"Задание: Лунная девушка" - читать интересную книгу автора (Айронс Эдвард)

Эдвард Эронс Задание: Лунная девушка

1

Она ощутила присутствие тигра еще до того, как его увидела. Сумрачная пещера насквозь пропиталась кошачьим запахом. Она стала пробираться вдоль шероховатых известняковых стен, оцарапав при этом бока и бедра, и наконец заметила светящиеся зеленые глаза зверя, вылезавшего из логова. Тигр зарычал, предлагая ей держаться подальше от его прохладного убежища. Но оставаться в яме дольше не было сил, ведь уже всходило солнце. Она не выдержит еще одного дня. Она должна отдохнуть или умереть.

– Пожалуйста, – шепнула она зверю, – прошу тебя, разреши мне остаться.

Молодой тигр был не слишком крупным, примерно ее веса, с характерными полосками редких хирканианских тигров, на которых в древние времена охотились Сассаниды. Он не был голоден. Еду бросали в яму для них обоих. Но в покое он ее не оставлял. Он вел себя как сторожевой пес, приученный следить за каждым ее движением, готовый яростно наброситься при любой попытке проникнуть в тень пещеры. Затаившись, он следил за ней своими изумрудными глазами.

– Пожалуйста, – опять прошептала она, – позволь мне только спрятаться от солнца.

Она попятилась назад, и это ему понравилось, хотя при ее виде от него сильнее тянуло мускусным кошачьим запахом. Хорошо, что засохла кровь на бедре, которое он оцарапал ей вчера. Или это случилось днем раньше? Она не знала. Она потеряла счет времени.

Она не знала, где находится, как сюда попала и почему ее держат в заточении.

Ее мысли испепелились на солнце, разбились вдребезги, как льдинки в морозную ночь, застыли в столь непостижимом для ума положении, в котором она оказалась. Поначалу она пыталась рационально, по-научному осмыслить ситуацию, но не смогла отыскать ни начала, ни конца. Возможно, она сошла с ума, и единственный неопровержимый факт – она, как бы там ни было, жива, хотя подверглась действию какого-то совершенно невероятного явления, в результате чего и попала сюда.

Она уцепилась за фразу, которая крутилась и крутилась у нее в мозгу.

"МенязовутТаняУспаннаяиябыланаЛуне. МенязовутТаняУспаннаяиябыланаЛуне"

Тигр, урча, наступал на нее и вертел головой то вправо, то влево. Ей пришлось отступить из пещеры, за пределы ревниво охраняемой территории.

И она опять оказалась в яме.

Яма была с десяток шагов в диаметре, с гладкими стенами, тянувшимися на тридцать футов вверх, к раздражающе-белому кругу неба, где ничто не двигалось, ничто не жило. Раньше ей никогда не доводилось видеть столь ядовитого неба. Каждый день к полудню, когда солнце оказывалось в зените, невообразимая жара разила, как удар обухом. Легкие трепыхались из последних сил, кровь кипела в жилах, с обнаженного тела слезала кожа.

И вот уже длинные бесстыжие нити белого света пробрались вдоль стены в яму, дотянувшись до девушки. Девушка заскулила, сжалась, свернулась калачиком, крепко обняв свои побитые колени, и сквозь всклокоченные светлые волосы уставилась на пещеру.

Как долго пробыла она без одежды, ведя животное существование, хуже, чем тигр? Она не могла отыскать ни начала, ни конца. Только кошмарные, безумные, отрывочные видения лениво сменялись в ее мозгу. В беспамятстве закусив свое колено крепкими белыми зубами, она почувствовала соленый вкус крови и зарыдала.

Она была высока ростом, но в последнее время начала передвигаться на четвереньках, неизбежно возвращаясь к тому дикому состоянию, в котором пребывал живущий рядом зверь. Кожа у нее была цвета слоновой кости, слегка раскосые глаза выдавали мать-китаянку, в лице причудливо смешались сибирская красота и утонченные черты матери. Глаза были голубыми, тело – атлетического сложения с великолепной грудью, плоским животом и пышными бедрами. Ей смутно помнилось, что ее экзотическая красота была прежде вызывающей, и мужчины доставляли немало хлопот, отвлекая от работы, которой она себя посвятила. Ее воспитывали, обучали и использовали лишь для одной цели. Больше ничто значения не имело. Она была похожа на безупречный инструмент, с микронной точностью доведенный до совершенства. И добилась успеха. Это она знала.

