"Зимняя роза" - читать интересную книгу автора (Рот Эмили)

1

За поворотом Лизе прямо в глаза ударил яркий луч предвечернего солнца. От неожиданности она зажмурилась и резко сбавила скорость. Сзади раздался негодующий визг тормозов следовавшей за ней машины. В отчаянии девушка свернула в боковую улочку – такую узкую, что хозяева лавочек, повыходившие из помещений в предвкушении вечерней прохлады, стали поспешно отодвигать рекламные щиты и стулья поближе к стенам домов, чтобы дать ей проскочить.

Впрочем, ехать дальше было некуда – улица упиралась в набережную. С тоскливым вздохом Лиза стала сдавать назад, виновато улыбаясь растерянно смотревшим на нее обитателям квартала.

А вот и знакомая площадь. Она не помнила, сколько раз уже проезжала мимо нее. Справа собор, слева стоянка автомобилей. Девушка решительно направила к ней свой серебристый «опель-корсо». Хватит паниковать! Нельзя же вечно крутиться по этому городку. Памела будет ждать ее в ресторане на набережной ровно в девять. Времени оставалось в обрез, а ей еще предстояло принять душ, переодеться и хоть немного отдышаться после безумной поездки из Милана.

Лиза уже в который раз корила себя за легкомыслие. Билет до Генуи ей достать не удалось, но она решила, что двести с лишним километров по автостраде – это не так уж и страшно. Поэтому и заказала машину прямо в аэропорту Милана. Собственно, дорога по Ломбардии оказалась именно такой, какой она ее себе и представляла – идеально ровной, широкой, плавно катившей вдоль равнин и вполне цивилизованных промышленных построек. Стариной здесь и не пахло, и Лиза пожалела, что ей не удалось толком посмотреть Милан. Впрочем, времени у нее достаточно, еще съездит.

Однако стоило выехать из Ломбардии, как пейзаж резко изменился. Лигурийская дорога петляла по горам и бесконечным туннелям, а к этому Лиза, и вообще-то не слишком любившая водить автомобиль, оказалась совершенно не готова. До небольшого городка на побережье, где ей предстояло провести две недели долгожданного отдыха, девушка добралась совсем измученной, но тут ее поджидало новое испытание. Улица, на которой находился ее отель, судя по карте, была в самом центре, однако Лиза кружила здесь уже полчаса и все никак не могла ее отыскать.

Выйдя из машины, она отбросила со лба белокурую прядь, и в который раз решительно развернула карту. Скоро она просверлит взглядом дыру в том месте, где красовалась надпись «Галерея Реджи». Нахмурившись, девушка в сотый раз принялась изучать пятачок, который знала уже наизусть. Вот же, названия окрестных улиц, все до одной знакомые. Однако куда подевалась та, что нужна именно ей? Да улица-невидимка так и оставалась для нее загадкой. Внезапно на карту упала тень.

– Вам помочь, мисс? – спросил по-английски мужской голос.

Лиза подняла глаза и обмерла. Похоже, от усталости у нее начались галлюцинации. Роджер! Не веря своим глазам, она тупо смотрела на мужчину. Не так уж много лет прошло с тех пор, как они виделись в последний раз, однако перемена, происшедшая с этим юношей, с которым она училась в школе, Лизу просто потрясла. Конечно, не было ничего удивительного в том, что он стал крепче и шире в плечах, а его золотисто-рыжие волосы чуть потемнели, но вот седина на висках... Да и вокруг глаз появились морщинки. Это в двадцать-то восемь лет! Глаза Роджера были по-прежнему ярко-голубыми, но их выражение! Куда исчезли вечно плясавшие в них чертенята? Теперь взгляд Роджера казался спокойным и даже печальным. Черты лица тоже стали тверже, и, пожалуй, красивее. Но все равно это был он – друг ее детства! И он смотрел на нее как на совершенно незнакомую женщину. Не могла же она так измениться! Или за годы разлуки ее черты полностью изгладились из его памяти?

– Что с вами? Вам нехорошо? – участливо спросил мужчина. Голос был тоже до боли знакомый, но странно другой.

