"А ты уловила флюиды?" - читать интересную книгу автора (Джеймс-Энгер Келли)

Келли Джеймс-Энгер А ты уловила флюиды?

Глава 1 А ВАМ ПРИХОДИЛОСЬ КОГО-НИБУДЬ «ГУГЛИТЬ»?

Женщинам с разбитыми сердцами положено худеть. Почему же тогда ее так разнесло?

Кейт хмуро смотрела на собственное отражение в большом зеркале на внутренней стороне дверцы шкафа. Так, с прической уже ничего не сделаешь… Апрель только начался, но весна в Чикаго такая влажная, что нет никакой надежды сохранить приличную укладку. Например, сейчас волосы лежат пристойно, и все же хватит и пары минут на улице, чтобы они превратились в мокрые макароны. Кейт решила краситься поменьше и ограничилась тушью для ресниц, светлыми румянами и миленькой розовой помадой. Из украшений – серьги в виде блестящих серебряных колец. На ногах – телесного цвета колготки и любимые черные туфли от «Сэм и Либби».

Теперь только осталось решить, что делать дальше. Четыре разных варианта одежды были последовательно изучены хозяйкой – и отвергнуты один за другим. Сейчас все это тряпье валялось грудой на кровати, куда его в сердцах пошвыряла Кейт.

Надеть совершенно нечего! В ее распоряжении имелись деловые костюмы и джинсы, а на «промежуточные» случаи – ничего! Шкаф набит элегантными, консервативными (читай – скучными) костюмами и традиционными блузками для работы, как на подбор с длинными рукавами и небольшими вырезами. На дне обнаружился богатый ассортимент футболок, мешковатых свитеров и летних тряпок цвета хаки. Большинство хранилось еще со времени юридической школы, а то и колледжа; вот и все, что предлагалось в качестве одежды для уик-энда. Итак, у Кейт было в чем ходить на работу или сидеть дома – и ничего подходящего для вечеринки, в особенности если таковая устраивается в районе Лейквью.

Причина – единственная причина, по которой Кейт туда собиралась, – это настойчивые просьбы Трейси.

– Ну, пожа-а-алуйста, Кейт! Я обещаю, там будет полно клевых мальчиков! Ты отлично проведешь время, – канючила Трейси по телефону всего полчаса назад, когда Кейт позвонила ей, чтобы в последний раз попробовать отказаться от приглашения. Потом подруга понизила голос и использовала крайнее средство убеждения: – Ведь ты не бросишь меня там одну, в обществе Тома и его дружков-юристов?

– Вот спасибо! Ты забыла, что говоришь с практикующим юристом? – Разговаривая, Кейт изучала в зеркале ванной комнаты свое лицо, с тоской рассматривая новую морщинку между бровями.

– Ну, ты же понимаешь, что я имею в виду. Ты работаешь юристом просто потому, что так получилось. А эти парни из фирмы – законники до мозга костей.

– Гм… А твои обещанные клевые мальчики? Они тоже до мозга костей юристы?

Трейси, похоже, успела забыть о своих посулах и все-таки не растерялась.

– Ах да, как его там зовут… Боб или вроде того. Новый компаньон из фирмы Тома. Приятный в общении, красивый, одинокий… – Кейт не отвечала, и ее подруга решила сменить тактику. – Слушай, ты попросту должна выбраться из дома. Интересные молодые женщины не проводят вечер субботы у себя на кушетке, смотря канал «Дискавери»; Особенно если они живут в Лейквью, самом крутом районе Чикаго, не уступающем парку Линкольна. Нет, такие девушки по вечерам отправляются искать развлечений, новою опыта, новых впечатлений. И мужчин…

– Стоп, стоп, ты и слова вставить не даешь! Дело в том, что я обожаю «Бушующую планету».[1] И мне нужен человек, который согласится сидеть дома рядом со мной и смотреть по телевизору репортажи со стихийных бедствий. И избавит от необходимости прилично одеваться и тащиться с ним гулять.

– Ладно, ладно. Но признай, что сперва нужно выбраться на улицу, чтобы найти кого-нибудь, с кем можно сидеть дома! Вокруг полно парней, Кейт! Чтобы с ними повстречаться, надо почаще высовывать нос.

– Ты забыла, солнышко, в каком районе мы с тобой живем? Разве не замечаешь, что большинство встречных «отличных парней» оказываются голубыми?