"МенязовутТаняУспаннаяиябыланаЛуне."

В ответ сверху раздался издевательский голос:

– Как ты там, моя ягодка?

Она медленно подняла глаза. Этот голос всегда вызывал в ней страх. Обладатель голоса безумно веселился и хихикал от извращенного наслаждения.

– Махмуд? – просипела она.

– Да, я.

– Я хочу пить.

– Бедняжка!

– И есть.

– Я накормлю тебя, моя дорогая.

– Здесь так жарко!

– Разумеется.

– Выпусти меня отсюда. Пожалуйста. Я сделаю все, что ты скажешь!

– Правда?

– Обещаю.

– Тогда расскажи мне кое-что, – потребовал голос.

– Все, что ни спросишь.

– Ты действительно была на Луне?

– Да, да!

– А-а, ты сумасшедшая.

– Да, я сойду с ума...

– На Луне? В самом деле? И как там?

Она задумалась.

– По-другому.

– Как по-другому?

– Жарко и холодно, светло и темно.

– Все это есть и здесь.

– Но по-другому.

– Сколько ты там пробыла?

– Я не знаю, Махмуд.

– Когда ты вернулась?

– Не знаю.

– И как ты сумела?

– Не помню.

– Вот видишь? Ты не хочешь нам все рассказать. Хозяин опять будет недоволен. Это очень плохо.

Над краем ямы показалась голова, похожая на круглую дыню, завернутую в грязную тряпку. Лицо мужчины почернело на солнце, беззубо зиял разинутый рот, на щеке была язва, а один глаз почти не раскрывался из-за болезни, название которой она должна была бы вспомнить, но не могла. Высохшая рука стала опускать веревку с привязанным к ней закрытым ведром, в котором плескалась вода.

– Махмуд, что там, наверху? – простонала она.

– Мир.

– А еще?

– Жизнь, моя лапочка.

– Когда твой хозяин поговорит со мной?

– Когда ты станешь благоразумной.

– Но здесь я сойду с ума! – крикнула она.

Смешок Махмуда скатился к ней, по дороге превратившись в тонкое, злобное эхо. Она закрыла уши ладонями. Что-то коснулось ее обнаженного бока, и она поняла, что это тигр. Его дыхание было отвратительным. Исходивший от него запах самца странно ее волновал. Это было мерзко, но она привыкала. Тигр зарычал и двинулся к ведру с водой, которое Махмуд ловко опустил вниз, попав в нужное углубление на дне ямы. Зверь с природной грацией стал пить первым, не сводя с нее своих сверкающих глаз. Он всегда был первым. Потом будет сырое мясо для него и рис для нее. Тигр позволял ей есть рис. Иногда, когда она ела, сидя на корточках, он резвился вокруг, а вчера попытался залезть на нее, подмяв своим тяжелым крепким телом. Она была уверена, что он возобновит попытки. А Махмуд будет наблюдать и хихикать...

Ненависть – отличная штука. Подобная огню, она очищает разум. А Таня ненавидела Махмуда. И сейчас, сосредоточившись на этом, она прижалась к стене, заставляя себя спокойно смотреть, как тигр напивается мутной водой. Веревка все еще свисала с края ямы.

Веревка...

Тигр, пещера и веревка. Она должна как-то сложить их вместе и спастись. Но как? В голове не успел сложиться план, как она внезапно собрала все силы и прыгнула на веревку, которая так провоцирующе перед ней болталась.

Сверху раздался вопль, полный страха и смятения. На мгновение, когда веревка под тяжестью ее тела дернулась вниз, голова и плечи Махмуда очутились над краем ямы. Девушка уперлась голыми ступнями о стену и быстро полезла вверх – пять, восемь, десять футов – треть пути к сверкающему диску ослепляющего солнечного света. Махмуд завизжал, но не попытался вырвать у нее веревку. Чтобы спасти себя, он выпустил ее из рук. Девушка рухнула вниз, с глухим стуком ударившись о дно ямы. После падения она почти ничего не соображала, лишь услышала шипящие проклятия Махмуда, и все погрузилось во тьму. Но передышки не получилось. Ее внезапная попытка встревожила и рассердила тигра. Зарычав и выпустив когти, он прыгнул на нее.