Лиза отчаянно тряхнула головой, стараясь избавиться от наваждения. И, не в силах произнести ни слова, ткнула пальцем в карту.

– Ах, вот оно что! – улыбнулся мужчина. – С этим здесь вечная путаница. Галерея – это пешеходная улица. Пройдите сюда. Видите?

Лиза молча повиновалась и, бросив взгляд в направлении, куда указывал мужчина, ахнула от изумления. Еще одна небольшая улочка, за ней виднелась еще одна площадь, мимо которой она проехала сегодня не раз, а дальше... От площади ответвлялся узкий проход, вымощенный булыжником, и в глубине его ярко светилась надпись: «Астерия». Ее отель! С дороги увидеть его, как и саму «галерею», было просто невозможно. Какая же она дура! Вместо того чтобы наматывать круги по одному и тому же пятачку, надо было всего лишь спросить, тем более что итальянским Лиза владела вполне сносно.

Со вздохом облегчения она повернулась к мужчине и вздрогнула. Его улыбка! Ну почему он ее не узнает? И Памела тоже хороша! Ни словом не обмолвилась, что Роджер будет здесь вместе с ней. Хотя куда же ему деваться, ведь он ее муж. Окончательно сбитая с толку, Лиза выдавила слова благодарности и поспешно села в машину. Надо срочно уезжать, а со всем остальным она разберется позже!

Слабо улыбнувшись удивленно смотревшему на нее мужчине, она тронулась с места. Естественно, молодой человек не ожидал, что его помощь будет принята столь нелюбезно, но ей сейчас было не до вежливости. Роджер ее не узнал. В сердце Лизы медленно закипали гнев и обида. Ведь они выросли по соседству, вместе окончили школу, много лет были неразлучны! А теперь он смотрел на нее, словно на чужую.

Лиза плохо помнила, как добралась до отеля, зарегистрировалась, отдала ключи от машины портье, чтобы тот отогнал «опель» на стоянку. В маленьком уютном номере она устало опустилась на кровать. Ощущение было такое, словно ее выжали как тряпку, и повесили на прищепке сушиться.

Перед глазами, которые немилосердно щипали слезы, вставали картины детства. Вспоминались шалости, на которые Роджер был большой мастак. Воображение у него было неуемное, энергия била ключом, и тихая послушная Лиза всегда шла у него на поводу. Впрочем, Роджер был хорошим другом и никогда не заставлял ее отдуваться за свои проделки. Лиза невольно улыбнулась, вспомнив, как он утопил в бочке с водой башмаки их противной соседки миссис Паркер, вечно скандалившей с его родными и утверждавшей, что их собака гадит у нее в палисаднике. Ну и шуму тогда было...

Где-то неподалеку раздался бой часов. Лиза вздрогнула и, наконец, очнулась. Отбросив с лица прядь, она встала. Солнце клонилось к горизонту. Взгляд на часы подсказал, что уже восемь, пора было собираться. Пэм всегда отличалась редкой пунктуальностью, и вряд ли она изменилась за шесть лет.

Лиза тяжело вздохнула. У нее было достаточно причин нервничать в ожидании встречи со школьной подругой, и, будь эта встреча назначена дома, в Англии, она бы нашла предлог, чтобы от нее отказаться. Но здесь, за границей, можно было не особенно волноваться. Скорее всего, они проведут приятный, ни к чему не обязывающий вечер, после чего можно будет расстаться еще лет на десять...

Стоя в душе под струями воды – то обжигающе горячей, то ледяной, Лиза вновь прокрутила в памяти встречу с Роджером. Если он сегодня явится в ресторан, а, скорее всего так оно и будет, то его ждет сюрприз. Лиза давно уже избавилась от детской влюбленности. Роджер остался в ее памяти славным товарищем детских лет, но теплые воспоминания были омрачены горечью и чувством вины...

Стоп! Избавилась от влюбленности, говоришь? Внутренний голос издевательски захихикал. Встреча с сегодняшним Роджером – повзрослевшим, зрело-мужественным и красивым – всколыхнула в душе Лизы совершенно новые ощущения. Нет, это не возрождение старого чувства, размышляла она, выходя из душа и вытирая волосы полотенцем. Скорее это удар молнии! В такого мужчину она могла бы влюбиться с первого взгляда.

