелый запах рыбы поднимался от половых досок, и Кейт сморщила нос. Стефания засмеялась:

– Чем тебе не местный колорит? Странный, чарующий, неповторимый.

– Неповторимый, да. И не забудь про местный аромат. Он напоминает запах жира печени трески. Лодка, вероятно, на рыбьем клею.

– Скорее всего. Но наши деньги прокормят семьи тех двух мужчин в течение недели. Недаром они так хотели нас заполучить. – Стефания лениво зевнула, подняла книгу и уютно устроилась на одном из заплесневелых стульев.

– О, пожалуй, эта история чересчур обыденна для тебя. Я ожидала бы чего-то вроде притчи о безжалостных контрабандистах, заманивающих невинных молодых женщин в лодку, а потом продающих их белым рабовладельцам.

– Кейт, не так уж плохо! Я могла бы что-нибудь из этого сделать. – Стефания захлопнула книгу и напустила на себя задумчивый вид. – Посмотрим: романтическая роль, погоня в открытом море.

Кейт улыбнулась:

– Страшно не хочу признаваться, но я в самом деле скучала по тебе.

– Правда? – сухо спросила Стефания. – Если бы ты скучала, то могла быть чуточку менее отстраненной. Ты потребовала, чтобы я приехала, а теперь не обращаешь на меня внимания и не делаешь даже намека на то, что произошло. Ты не очень-то дружелюбна, знаешь ли. Не хочу лезть в чужие дела, но, очевидно, что-то происходит, и было бы неплохо знать, что.

Кейт охватило чувство вины. Стефания говорила правду, она вела себя не очень-то компанейски, а ведь Стефи ее ближайшая подруга! Она должна была хоть что-нибудь объяснить ей, несмотря на то, что не хотелось говорить об этом.

– Думаю, это немного слишком. Извини, Стефи.

– Не глупи, ты имеешь право быть настолько скрытной, насколько хочешь, но, признаюсь, я ждала хотя бы упоминания. Помнишь, ты обычно рассказывала о своих проблемах.

– Просто не хотелось нагружать тебя этими проблемами, – Кейт мимолетно улыбнулась. – Я знаю, как ты ненавидишь сценарии, если только не сама их пишешь.

– Глупости. Я ненавижу бессмысленные сцены. Это Дэвид?

– О, Стефи, все какой-то кошмар. Я... – Кейт сердито вытерла навернувшиеся слезы. – Ты видишь? Все сводится к тому, что я плачу на твоем плече. Совершенно бессмысленно.

Стефи спокойно посмотрела на Кейт:

– Я вовсе так не думаю. Вот что я тебе скажу, почему бы нам не позабыть обо всем и не провести прекрасный, беззаботный день. А за обедом расскажешь мне о себе и Дэвиде, ладно?

Небрежная манера Стефани, как ни странно, ободрила Кейт. Ей казалось, что чего она не вызывает к себе, так это симпатии. Она уже две недели жалеет себя, и это, конечно, никому не помогает.

– Ладно, я думаю, будет полезно поговорить об этом. Но, как ты говоришь, оставим это на потом. Нет никакой причины губить такой день. Хотя... – добавила она, обеспокоенно глядя в небо, – откуда-то налетел ветер. Надеюсь, он не превратится в шквал.

– Бог да поможет нам, если это будет так! Не думаю, что я забыла про тот ужасный канал, пересекающий нам путь домой из школы, где ты умудрялась проводить все эти длинные, незабываемые часы.

– Ну, хватит. Ты и понятия не имеешь, какое это проклятье – слабый желудок.

– Все это, Кейт, идет через сознание.

– Если бы так! – произнесла Кейт с чувством. – Машины, лодки, самолеты, все, что двигается вперед-назад, вверх-вниз слишком быстро... Я живу в постоянном страхе, что окажусь в нелепом положении. Ну ладно, хватит об этом. Я схожу за чем-нибудь горячим, чтобы согреться. Интересно, держат ли они что-нибудь в таком роде на этой посудине?

Кейт посмотрела на двух мужчин у мачты. Они спокойно разговаривали на каком-то непонятном языке.

– Привет, вы! – позвала она. – Эй, Юстис!