– Но не все же!

Трейси была неумолима. Кейт с тоской поняла, что подругу не переспорить.

– Ну, хорошо, уговорила. Я загляну к вам ненадолго.

– Вот и отлично. Обещаю, тебе понравится. Ты только приходи.

Основное различие между Кейт и ее лучшей подругой состояло в том, что Трейси во всем видела светлую сторону. Неистребимый оптимизм ей привила мама, которая всегда повторяла трем дочерям, что им необычайно повезло в жизни. Если у вас на месте руки и ноги, а кроме того, вы способны видеть, слышать и шевелить мозгами, говаривала Дотти Вислоски, то нет причин жаловаться на судьбу. А вот Кейт не могла припомнить, чтобы ее родители ценили что-нибудь, кроме практичности с элементами стоицизма, – вкратце жизненное кредо семьи Беккер звучало примерно так: «Больше работай, меньше болтай и прибавь громкость телевизора».

Решив вернуться к проблеме костюма, Кейт натянула прямую черную юбку и встала к зеркалу боком, чтобы изучить себя в профиль. Перед «месячными» живот выпирал, словно раздутый бурдюк. Скрыть его не представлялось возможным, не помогал даже скрадывающий складки жира стретч-пояс. Поэтому Кейт надела длинную розовую блузку с треугольным вырезом, от Лиз Клейборн. Блузка прикрывала живот и бедра. Прекрасно, однако сквозь тонкую ткань просвечивал кружевной лифчик. Вот черт!

Кейт стянула блузку через голову и переоделась в свой единственный гладкий бюстгальтер – а именно «чудо-лифчик», который она как-то приобрела в «Тайне Виктории», в час гормонального затмения рассудка. Тогда они только начали встречаться с Эндрю, и Кейт думала его таким образом поразить. И надо сказать, поразила, хоть и ненадолго. Кейт втиснула груди в лифчик, через голову надела блузку и изучила свое отражение в зеркале.

Ах ты, дьявол! Ее груди едва не вываливались из треугольного выреза. При каждом движении они угрожающе колыхались, будто сей же миг могли выпрыгнуть наружу.

Кейт помедлила – и махнула рукой. Ну и пусть! По крайней мере, никто не будет пялиться на ее живот.

Кейт прошла пешком шесть кварталов до дома Трейси и Тома, срезав угол к востоку от Уэллингтона и выйдя сразу на Шеридан. Вчера было градусов сорок[2] – а сегодня погода стояла теплая и влажная. По дороге Кейт обменялась улыбками с парой красивых парней. Живя в близком соседстве с так называемым Бойзтауном, кварталом голубых, она уже привыкла, что если встречный парень – роскошный качок в элегантной одежде, то он почти наверняка «играет за другую команду». В этом Кейт не видела ничего дурного, кроме того, что… оставалось не так уж много игроков на ее стороне.

Консьерж у дверей Трейси – как его, Роджер? Рой? – улыбнулся девушке:

– Собрались на вечеринку?

Роджеру (или Рою?) было лет шестьдесят с лишним; приятный старикан в коричневом пиджаке и белой рубашке, с полосатым коричнево-синим галстуком на шее.

– Ага. Трейси настояла. Там, видите ли, должно быть много кавалеров, – призналась Кейт.

Консьерж засмеялся:

– У вас-то от кавалеров отбоя не будет. Выглядите просто отлично.

Кейт улыбнулась добряку в ответ:

– Спасибо за комплимент.

«М-да, со стариками у меня нет проблем, – подумала она. – Интересно, почему мне так не везет с мужчинами моего возраста?»

– Желаю славно повеселиться! – крикнул ей вслед консьерж.

Едва выйдя из лифта, Кейт услышала музыку, громкие голоса и смех. Перед дверью она немного помедлила, собираясь с духом. Почему ей так не хотелось входить? Однако Трейси очень просила прийти – а Кейт знала, какое значение ее лучшая подруга придает подобным вечеринкам. Хорошо хоть тут невозможно встретить Эндрю – Трейси он никогда не нравился. Кейт зажмурилась, выдохнула, сложила губы в улыбку (которая, как она надеялась, выглядела более или менее естественно!) и надавила кнопку звонка.

Дверь открыла выжидательно улыбающаяся Трейси; при виде подруги ее взгляд заметно повеселел.