Лиза покачала головой. Лезут же в голову всякие глупости! Роджер есть Роджер, хоть изменился он, хоть нет. Ее старый друг детства, притом женатый на ее лучшей школьной подруге. Было и еще кое-что, связывавшее их гораздо крепче, чем Роджер или Памела могли себе представить, но об этом Лиза пока не хотела даже думать.

Открыв чемодан, она вынула из него бледно-розовое вечернее платье и, встряхнув, окинула его критическим взглядом. Слава Богу, платье не помялось. Лиза нарочно уложила свой воздушный наряд сверху, чтобы достать, как только приедет. Где-то сбоку должны быть босоножки. Ага, вот они. Тонкая серебряная шпилька, узенькая перемычка, оставлявшая открытыми пальцы ног, и серебряные ремешки, завязывающиеся вокруг лодыжки.

Лиза разложила платье на кровати, поставила рядом обувь и занялась прической. К счастью или к несчастью, ее волосы в особой укладке не нуждались. Прямые, пепельно-белокурые, почти серебристые, они спадали до середины спины. Хорошо, что длинные снова в моде, в который раз подумала Лиза, расчесывая волосы на пробор. Сложные модные прически ей не шли, укладка не получалась, даже подкрутить кончики феном было нелегкой задачей. Оставалось использовать бигуди или делать химию, но кудри ее отнюдь не украшали, тем более что от бигуди начинала разламываться голова.

Стянув волосы, Лиза приподняла их, прикидывая, стоит ли зачесывать наверх. На всякий случай у нее в косметичке лежала заколка, украшенная жемчужинами. Она как раз подошла бы к ее туалету. Однако, поразмыслив, Лиза отказалась от идеи делать высокую прическу. В конце концов, в школе она ходила с распушенными волосами. Если ее так невероятно изменило время, что даже Роджер не узнал, то Памела быстрее вспомнит подругу детства, если та будет походить на себя – школьницу.

Одевшись, Лиза придирчиво посмотрела в зеркало и осталась вполне удовлетворена. Бледно-розовый цвет, который для большинства женщин был опасен, поскольку просто «гасил» их, необыкновенно шел к ее очень светлой, почти не поддающейся загару коже, и придавал необычный дымчатый оттенок серым глазам, окруженным пушистыми ресницами. Мелкие веснушки, которыми был усыпан короткий, чуть вздернутый носик, в юности доставляли Лизе немало огорчений. Впрочем, многие находили их весьма пикантными, да и надоело вести с ними бесконечную борьбу, которая неизменно заканчивалась не в пользу Лизы. Она давно махнула на них рукой и лишь чуть припудривала нос, понимая, что это не избавляет от золотистой россыпи на носу, а лишь греет душу сознанием того, что она все-таки предпринимает попытки скрыть ненавистные конопушки.

Лиза нанесла на губы розовый блеск и забросила волосы на спину. Жемчужные серьги были почти не видны, ну да Бог с ними. На поиски подвесок у нее все равно не оставалось времени. Она провела руками по бокам, разглаживая платье – воздушный лоскут шелка, удерживавшийся на плечах тоненькими бретельками и до щиколоток мягко обтекающий ее худенькую, совсем девическую фигурку, и открывающий лишь ремешки босоножек. Лиза не любила мини-юбки, хотя ногами могла гордиться: они у нее были длинные, хорошей формы, со стройными лодыжками и узкой изящной ступней с красивыми пальцами. Любая обувь сидела на ее ногах идеально.

Что ж, осталось надеть на шею нитку жемчуга, сбрызнуть себя духами, и можно идти. Подхватив с кровати вечернюю сумочку, она бросила взгляд на часы. Без десяти девять. Набережная рядом, так что ресторан не может быть далеко. Хорошо бы обойтись без машины, подумала Лиза, спускаясь в вестибюль.

Дежурный за стойкой улыбнулся ей и вернул ключи от «опеля». Лиза вспомнила, что владеет итальянским, и спросила, как добраться до ресторана. К ее великому облегчению оказалось, что до него всего пять минут ходьбы. Ободренная этим сообщением, девушка наградила дежурного сияющей улыбкой и выпорхнула наружу.

