"Под белым крестом Лузитании" - читать интересную книгу автора (Коршунов Евгений Анатольевич)

«ОГНЕННАЯ КОЛОННА» ФРЭНКА РОХО

Когда Майк поднялся на крышу комендантского дома, уже стемнело. Где-то неподалеку, в темноте, чихнул и лихорадочно затарахтел движок, и свет прожекторов, установленных на пулеметных башнях, устремился за стены форта.

Генерал молча выслушал торопливый доклад Майка о нападении на патруль и о гибели лейтенанта Ферейры, досадливо поморщился:

— Бог не оставит его… Святой Себастьян тоже принял мучительную смерть от стрел.

Внизу на лестнице послышались торопливые шаги. Потом появился задыхающийся капитан Гомеш.

— Я приказал выдвинуть посты за стены, ваше превосходительство… на случай… — он замялся.

— Отставить! Неужели вы до сих пор не научились воевать, хотя находитесь здесь уже не первый год? — В голосе генерала сквозило откровенное презрение. — Мятежники вырежут их, мы даже и не услышим. — Ди Ногейра взглянул на желтую, тускло мерцающую лампочку, о мелкую сетку которой непрерывно бились большие ночные бабочки. — Прикажите выключить свет. Солдатам не спать. Учтите, мятежники скорее всего атакуют нас за час до рассвета — около шести.

— Слушаюсь!

Комендант неловко щелкнул каблуками.

Проводив взглядом сутулую спину Гомеша, генерал обернулся к Майку:

— А вам, капитан Браун, я бы посоветовал отдохнуть.

Ди Ногейра кивнул в сторону гамака, прикрепленного к крюкам, вбитым в бетонный парапет.

Майк, заранее предвкушая блаженство отдыха после напряженного дня, не мешкая, улегся в гамак. В тот же момент лампочка мигнула и погасла. Все растворилось во тьме. Лишь окна — бойницы блокгаузов — засветились тусклым светом свечей, да кое-где на земле мерцали догорающие угли, выброшенные из жаровен. Через несколько минут послышался звучный храп губернатора Колонии генерала Кристофера ди Ногейра.

Несмотря на усталость, Майк долго не мог уснуть. Каждый раз, как только смыкались отяжелевшие веки, перед ним возникали восковое лицо лейтенанта Ферейры с заострившимися чертами и золотистый обломок стрелы в обнаженной груди.

«Святой Себастьян… — вспомнились ему высокопарные слова генерала. — Но Себастьян верил в то, за что шел на мучительную смерть. А лейтенант Ферейра?»

Майк лежал на спине, подложив руки под голову и устремив взгляд в низкое, усеянное крупными мерцающими звездами небо. Невольно ему вспомнился Габерон, столица Боганы, не столь уж далекий, но, увы, недосягаемый город его детства и юности. Когда-то там Елена, Джин и он вот точно так же смотрели на яркие тропические звезды и на пари пытались отыскать в черной глубине ночи очертания созвездий, названия которых юноши зубрили на скучных уроках в школе святого Амброзия.

Где-то сейчас Елена и Джин? Всего лишь месяц прошел с той, казавшейся теперь нереальной, ночи, когда Майк вывел отряд наемников на виллу ничего не подозревающего Мангакиса. Там был и Джин с отцом. Майк вновь увидел удивленные глаза Корнева-старшего, растрепанные седые волосы Мангакиса, отца Елены, распухшее от ударов лицо министра Гвено и вспышку очереди своего автомата, вспарывающей грудь майора Хорста. Сколько раз он просыпался в холодном поту, а затем с облегчением осознавал, что на этот раз все происходило только во сне. Что он в своей комнате, дома у отца, в Гидау, и ему не нужно будет опять судорожно махать веслом, удирая по вздымавшейся фонтанами разрывов ночной лагуне к мигающим огням далекого португальского сторожевика, подбирающего остатки разгромленного десанта.

Что-то сейчас там, в Габероне? Каникулы у Джина еще не кончились, и он, наверное, как и прежде, катает Елену на моторке по тихой лагуне. А вечерами ходят в кино или слушают пластинки на веранде у Корневых.

Увидит ли он когда-нибудь Елену? А вдруг она уедет с Джином в Москву, на родину Корневых? У нее ведь тоже нет родины, как и у него, у Майка. Или… нет, есть! Он родился в Богане, он вырос в ней, но вернется ли он когда-нибудь туда?

…Грохот ударил тугой волной. Оранжевое пламя — Майк увидел его даже сквозь сомкнутые веки — взвилось где-то внизу, и осколки стальной щеткой заскрежетали по бетону. Майк скатился с гамака и инстинктивно прижался к парапету.

— Они начали! — услышал он над собою довольный голос ди Ногейры. — За час до рассвета, как я и ожидал!

Генерал стоял на крыше во весь рост, широко расставив ноги, зажав под мышкой трость.

Внизу опять грохнуло, опять завизжали осколки. Звонко застучали, перебивая друг друга, пулеметы на сторожевых башнях. Прожекторы поспешно вонзили широкие лезвия ослепительного белого света в чернильную темноту джунглей. Оттуда к форту, пульсируя, словно страшные щупальца неведомого чудовища, тянулись огненные трассы. Они отрывались от леса и неслись прямо на Майка, на генерала, а тот стоял, даже не пригибаясь.