– Кейт! Выбралась-таки из своей норы! – весело поддразнила Трейси и широко распахнула голубые глаза, рассмотрев, как одета подруга. – Вот это да! Однако бюст сразу бросается в глаза…

– Да брось ты. Я решила устроить прикол с блузкой, чтобы отвлечь внимание от своего толстого брюха. – Кейт тревожно покосилась на вырез блузки: – А что, совсем плохо дело?

– Шутишь? Ты неотразима! Из нас двоих только я всегда выгляжу как корова.

Трейси сегодня щеголяла в алом платье без рукавов и красных плетеных сандалиях. Гладкие светлые локоны подпрыгивали при каждом ее движении.

– Ты чудо как хороша, – улыбнулась Кейт. – Обожаю это платье.

За долгие годы знакомства с Трейси она научилась понимать – критикуя себя, подруга рассчитывает, что ее переубедят.

Кейт окинула взглядом квартиру:

– И что за народ у вас собрался?

На кухне толпилось полдюжины парней, потягивая «Хайнекен». Некоторые кавалеры привели с собой стройных, привлекательных приятельниц. Все мужчины отличались короткими модными стрижками, причем кое-кто избрал комичную прическу, при которой волосы надо лбом стоят дыбом, будто их обладатель только что побывал в эпицентре смерча. И о чем эти парни только думают? Подобную стрижечку мог бы себе позволить Фредди Принс-младший, но не полный, краснощекий и высоколобый яппи за тридцать.

– По большей части юристы из фирмы Тома и пара моих приятелей из банка. Была Элизабет, но она недавно упорхнула на какую-то вечеринку. – И Трейси сделала большие глаза.

– Не могу сказать, что буду по ней скучать! – покачала головой Кейт. – Не понимаю, как ты до сих пор умудряешься с ней дружить. Она же такая стерва…

– Да знаю я. Но ведь мы с ней так давно знакомы…

Кейт снова осмотрелась… Квартира казалась живой рекламой магазина «Поттери Барн»[3] – от журнальных столиков до кушеток, заваленных яркими подушками, от полулежачих кресел, нарочито небрежно закрытых покрывалами, до уютных цветных ковриков, разбросанных повсюду. Каминную полку украшали фотографии Тома и Трейси, сделанные в разных поездках, и изящные подсвечники; по стенам висели черно-белые художественные фотографии с видами Чикаго. Квартира располагалась на двадцать седьмом этаже высотного дома, из раздвижных стеклянных дверей открывалась панорама озера Мичиган. Это выглядело страшновато, зато красиво и весьма понтово.

– Господи, как у вас здорово. Когда, наконец, ты поможешь и мне обустроиться? – Кейт отпила из бокала «Пино-гриджио», которое Трейси купила специально для нее.

Трейси широко улыбнулась, радуясь комплименту. Формально квартира принадлежала Тому – он приобрел ее на деньги, доставшиеся в наследство от бабушки, через два года после окончания высшей юридической школы. К тому времени они с Трейси встречались уже три года, и стоило попробовать пожить вместе. Трейси волновалась, не надоест ли она Тому, если поселится у него.

– Сама понимаешь – зачем покупать корову, если можно бесплатно получать молоко, – поделилась она страхами с лучшей подругой.

Но Кейт высмеяла ее опасения:

– Хм… Во-первых, ты не корова. Во-вторых, ты же знаешь, он тебя любит. И собирается на тебе жениться. Почему бы в таком случае вам не поселиться вместе?

Так что, в конце концов, Трейси съехала из своей крохотной однокомнатной квартирки в Эджуотере и поселилась в Лейквью, недалеко от места работы, а главное – ближе к Кейт. Сказать по правде, они с лучшей подругой проводили куда больше времени вместе, нежели с Томом. С последним-то Трейси и так каждую ночь спала в одной кровати…

– Слушай, какая прелесть. – Кейт разглядывала пару кованых подсвечников на каминной полке. – Где ты их откопала?

– Это все «Кост-маркет», на Бродвее. Нам обязательно нужно туда съездить, присмотреть мебель для тебя. Или, если хочешь, давай штурмовать «ИКЕА». Одолжим у Тома машину, сгоняем туда и зараз обставим всю твою квартиру. Только я серьезно предупреждаю, Кейт: сначала придется избавиться от кушетки.