Выйдя из-под арки, открывающей вход в так называемую галерею, она огляделась и почти сразу обнаружила неоновую вывеску ресторана. Лиза распрямила плечи и с наслаждением вдохнула морской воздух, напоенный к тому же ароматом цветов и деревьев, в изобилии растущих вдоль набережной.

Жара спала, и вечерняя прохлада ласкала ее обнаженные плечи и руки. Кругом были толпы людей, по проезжей части, время от времени, коротко сигналя, сновали бесконечные автомобили. Лизе пришлось лавировать в толпе, но она не жалела, что не воспользовалась машиной. Во-первых, поездка заняла бы у нее куда больше времени, чем прогулка пешком, а во-вторых... Вся эта масса гуляющих была такой умиротворенной и довольной! Слышался говор на разных языках, лица в большинстве своем светились улыбками. Люди прогуливались, сидели на лавочках, на парапете. Где-то рядом звучала музыка, уличные кафе были заполнены до отказа – еще бы, ведь самый разгар сезона. Неторопливо следуя к ресторану, Лиза поймала себя на том, что улыбается. Здесь сразу чувствовалось, что люди приехали отдыхать, и она ощутила себя частью этой жизнерадостной, расслабленной толпы. Подойдя к двери, Лиза решительно шагнула внутрь. Отпуск – долгожданный и заслуженный – наконец-то начался, и она не даст пустым тревогам омрачить его.

– Лиз! Вот и ты, дорогая! Дай мне на тебя посмотреть!

Памела возникла словно из ниоткуда, крепко обняла Лизу и, схватив за руку, потащила к окну, где было больше света. Глядя в сияющие глаза по-прежнему невероятного фиалкового цвета, Лиза почувствовала, что у нее сжимается сердце. Только теперь она поняла, как не хватало ей все эти годы энергичной и жизнерадостной подруги. Она почти не изменилась, лишь расцвела своей пышной экзотической красотой. Высокая, стройная, с великолепной грудью и тонкой талией, Памела была редкой красавицей уже в переходном возрасте, когда большинство девочек еще выглядели гадкими утятами. Однако ее красота почему-то не вызывала зависти. Или потому что была слишком совершенной, или из-за солнечного характера Пэм, умудрявшейся ладить со всеми, даже с самыми сварливыми старыми дамами и вредными девицами.

Памела пришла в их школу поздно, за два года до ее окончания, и, разумеется, все мальчишки тут же в нее влюбились, а девчонки стали набиваться в подружки. Но Пэм из всех парней выбрала рыжего задиру Роджера, а из девочек – незаметную тихоню Лизу. Так они и дружили втроем до тех пор, пока...

Постепенно улыбка сошла с лица Памелы, и ее взгляд, устремленный на Лизу, стал ласковым и немного грустным. Лиза вдруг поняла, что та смотрит в лицо подруги как в зеркало. В ее собственных глазах наверняка отражались те же самые чувства. Памела на мгновение замерла в нерешительности, а потом осторожно провела кончиками пальцев по щеке Лизы.

– Здравствуй, моя дорогая, – неожиданно глухо произнесла она. – Давно же мы не виделись!

И Лиза, с трудом сдерживая слезы, бросилась в объятия подруги.

Немного успокоившись, они уселись за столик в глубине зала. Лиза не сразу заметила, что он накрыт на четверых, но как только оправилась от первого потрясения, устремила удивленный взгляд на подругу.

– Это для Роджера и его родственника, – извиняющимся тоном пояснила Пэм. – Они придут позже – решили дать нам время наговориться. Надеюсь, ты не возражаешь? Я забыла тебя сразу предупредить, а сегодня по мобильнику почему-то не смогла дозвониться.

Ничего удивительного, раздраженно подумала Лиза. Мобильный у нее как всегда не вовремя разрядился, а доставать зарядное устройство со дна чемодана не было времени.

– Я же почти все время была за рулем, – сделала неловкую попытку оправдаться Лиза. – Вот и не стала его включать, чтобы не отвлекаться.