Боль, пронзившая девушку сзади, привела ее в чувство. Махмуд исчез. Молодой тигр продолжал терзать и мучить ее. Она свернулась в клубок, чтобы защитить живот, и не двигалась. Ее мутило от зловонного тигриного дыхания. Холеная смертоносная мускулатура терлась о ее бока и ягодицы, а шершавый язык, подобно каленому железу, обжигал свежие раны на спине. Наконец рычание тигра смолкло, слышалось только неясное урчание.

Призвав на помощь хитрость, она осторожно сжала пальцами грубую веревку. Тигр, одолеваемый сомнениями, расхаживал вокруг, подергивая хвостом. Он задрал свою большую усатую голову, чтобы оглядеть стены ямы. Тут девушка внезапно схватила веревку и набросила на его массивную шею, быстро обмотала оба запястья и туго затянула удушающую петлю.

Зверь захрипел. Он стал рваться к пещере, его тело забилось в судорогах, словно тысячи стальных пружин. Девушка не отпускала веревку. Но тигр обладал дьявольской силищей и волок ее за собой по яме.

"МенязовутТаняУспаннаяиябыланаЛуне."

Она ударилась головой о пол пещеры и ослабила на мгновение хватку. Тигр остановился, обнажив огромные клыки. Девушка изогнулась и вскочила ему на спину. Он опрокинулся, всем своим ужасным весом сдавив ей грудь и живот. При этом он неистово колотил хвостом и хрипел. Но она не выпускала веревки. Он убьет ее, если освободится от петли. Но силы девушки быстро убывали. Тигр тащил ее в пещеру. В отчаянии она еще раз обвила веревку вокруг запястий и еще туже затянула петлю. Тигр упал, задев когтями ее ногу.

Это напомнило Тане давний кошмар, навязчивый сон, мучивший ее в детстве, в Пекине. Там она чувствовала себя чужой, зная, что больше похожа на русскую, чем на китаянку. Иногда ночью ей снился тигр, рыскающий по пустому дому, все ближе и ближе подбиравшийся к ее комнате. Каждый раз, когда зверь врывался внутрь, чтобы проглотить ее, она просыпалась, пронзительно крича, и видела рядом папу, который ее укачивал и успокаивал колыбельными.

Но сейчас кошмар стал реальностью.

Она не сможет убить тигра. Все бесполезно. Ненависть угасла от отчаяния, и Таня ослабила натяжение веревки, обвитой вокруг звериной шеи. Она бежала...

Невесть откуда взявшаяся мужская рука коснулась ее. Пол пещеры скрипнул под ботинком. Мужчина тихо заговорил на языке, которого она не понимала. Тогда он спросил по-русски:

– Таня? Таня Успанная?

Она застонала, не раскрывая глаз.

– Вы меня слышите, Таня? Все в порядке. Тигр вам больше не причинит вреда. Вы его одолели. Я заберу вас отсюда.

Она почувствовала на обнаженном окровавленном теле подхватившие ее руки и с трудом открыла глаза. Они находились внутри пещеры. Мужчина был высок, его профиль вырисовывался в проникавшем снаружи свете.

– Как... как вы сюда попали?

– В глубине этих пещер есть выход, – ответил он. – Я пришел, чтобы найти вас и помочь.

– Вы говорите по-русски с акцентом...

– Я не русский, – кивнул мужчина.

– Я не знаю, где я, – пожаловалась она. – Я не знаю, как я сюда попала. Меня зовут Таня Успанная, и я была на Луне.

– Я про это слышал. Вы сможете идти?

– Думаю, да.

Он осторожно усадил ее, взял флягу с водой, висевшую на кожаном ремне, и дал ей глотнуть. Так или иначе, она ему доверяла. Он был очень высоким, с развитой мускулатурой, придававшей уверенность. Рядом с ним, тяжело вздымая бока, лежал тигр. У мужчины были необыкновенно синие глаза. Его лицо сильно обгорело на солнце, на нем была походная форма, а на ремне, рядом с флягой, висел револьвер. Мужчина казался жестоким, чрезвычайно опасным, но улыбался он ей совсем по-иному. Револьвер был американский. Это она могла определить точно, ее этому учили, и внезапно на нее нахлынули сомнения.

– Кто вы? – прошептала она. – Что вам от меня нужно?

– Я пришел забрать вас отсюда.

– Но кто вы?

– Меня зовут Сэм Дарелл, – ответил мужчина.