– Ну, уж нет. У нас с кушеткой долгие доверительные отношения. Она свидетельница всех моих любовных неудач за последние шесть лет! Я не могу выставить ее из дома ради какой-то шведской мебели, по минутной прихоти.

– Кейт, но она ведь ужасная! Пожалуйста, подумай!

Кейт улыбнулась Тому, который в этот миг подошел к своей девушке и обнял ее за талию.

– Трейс, куда ты подевала пирожки с заварным кремом?

Том нагнулся поцеловать Кейт в щечку, стараясь – впрочем, безуспешно – не заглядывать ей за вырез блузки.

– Черт побери! Рад видеть тебя, дорогая, и твою, гм… прелестную парочку!

Трейси прыснула и толкнула его локтем.

– Солнышко, хватит пялиться на грудь моей подруги.

Том усмехнулся, потирая лицо ладонями.

– Да ладно тебе, Трейс, это же Кейт. – Он состроил такую мину, будто идея глазеть на Кейт не могла ему и в голову прийти. – Она мне как сестра! Я просто хотел отметить (между прочим, совершенно вне сексуального контекста), что она сегодня отлично выглядит.

Том подмигнул, чмокнул Трейси и ушел обратно на кухню. Кейт углядела там одну из его коллег-юристов, хрупкую брюнеточку по имени Джулия. Том подошел к ней и сказал что-то. Джулия засмеялась.

– На мужчин весьма загадочно действуют сиськи, – вздохнула Кейт. – Прямо гипнотизируют.

Она все оглядывалась, тщетно стараясь поддерживать у себя «веселое тусовочное настроение». Но всякая попытка завязать разговор – даже с Трейси – требовала от нее огромных усилий, как, впрочем, и сама необходимость оставаться здесь. «Лучше бы я сидела дома, на своей кушетке, и смотрела по телевизору про обвалы, землетрясения и цунами», – подумала Кейт. А вдруг и Эндрю решит позвонить… впрочем, довольно. Уж он-то наверняка не сидит дома в одиночестве! Однако мысли о кушетке по-прежнему не отступали.

– Ладно, никаких клевых парней я здесь не вижу. Пора уходить.

Но Трейси не собиралась так просто отпускать подругу.

– Подожди еще пять минут! – Она поманила Кейт рукой. – Хочу тебя познакомить с парой своих коллег.

Прошло не меньше часа. Кейт вела бесконечный разговор с сослуживцем Трейси из Федерального банковского резерва. Он увлеченно рассказывал о какой-то своей компьютерной деятельности – Кейт так и не поняла, какой именно. Она слушала и размышляла, не наполнить ли свой бокал заново.

– Интернет предоставляет так много возможностей, – сообщил ее собеседник – Марк? Майк? Мэтт? – Кейт так и не запомнила. Это был невероятно тощий парень в цвета стой рубашечке, волосы его покрывал толстый слой геля. «Рубашка от "Дж. Крю"», – думала Кейт. – Редкостное уродство». – Например, если «прогуглить» человека, можно узнать о нем буквально все!

– Что-что сделать? – Выражение, использованное парнем, выглядело подозрительно. Возможно, противозаконно.

– «Прогуглить». Ну, использовать поисковую систему «Гугль» в Интернете. Набираете имя – и получаете все, что есть о его обладателе в сети. Сводки новостей, Судебные дела, любые сведения, которые могли попасть в Интернет тем или иным путем.

И Марк/Майк/Мэтт отхлебнул пива из банки.

– Но зачем люди занимаются такой ерундой? – Кейт вылила в рот остатки вина. Пошло все к черту. Она непременно пойдет и нальет себе еще – хотя бы ради того, чтоб отделаться от этого зануды-технаря.

– Ну, например, чтобы проверить, насколько кто-то честен и открыт. Скажем, если вы хотите убедиться в порядочности партнера или нового знакомого… – Интересно, Кейт показалось, или он в самом деле к ней клеился? – Таким образом вы получите информационное преимущество над человеком, – объяснил тип, поправляя очки на носу. – Будете знать заранее, с кем имеете дело.

– А, вот оно как. – Кейт кивнула.