И тут же отругала себя за ненужную ложь. Что такого особенного в том, что человек забыл зарядить мобильный, пусть даже и перед дальней дорогой? Хотя с Памелой, всегда аккуратной и методичной, такого казуса случиться никак не могло. Лиза вновь почувствовала себя рассеянной девчонкой, которой постоянно нужно о чем-то напоминать. И уж совсем некстати она сообразила, что за всеми переживаниями забыла сообщить тете Диане о своем приезде. Та наверняка волнуется и ждет от нее известий. Ладно, сегодня все равно уже поздно, решила Лиза, а завтра она позвонит домой прямо с утра.

Подошел официант, и подруги заказали по безалкогольному коктейлю. Лиза с удовольствием выпила бы чего-нибудь покрепче – бокал вина, например. Но вовремя спохватилась, вспомнив, что с утра почти ничего ни ела, не считая сандвича, наскоро перехваченного на заправке.

Еще не хватало, чтобы меня развезло, мрачно подумала она. Причем именно сейчас, когда надо было сохранять голову ясной, чтобы не сболтнуть лишнего.

Лиза окинула взглядом зал. Обстановка здесь была уютной и располагающей к отдыху: приглушенный, мягкий свет, окрашенные в спокойные палево-дымчатые тона стены, украшенные композициями из ракушек, водорослей и морских звезд, негромкая музыка. Одним словом, изысканное местечко.

– Славно здесь, правда? – улыбнулась Памела, перехватив взгляд подруги. – Мы тут уже две недели и это наш любимый ресторан. Кухня в основном состоит из морепродуктов. Ты не против подобных блюд?

– Что ты, наоборот! Ужасно люблю морскую живность, – откликнулась Лиза, и обе рассмеялись.

После этого беседа потекла непринужденно. Девушки наперебой вспоминали разные эпизоды из детства, перемыли косточки школьным приятельницам, о которых хоть что-нибудь знали. Но при этом обе, словно сговорившись, избегали рассказывать о себе. Официант принес им новую порцию напитков, и в разговоре как-то сама собой возникла пауза. Пэм отпила глоток фруктового коктейля и слегка откашлялась.

– Ну, а ты как живешь? – словно наконец-то решившись, осторожно спросила она. – Мы ведь совсем ничего о тебе не знаем. Ты как в воду канула. За шесть лет – ни одной весточки. Только не думай, я тебя ни в чем не упрекаю! – поспешно добавила она, заметив, как неловко заерзала Лиза. – Жизнь такая суматошная, вечно разводит людей, особенно, если те живут в разных концах страны... Как тетя Диана и дядя Эван?

– Дядя Эван умер полгода назад, – грустно произнесла Лиза. Услышав, как негромко ахнула подруга, она поспешно опустила глаза и сделала большой глоток из своего бокала.

Памела крепко сжала ее руку.

– Прости, дорогая, я не знала. Это ужасная потеря для всех нас. Как это случилось?

– Рак, – коротко отозвалась Лиза.

Она до сих пор не могла полностью оправиться от невосполнимой утраты. Всего лишь месяц назад они с теткой смогли, наконец, более или менее спокойно заговорить о нем, стараясь, однако, избегать воспоминаний о том мучительном периоде, в течение которого Эван боролся с болезнью, а они изо всех сил пытались ему помочь, все отчетливее понимая, что битва с судьбой проиграна.

– Твоя бедная тетя, наверное, просто убита горем, – мягко заметила Пэм. – Они ведь так любили друг друга. Это была самая дружная пара во всем городе – всем на зависть.

– Да, – через силу улыбнулась Лиза. – Тете пришлось нелегко. Но ты ведь знаешь ее. Она сильная. Говорит, что жизнь продолжается, и живет. Я ею просто восхищаюсь.

Пэм задумчиво кивнула.

– Лучше расскажи, как у вас с Роджером, – сменила тему Лиза. – А то я, не дай Бог, начну реветь.

– Да-да, конечно, – закивала чуткая Памела, понимая, что тормошить школьную подругу расспросами о жизни сейчас, по меньшей мере, неуместно. – У нас все в порядке. Я работаю. Могу похвастаться: доросла до заместителя начальника департамента.