Один из мужчин повернулся и уставился вниз, его зубы белели в улыбке на привлекательном черном лице.

– Мисс? – он говорил по-английски с красивым певучим акцентом.

– Простите, нет ли у вас, случайно, кофе? Мы с подругой хотели бы немного согреться.

– Да, мисс, у нас есть свежий горячий кофе! – он поднял термос и помахал им. – Вы моментально согреетесь!

Его густой смех унес ветер, а Стефания зловеще улыбнулась:

– Хочешь пари: в кофе намешано что-нибудь дурное.

Кейт выкатила глаза. Минутой позже им налили две дымящиеся кружки кофе, Юстис вытащил бутылку белого яблочного рома из кармана своих старых шорт и спросил, широко ухмыляясь:

– Может быть, леди хотели добавить чуточку нашего островного яда в кофе?

Кейт залилась смехом:

– Налей нам всем чуточку!

– Какого дьявола ты делаешь с моим ромом, Юстис, и кто, черт возьми, те две особы, которых я явно не приглашал?

Кейт резко обернулась на звук быстрого британского говора и увидела высокого мужчину, косматого блондина лет около тридцати, небритого, с бородой примерно недельной давности, тонким носом и чрезвычайно голубыми глазами. Он прислонился к двери каюты, стоя со скрещенными руками, одетый в линялые джинсы и потертую рубаху, видавшую лучшие дни, также как и старые кожаные туфли. Выражение его лица было более чем неприятным.

– Леди замерзли, мистер Дристолл.

– Это совершенно неважно, милый друг. Я хотел бы услышать от тебя объяснения.

Кейт взглянула на него с негодованием:

– Подождите-ка минутку!

– Нет, дорогуша, это вы подождите...

– Я думаю, это мы заслуживаем от вас объяснений! Что вы делаете на нашей лодке? – Кейт скрестила руки на груди и стояла, глядя на незнакомца в упор.

– Мадам, так уж случилось, что эта лодка моя, и я не припоминаю, чтобы приглашал вас на борт, – он холодно смотрел на девушку.

– Это сделали ваши люди, мы наняли лодку на день, и вы определенно не входили в наше соглашение.

Незнакомец перевел взгляд на Юстиса:

– Ну?

– Да, сэр, Буж и я не знали, что вы вернетесь, и так как мы полагали, что вы здорово нуждаетесь в наличных, подумали, что могли бы подзаработать. Леди не заинтересованы в рыбалке, только в катании вокруг да около. Очень просто, правда? Откуда мы знали, что вы ночевали на лодке? Мы думали, у вас другие планы! – Юстис невинно ухмыльнулся. Было ясно, что он ничуть не взволнован допросом.

– К черту, Юстис! Это моя лодка и я сплю на ней, когда хочу! Более того, мои личные и финансовые проблемы – не твоего ума дело. Ты навязал мне этих чертовых девиц, а у меня убийственное похмелье! Что ты собираешься с этим делать?

– Немного рома с кофе могло бы помочь.

– О, прекрасно, – он повернулся и уставился на Кейт и Стефанию долгим спокойным взглядом. В конце концов он покачал головой: – Слишком поздно возвращаться, мы уже далеко. Придется мне терпеть вас в течение вашей маленькой идиллии. Саймон Дристолл к вашим услугам, – он насмешливо поклонился.

– Я Кейт Соамс, а это Стефания Мэтиссон. А вы, мистер Дристолл, неизбежное зло в нашей маленькой идиллии, я полагаю?

Он поднял бровь:

– Я думаю, существует довольно много людей, которые согласились бы с вами. Итак, вы отдыхаете не только в моей лодке, но и в Порт-Антонио?

– Да, по крайней мере, до сих пор. В данный момент я как бы вернулась в Нью-Йорк и поимела перебранку с таксистом.

– Ну и язычок у вас, мисс Соамс. Должен признать, до сих пор меня никто не сравнивал с таксистом, и уж тем более из Нью-Йорка. Придется подумать над моим имиджем. Ну, а пока вам придется простить меня. Мне надо принять меры, чтобы ублажит ьмое похмелье. Юстис, я хочу, чтобы ты сейчас же спустился, – его тон не терпел возражений. Юстис с извиняющейся улыбкой последовал за ним в каюту, слегка пожав плечами.