Ну его, это вино. Теперь она хотела только одного – пойти домой. Ноги боле ли, мысли блуждали, а «чудо-лифчик» ужасно впивался в кожу. Но уйти, не попрощавшись с Трейси, было невозможно, и Кейт, извинившись перед собеседником, пустилась на поиски подруги. К этому времени народу на вечеринке прибавилось, и в квартире толпилось не менее сорока человек. Шум стоял такой, что в нем не различались отдельные слова.

Наконец девушка заметила Трейси, весело болтавшую с компанией приятелей из банка. А потом – увидела его.

Он стоял, облокотившись на перегородку высотой по пояс, отделявшую место для готовки от столовой. Широкоплечий мужчина, на несколько дюймов выше обоих своих собеседников, с копной темных непослушных волос. Он был одет в свободную рубашку цвета сливочного масла и темно-серые брюки, сидевшие идеально – довольно облегающие, но не обтягивающие ноги, как у какого-нибудь извращенца.

Кейт пробралась сквозь толпу к Трейси, почти не отводя глаз от сего роскошного образчика мужественности, и ткнула подружку в бок.

– Кто это? – спросила она шепотом.

Трейси проследила за ее взглядом и усмехнулась:

– Я ж тебе говорила!

– Ну, хватит иронии. Кто он такой? Как ты с ним познакомилась? Откуда он взялся?

Кейт никто бы не назвал пресыщенной, но в подобных мужчин она попросту не верила. Юристы такими не бывают. Да подобных людей вообще на свете не водится! Их невозможно просто встретить на вечеринке у лучшей подруги. А то, что столь шикарный парень стоял в толпе недоумков, лишь усиливало его привлекательность.

– Это Гэри Винсенс. Уверена, что у него сейчас никого нет. Занимается случаями банкротства. Том прошлой зимой играл с ним в баскетбол, – объяснила Трейси, окидывая красавца оценивающим взглядом. – Знаешь, он в самом деле хорош собой. И приятен в общении.

– Гэри Винсенс. Гэри Винсенс. Гэри, Гэри, Гэри, – ошарашено повторяла Кейт.

– Ну-ка соберись, девочка. – Трейси со стуком поста вила бокал. – Пошли. Сейчас я тебя ему представлю.

С Кейт на буксире она грациозно двинулась сквозь толпу, раздавая направо-налево кивки и улыбки, пока не подошла к беседующему трио.

– Привет, Гэри. Вы знакомы с моей подругой Кейт? Мы вместе учились на юридическом, а потом наши пути разошлись. Кейт, как и вы, работает в Чикаго.

Трейси подтолкнула Кейт вперед.

– Рада знакомству, Гэри, – сказала она, протягивая руку и улыбаясь. Кейт могла только надеяться, что улыбка получилась обаятельная, а не идиотская. – Я Кейт Беккер.

– Я тоже весьма рад знакомству. Так где вы работаете?

– «Кэссел и Стивене», это в районе Кольца.[4] Мы занимаемся и корпоративными, и гражданскими процессами, но в основном претензиями по страховке.

– Сколько у вас сотрудников?

– Около восьмидесяти. А у вас?

Выяснилось, что Гэри работает в какой-то небольшой фирме (Кейт о ней даже не слышала). Они постояли не много, важно обсуждая работу, а Кейт судорожно пыталась изречь что-нибудь оригинальное. Что-нибудь яркое и остроумное, небанальное…

– А вам приходилось кого-нибудь «гуглить»? – само собой сорвалось у нее с языка.

– «Гуглить»? – на миг смешался Гэри.

Кейт пыталась как можно лучше рассмотреть лицо собеседника, причем не подав виду, что она его разглядывает. Что же в этом человеке особенного? С близкого расстояния она видела крохотные морщинки смеха вокруг глаз, несколько чуть заметных шрамиков от прыщей. Но мелкие несовершенства внешности – Кейт не могла себя заставить воспринимать их как дефекты – только добавляли Гэри привлекательности.

– «Гугль» – поисковая система в Интернете, – объяснила она.

Над верхней губой у нее выступили капельки пота, и она, не глядя в зеркало, могла сказать – макияж уже пару часов как частично смазался. Гэри до сих пор выглядел несколько обескураженным, и Кейт продолжила объяснения, хотя осознавала, что выглядит как хакер или кто-нибудь еще похуже. Она подумала, что неплохо бы сменить тему разговора раньше, чем непонимание на лице Гэри сменится ужасом. Кейт умудрилась ввернуть, что ей приходилось иметь дело с процессом по 11-й статье, а вот в процессах о банкротстве она ничего толком не понимает. Может, он любезно просветит ее?