– А я могу поспорить, что знаю, какого именно, – подхватила Лиза. – По связи с общественностью, верно?

– Точно, – со смехом подтвердила Пэм.

– Поздравляю! Не сомневаюсь, что место начальника тебе обеспечено. А Роджер? По-прежнему весь в своей психологии?

– Представляешь, наш профессор пишет книгу! Это будет редкая заумь, в которой сам черт ногу сломит. Я, во всяком случае, чувствую себя полной дурой. – Памела говорила с иронией, однако в ее голосе отчетливо проскальзывали нотки гордости, да и глаза сияли совсем так же, как в те дни, когда она только влюбилась в Роджера.

– Рада за него и за вас обоих, – улыбнулась Лиза. – Похоже, любовь за эти годы не заржавела. Держу пари, ваша семья растет как на дрожжах.

При этих словах блеск в глазах Памелы померк, а улыбка стала какой-то вымученной.

– Да уж, – произнесла она с явно наигранной веселостью. – У меня уже восемь племянников, представляешь? По двое детей у Криса и Эдди, а у Риты – четверо!

– Когда же она успела? – ахнула Лиза. – Ей всего-то двадцать с небольшим!

Братья Памелы были старше ее, и к тому времени, когда семья перебралась в новый город, уже учились и колледже. Лиза их знала плохо, зато младшую сестренку своей подруги помнила прекрасно.

– А она выскочила замуж сразу после школы, родила одного за другим двух парней, а в прошлом году – двух девочек-близняшек, – с гордостью пояснила Пэм.

Лиза вгляделась в лицо подруги. У нее было такое чувство, что она вторглась на запретную территорию. В глазах Памелы затаилась стародавняя печаль.

– А вот своих детей у нас с Роджером по-прежнему нет, – неожиданно отрывисто бросила Пэм.

Лиза чуть не поперхнулась. Вот оно что! Для Памелы это была настоящая трагедия. Родом из большой семьи, она обожала детей и еще в школе говорила, что готова нарожать их целую дюжину. Сочувственно посмотрев на подругу, Лиза не знала, что ей сказать.

– Да, вот так. – Пэм криво улыбнулась и помешала соломинкой коктейль. – Тебе я могу признаться в этом, ты же знаешь, как я всегда мечтала о детях. А для всех прочих просто делаю вид, что слишком занята своей карьерой и мне еще рано думать о прибавлении семьи. На самом же деле... у нас просто ничего не выходит.

– А вы не пытались выяснить, почему? – осторожно спросила Лиза.

– Еще как пытались! Анализы у нас в полном порядке – и у меня, и у Роджера, – вздохнула Пэм. Мы прошли полный курс по специальной программе, без лекарств, конечно. Я их боюсь как огня, ведь они все гормональные. Специальное питание, физиотерапия... А результат – круглый ноль! Нас словно заклинило. Один врач заявил, что, мол, корни этой проблемы надо искать в нашем подсознании, но Роджер его просто высмеял. Иногда я думаю о том, что бесплодие сродни наказанию свыше! – На лицо Памелы набежала тень. – Впрочем, глупости все это. Я никогда не была особенно религиозной.

Лиза похолодела. Наказание? За что? Неужели Пэм что-то знает? Она нервно откашлялась и неуверенно произнесла:

– Может, все еще образуется. Вы молоды, и отчаиваться рано. – Она виновато посмотрела на подругу, понимая, как беспомощно звучат ее слова.

Но Пэм лишь солнечно улыбнулась и кивнула:

– Спасибо, моя хорошая! Я знала, что ты меня поддержишь.

– Но ведь это так! Бывает, люди по десять лет не могут завести детей, а потом их словно прорывает. Я знаю такие случаи. У вас все будет хорошо, ты даже в этом не сомневайся! – Последние слова она произнесла уже с непоколебимой уверенностью.

Памела улыбнулась, и обе снова принялись за свои коктейли. Внезапно на плечи Лизы легли крепкие руки.

– Ага, попалась, наконец, беглянка!