– О господи! – низким голосом воскликнула Стефания.

Кейт через силу улыбнулась:

– Что за вульгарный тип?

– О, прекрати ты читать Шекспира. Может быть, не такой уж он и вульгарный. За этими красными кругами вокруг глаз и шероховатой манерой скрывается что-то интересное.

– Нет, ты не можешь так думать, Стефи! Он самый гневливый мужчина из всех, с кем мне приходилось сталкиваться. Забирай его себе.

– Благодарю. Если не выгорит с тем австралийцем, которого я обрабатываю, я могла бы... Этот Саймон восхитительно выглядит и имеет могучие плечи. Но, должна сказать, мой Осей все-таки будет получше! – она перебросила свою гриву волос цвета соломы через плечо и подняла кружку к губам: – А что, не так уж и плохо! За тебя!

– Ты, как обычно, думаешь совсем не о том, и я не убеждена, что это подходящий тост.

– О, прекрати капризничать, Кейт, и давай, наконец, наслаждаться обещанным счастливым днем.

Саймон непременно переменится, когда справится со своей головной болью.

– Я тоже так думаю, хотя манеры его безусловно нуждаются в некоторой шлифовке, – ехидно заметила Кейт.

– Забудь об этом. Проведи с ним полчаса, и он будет кротким, как ягненок, и встанет на голову из-за тебя. Они все таковы, знаешь ли, надо только улыбаться вместо того, чтобы взрываться ракетой. – Стефания слегка тронула Кейт за руку.

Кейт пожала плечами и перегнулась через поручни, сосредоточившись на кильватере. Стефания присоединилась к ней:

– Кейт, в чем дело? Где твое чувство юмора? Оно ведь никогда не изменяло тебе, даже если все вокруг разваливалось. Ты изменилась, малышка, и не только благодаря стрижке. Я не могу поверить, что только проблемы с Дэвидом тому причиной.

– Не знаю, о чем ты, Стефи. Я такая же, как всегда, только немного несчастлива в данный момент.

– Нет, я знаю, о чем говорю. Ты всегда надо всем смеялась. Вот сейчас, например. Бедному мистеру Дристоллу здорово досталось бы, если бы ты раньше нашла его достойным осмеяния. Похоже, вся твоя веселость куда-то исчезла?

Кейт тревожно посмотрела на Стефанию:

– Ты так думаешь? Может быть, это от чрезмерного общения в дипломатических кругах. Я, вероятно, слишком долго вела себя хорошо.

– Может быть. Знаешь, ты никогда не была сама собой рядом с отцом. Я ничего тебе не говорила, но ты уверена, что это была хорошая мысль – вернуться в Америку?

– О, Стефи, он нуждался во мне. Ты ведь знаешь, как одинок он был с тех пор, как умерла мама. Думаю, он ужасно боялся ехать домой один, в тот пустой огромный дом. Он так хотел, чтоб я была рядом. Что было делать? Сказать, чтобы он уезжал?

– Может, это было бы не так уж плохо, – сказала Стефи осторожно. – По-видимому, два года, что ты не была в Англии, не принесли тебе ничего хорошего. Во всяком случае, мы все скучали без тебя.

Кейт улыбнулась:

– Спасибо. Я тоже скучала без вас, больше, чем вы думаете. Когда-то могла пойти на изумительный обед к Элизабет, потом бродить по саду с воскресной «Таймс», размышлять над кроссвордом, спешить обратно в Лондон, чтобы успеть добраться домой до часа пик. Помнишь?

– Конечно, помню. Уик-энды в доме твоей крестной питали меня до конца недели. Но что это, ностальгия? – усмехнулась Стефания.

– Может быть, чуть-чуть. Думаю, что могла бы использовать мудрые советы Элизабет прямо сейчас, – Кейт задумчиво смотрела вдаль.

– Я тоже так думаю, но для начала немного успокойся.

– Спасибо, Стефи. Я не очень-то веселая, но не волнуйся, все будет в порядке.