Яркие вспышки огненным кольцом опоясали крепостные стены. Оранжевое пламя взрывов вскидывалось то у одного блокгауза, то у другого. И вдруг стало так светло, словно над фортом засияло полуденное солнце: пятнистая туша «алуэта» подпрыгнула, разваливаясь надвое, и белый мальтийский крест, как живой, мучительно изогнулся в конвульсиях пляшущих языков пламени.

— Они обстреливают ракетами, ваше превосходительство! Прошу вас, сойдите вниз! — Запыхавшийся от бега лейтенант Дэвид Телиш вырос из темноты рядом с генералом.

— Вижу! — бросил тот, не оборачиваясь.

Майк заставил себя оторваться от казавшегося таким надежным бетона крыши и встать. Но ди Ногейра не обратил на него внимания. Майку пришло в голову, что генерал любуется сейчас самим собой.

Лейтенант Телиш нервно поправил каску, обтянутую сеткой, с привязанными увядшими ветками.

— Комендант просит разрешения атаковать, — с ноткой отчаяния выкрикнул он, убедившись, что генерал не собирается покидать свой наблюдательный пункт. — Иначе мятежники прорвутся в мертвое пространство под стены!

Генерал даже не взглянул на него:

— Отставить!

— Но…

Телиш вдруг схватился обеими руками за горло. При очередном всплеске пламени на горящем «алуэте» Майк увидел, как сквозь пальцы лейтенанта ударил черный фонтанчик. В следующее мгновение он рухнул лицом вниз — на бетон. Темное пятно медленно поползло к ногам генерала.

Майк бросился к лейтенанту.

— Бесполезно, — сухо прозвучал голос ди Ногейры. — Он мертв.

Майк, пораженный будничностью его тона, медленно выпрямился. Генерал равнодушно отвернулся. Все его внимание было опять занято боем.

Ракетный обстрел неожиданно кончился, зато зачастили глухие хлопки ручных гранат. И тут, где-то позади цепей мятежников, разнесся пронзительный вой. Вслед за ним хором затрещали чьи-то автоматы. Огонь по форту разом прекратился: видимо, мятежники отступили в джунгли. Прожекторы на стенах погасли, И только тут Майк заметил, что уже светает.

Генерал, даже не глянув под ноги, переступил через тело лейтенанта Телиша и неспешно стал спускаться вниз. Майк последовал за ним. Они вышли на площадь как раз в тот момент, когда в распахнутые ворота неторопливо вступил бородатый гигант в пятнистой форме. Его обожженное солнцем лицо обрамляла густая черная борода, берет был сдвинут на затылок, грудь перекрещивали пулеметные ленты. Рядом настороженно шли два африканца, держа в руках пистолеты. За ними к форту беспорядочной толпой двигались еще несколько десятков африканцев в разношерстной одежде, но все вооруженные до зубов.

— Великий охотник, Франк Рохо, — с удовольствием, которое у него в голосе Майк слышал впервые, торжественно произнес ди Ногейра. — Рохо и его «десперадос», «отчаянные». — Он вставил в глаз свой неизменный монокль. — Все идет по плану, капитан. «Колуна инфернал» подошла вовремя.

«Огненная колонна», — перевел Майк про себя с португальского.

Собравшиеся поодаль командос Майка и солдаты гарнизона хмуро разглядывали Рохо и его «отчаянных». Знаменитый охотник все так же неторопливо направился к ожидавшему его генералу, щурясь от косых лучей утреннего солнца.

— Хэлло, Фрэнк! — опять-таки непривычно дружеским тоном приветствовал его ди Ногейра. — Ты точен, как дьявол, когда он приходит за душой грешника. Не зря тебя называют «болотным чертом».

Рохо добродушно улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.

— Хэлло! — Он крепко стиснул руку генерала, который даже слегка поморщился от такого рукопожатия, и повернулся к Майку: — А это, я полагаю, Браун-младший?

Майк, приятно удивленный тем, что великий охотник, романтический герой его детских мечтаний, помнит его, хотя побывал в доме Браунов лишь раз, немного растерялся.

— Слышал, слышал о твоих подвигах, малыш! — Рохо дружески положил тяжелую руку на плечо смущенного Майка. — Что ж, будем считать, что тебе повезло и на этот раз. Мой друг генерал никогда не вызывает меня для пустяковых дел.

Он снял руку с плеча Майка и шутливо вытянулся перед губернатором:

— Итак, ваше превосходительство, я прибыл в назначенное время. Правда, — он усмехнулся, — мне пришлось немного задержаться. Зато мои «десперадос» сегодня будут довольны…

Рохо сделал небрежный жест в сторону толпы у ворот. Оттуда бежал суетливый комендант.

Он тяжело дышал, на бледном лице багровели болезненные пятна.

— Я… запретил им входить в форт… с этим! — В голосе его был ужас. — Я солдат, а не палач. И я не хочу, чтобы…

Рохо насмешливо улыбнулся.

— Вы имеете в виду трофеи моих парней, капитан? Ничего не поделаешь, они же дикари!

Тем временем в воротах показалась группа «десперадос». Пятеро несли на спинах небольшие джутовые мешки, из которых что-то сочилось.

— А ну-ка, подите сюда, лети мои, покажите-ка ваши трофеи! — весели крикнул им Рохо.

Один из «десперадос» подошел к офицерам, молча развязал мешок… и в красную пыль покатились человеческие головы.