– Конечно, нет проблем, – отозвался неотразимый Гэри, похоже, испытав немалое облегчение, когда собеседница закрыла тему «Гугля». Он вытащил из бумажника визитку и протянул ей: – Позвоните мне как-нибудь, и я с удовольствием вам объясню.

Тут внимание Гэри отвлекли двое приятелей, уже стоявшие в дверях, подзывая его жестами и красноречиво указывая на часы.

– Э-э… Кейт, дело в том, что я должен идти. Мы едем на Раш-стрит. Приятно было познакомиться.

Гэри ушел, и Кейт проводила его взглядом, еще раз отметив, как идеально сидят на нем серые брюки. Потом перевела взгляд на визитку и узнала, что офис нового знакомого находится неподалеку от ее работы.

– Ну как? – Рядом материализовалась Трейси.

– Что – «ну как»?

– Как флюиды?

– Сама не знаю. Парень привлекательный. Но флюидов я вроде бы не уловила. – Кейт в раздумье поджала губы: – Может, он голубой.

– Ох уж ты со своими флюидами! – Трейси закатила глаза.

– Эй, они меня еще ни разу не подводили! Обычно в первые пять минут знакомства делается понятно, хотите вы друг друга или нет. Если флюидов не ощущаешь, то зачем связываться?

– Например, чтобы не упустить отличного парня только потому, что в первые пять минут на тебя не подействовал его сексуальный магнетизм. – Трейси отпила из бокала – Кейт рассмотрела, что это вода. Ее подруга не прочь выпить бокал-другой вина, но пьяной Трейси не бывала.

Кейт подумала, прежде чем ответить.

– Ладно, с флюидами или без них, но этот Гэри кажется нормальным, приятным парнем. Конечно, против него тот факт, что они с дружками поехали на Раш-стрит. Наверняка собираются завалиться там в какую-нибудь забегаловку с голозадыми девками…

– У-ух, ты и скажешь…

Раш-стрит была настоящей городской клоакой, там множество баров и клубов вроде «У мамочки», неизменно притягательных для студентов, туристов и провинциалов. Возраст большинства посетителей не превышал двадцати с не большим. В этих барах пьяная молодежь предпочитала «состязаниям мокрых футболок» и «дамским ночам» так называемые «конкурсы ремешков», на которых женщины раздевались до белья – тончайших полосок ткани – и дефилировали перед восторженной толпой, соревнуясь за призы наличными.

– Ты можешь себе представить? Я бы ни за какие деньги на свете не согласилась показывать публике свою задницу. Я даже от нового партнера всякий раз пячусь, когда надо выйти из спальни в ванную комнату…

– Это как?

Кейт наглядно изобразила.

– Пятиться – значит двигаться спиной вперед, так, что бы парень не увидел твоего голого зада. – Она отступила от подруги на несколько шагов, при этом не отворачиваясь. – «Ну что, милый, может, принести тебе чашечку кофе? Или еще что-нибудь?»

Трейси рассмеялась:

– Ты ведь не серьезно, а?

– Куда уж серьезнее. Ты, Трейси, просто не знаешь, что это такое. Всякий раз, оказавшись наедине с новым парнем, я так волнуюсь – а вдруг партнер посчитает, что у меня слишком маленькие сиськи, или слишком толстый живот, или заметит целлюлит на попе. Тебе-то повезло, больше не нужно волноваться. У тебя ведь есть Том.

– Это не значит, что меня не заботит собственная внешность. – И Трейси беспокойно разгладила юбку.

– Да брось. Ты красивая, Трейси, и Том тебя любит. Хотела бы я встретить парня, с которым мне было бы так же спокойно. – Кейт отпила глоток вина. – Знаешь, что-то подобное я испытывала с Эндрю… По крайней мере, когда мы занимались сексом. Правда, в остальное время я чувствовала себя огромной толстой лосихой, – призналась она со вздохом.

Трейси покачала головой:

– Помнишь наш уговор – никаких бесед об Эндрю? Предполагалось, что я буду тебе напоминать…

– И совершенно правильно. Забудь, что я сказала. Давай лучше поговорим о Роскошном Гэри.