– Ты думаешь? Ну а сейчас окажи мне любезность, забудь о проблемах до вечера. А почему бы тебе не осчастливить нашего похмельного друга?

– О, бедный ягненок, – сказала Кейт с ухмылкой.

– А вот это уже больше похоже на Кейт, которую я знаю, – Стефания опять принялась за книгу.

– Ну, Юстис, может быть, ты, наконец, расскажешь правду. Я уверен, что история будет прехорошенькой.

Саймон шагнул в каюту, протирая глаза.

– Честно говоря, я не знал, что делать. Примерно через час после того, как вы пошли спать, я кончил кодировать передачи и пошел наверх. На набережной было совсем немного людей, и в том числе человек, который мне не понравился. Он осторожно наблюдал за лодкой.

– Как он выглядел?

– Около шести футов, примерно тридцати лет, белокожий, темные глаза и волосы. Одет небрежно и все время стоял в стороне, но что-то в его поведении было подозрительно. Затем подошли две женщины и спросили, можно ли нанять лодку. Когда они поднялись на борт, мужчина выглядел здорово удивленным, а затем отвернулся. Как вы понимаете, женщины в данных обстоятельствах были хорошим алиби для нас, поэтому я и сказал, что лодка в их распоряжении. Я решил, что, если он и подозревал нас в чем-то, то мы от него таким образом бы отделались. Не было времени будить вас, а поскольку все было сделано, не было и смысла. Вы и так очень мало спали за последние несколько дней.

– Было не до сна. Все почти кончено, а мы едва имеем то, что нужно. Боже, этот жуткий Эрхардер просто коварное насекомое, и я буду чертовски удивлен, если он окажется здесь. До сих пор никаких следов, и я уже не знаю, где искать. – Саймон прислонился к стене и задумался на мгновение. – Ты быстро сориентировался, Юстис. Если это был кто-то по нашу душу из Группы, надеюсь, ты от него отделался. Иначе мы в большой беде. Могу поклясться, что до сих пор мне не мешали, и, вполне возможно, что человек, которого ты видел, был там случайно. Однако, если увидишь его снова, возьми на заметку.

– Я смотрю в оба, можете на меня рассчитывать.

– Знаешь, Юстис, – медленно сказал Саймон, – нужно извлечь выгоду из ситуации. Ты говоришь, леди наняли лодку на весь день? Хорошо... Мы должны держать кого-то у радио, пока передача не пройдет. Втроем сделать это нетрудно. Может быть, это не так уж плохо, весьма удобное прикрытие. Если, конечно, наши подруги наверху не часть той организации.

– Трудно представить, чтобы они были оттуда. Надо было видеть, как они торговались. Пришлось практически затащить их в лодку.

– И сколько же мы на этом заработали?

– Десять долларов, – ухмыльнулся Юстис.

– Восхитительно. Это позволит нам сегодня пообедать. Так откуда появились Белая и Красная Розы?

– Буквально ниоткуда, настолько внезапно. Но вряд ли что-нибудь кроется за этим.

– Ну, меня уже ничто не удивит. Надеюсь, с девицами все чисто, но в любом случае постараюсь выяснить что-нибудь о них. Если они из Группы, это будет катастрофа, и отнюдь не первая в моей жизни. Смотри в оба. А я еще немного посплю. Если что, разбуди меня и, ради бога, не разрешай им сюда спускаться. Пошли Бужа к радио, – он скинул туфли, лег и почти мгновенно заснул.

Около полудня Буж вышел из каюты и направился к вышке. Он спокойно посовещался с Юстисом, показывая на северо-восток. Ветер значительно усилился, и небо потемнело. Маленькую лодку здорово качало на гребешках волн, которые появились почти ниоткуда.

Лицо Кейт заметно побледнело, руки сильно сжимали поручни. Стефания с тревогой наблюдала за ней, изо всех сил стараясь подбодрить подругу.

– Я однажды поклялась, что покину судно, если ты когда-нибудь снова это сделаешь. Давай, встряхнись, я с тобой.

– Поверь мне, я стараюсь. О, господи, может быть, тебе стоит оставить меня в покое?

– Не волнуйся, я не такая уж крыса! Тебе нужно было только быстро поплыть к берегу, и ты оказалась бы там в мгновение ока!

Лицо Кейт внезапно позеленело, и разговор прекратился, так как она перегнулась через борт лодки. В то же мгновение небо разверзлось, и полил дождь, сильно стуча по палубе.

– Буж! – замычал Саймон из каюты, и Буж бросился вниз.

– Извините, сэр, боюсь, что маленьким судам давали штормовое предупреждение и нам будет трудновато. Юстис поворачивает лодку к берегу, – его лицо выражало озабоченность.

– Ладно, чем идти в залив, давайте лучше возьмем курс на одну из бухточек, которые должны быть примерно в полумиле отсюда, если я правильно помню. Проверь по карте, а потом спустись вниз, прикрой оборудование, явно не соответствующее маленькой рыбачьей лодке и ее обедневшему владельцу. Разбросай вокруг немного одежды. Ничего не поделаешь, придется привести девушек в каюту. Какая неудача! – Саймон стиснул зубы.

– Ну, леди, идите-ка внутрь! – крикнул Буж. – Только идиоты сидят на палубе в бурю.

– Мистер Дристолл! – закричала Стефания сквозь завывания ветра. – Боюсь, что у Кейт морская болезнь и она отказывается сдвинуться с места.

– Понятно, идите внутрь, мисс Мэтиссон, а я позабочусь о ней.

Стефания направилась в каюту, кинув обеспокоенный взгляд назад. Саймон натянул тяжелую клеенчатую куртку и вышел к Кейт. Он увидел, что девушка прильнула к перилам и явно не хотела, чтобы ее трогали. Впрочем, в данный момент это было бы невозможной задачей.

– Ничего, – мягко сказал он, когда Кейт выпрямилась. – Позвольте отвести вас внутрь. Знаю, вы ужасно плохо себя чувствуете, но в каюте есть таз, который вы можете использовать, сколько хотите. Ни за что не стал бы вас беспокоить, но здесь действительно небезопасно.

Девушка застонала, а Саймон вытащил платок из куртки и протянул ей.

– Пойдемте, вы ведь хорошая девочка. В каюте есть лекарство, которое непременно поможет вам.

Лишь упоминание о чем-то, что могло положить конец ее страданиям, убедило Кейт оторваться от поручней. Саймон наполовину поддерживал, наполовину нес ее вниз к спальным отсекам. И хотя куртка Саймона выглядела значительно хуже в конце путешествия, чем в начале, Кейт была слишком нездорова для того, чтобы заметить это. Ее бережно положили на скамье, обернули одеялом поверх мокрой рубашки и купальника, а таз поставили прямо на колени. В течение получаса на нее, к счастью, не обращали внимания, и в конце концов худшее было позади. Когда Кейт открыла глаза, она увидела лицо Саймона.

– Когда вы почувствуете, что сможете, – сказал он, – проглотите эти таблетки. Они сделают вас сонной, – он без слов убрал одеяло, сдернул мокрую рубашку, быстро растер ее полотенцем и снова укрыл одеялом.

– Спасибо, – только и могла сказать Кейт, будучи совершенно отстраненной от всего.

– Не за что, такое бывает со многими и при значительно меньшем шторме. Мы скоро встанем на якорь, так что вам полегчает. Запейте это водой, – он поставил чашку с водой ей на ладонь, и она благодарно проглотила лекарство, затем поставила чашку и откинулась на подушки, ощущая бесконечную слабость и усталость.

– Может быть, вы действительно в некотором роде ягненок, – прошептала она.

– Простите? – Саймона явно смутило подобное заключение. – Я думал, что больше похож на нью-йоркского таксиста.

– Я так сказала? Как грубо с моей стороны, – ее глаза слипались и лишь на мгновенье приоткрылись. Кейт улыбнулась сонно и глупо, пробормотав: «Аполло, ягненок». Затем она заснула.

Саймон смотрел на нее ошеломленно:

– Аполло – ягненок? И человек этот стал богом, – сказал он мягко и покачал головой, широко улыбаясь. – Из тебя никудышная шпионка, милая моя.

И он вернулся к радио, позабавленный неожиданным поворотом событий.