"Сын света" - читать интересную книгу автора (Жак Кристиан)

1

Дикий буйвол, застыв, вперил взгляд в юного Рамзеса. Бык был огромным; ноги, толстые, как столбы, длинные свисающие уши, борода, гребнем торчащая из нижней челюсти, черно-коричневый окрас… он только что почувствовал присутствие человека.

Внимание Рамзеса привлекли рога буйвола: сходящиеся и вздутые у основания, они выгибались назад, затем вздымались вверх, образуя нечто вроде шлема, венчавшегося острыми пиками, способными прорвать шкуру любого противника.

Мальчик никогда еще не видел такого громадного буйвола.

Этот относился к той опасной породе, которую не смели тревожить даже искуснейшие охотники; невозмутимый посреди своего стада, всегда готовый защитить собратьев, окажись они ранеными или больными, внимательный к воспитанию молодых, самец превращался в грозного воина, стоило только нарушить его покой. Разъяренный одним малейшим движением, он устремлялся на врага с безумной скоростью и не останавливался, пока не растопчет его.

Рамзес отступил на шаг.

Хвост дикого зверя хлыстом просвистел в воздухе; бешеный взгляд пронзил чужака, который осмелился ступить на его территорию — зеленые луга на топях, где колыхался высокий тростник. Невдалеке, окруженная своими товарками, телилась корова. На этих безлюдных просторах у берегов Нила грозный самец царствовал над своим стадом и не терпел никакого чужого присутствия.

Юноша надеялся, что заросли тростника его скроют; но карие глаза быка исподлобья грозно смотрели на него, не отрываясь. Рамзес понял, что ему не уйти.

Мертвенно-бледный, он медленно обернулся к отцу.

Сети, фараон Египта, тот, которого прозвали «бык-победитель», держался в десяти шагах за сыном. Говорили, одно его присутствие парализовывало противника; его ум, острый как клюв сокола, вникал во все, и не было того, о чем бы он не знал. Стройное, сильное тело, строгое лицо, высокий лоб, нос с горбинкой, выступающие скулы — вот Сети, воплощение власти. Почитаемый и внушающий трепет, этот правитель вернул Египту его былую славу.

В возрасте четырнадцати лет Рамзес, который успел уже возмужать и телом не отличался от взрослого, впервые увидел своего отца.

До тех пор он жил во дворце и воспитывался наставником, который должен был вырастить из него достойного человека, которому как сыну царя предстояло вести счастливую жизнь, занимая высокий пост. Однако Сети посчитал нужным прервать изучение тонкостей иероглифического письма, чтобы увести сына в дикую природу, вдали от какого бы то ни было поселения человека. Молча, не проронив ни слова.

Когда растительность стала слишком густой, царь с наследником оставили повозку с двумя впряженными лошадьми и ринулись в высокие заросли тростника. Преодолев это препятствие, они оказались на территории быка.

Дикий зверь или фараон, кто из них был более устрашающим? И тот, и другой источали такую мощь, с которой юный Рамзес не чувствовал себя в силах совладать. Разве не утверждали мудрецы, что бык — это небесное животное, оживленное огнем другого мира, и что фараон был в родстве с богами? Юный царевич был могуч и смел, но ощущение, что он зажат между двумя почти союзными и равными силами, впечатляло.

— Он заметил меня, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно.

— Тем лучше.

Эти два первых слова, произнесенных отцом, прозвучали как приговор.

— Он огромный, он…

— А ты, ты кто?

Вопрос удивил Рамзеса. Левым копытом бык яростно ударил в землю; цапли взметнулись прочь, стремительно покидая поле битвы.

— Кто ты, трус или сын царя?

Взгляд Сети пронзал душу насквозь.

— Я хочу сражаться, но…

— Настоящий мужчина бьется до последнего, царь идет еще дальше; если ты не способен на это, ты не сможешь править, и мы больше никогда не увидимся. Никакое испытание не должно тебя поколебать. Уходи, если хочешь; а нет — возьми его.

Рамзес осмелился поднять глаза и выдержать взгляд отца.

— Вы посылаете меня на смерть.

— «Будь сильным быком вечной молодости, с твердым сердцем и острыми рогами, которого ни один враг не сможет одолеть», — сказал мне мой отец; ты, Рамзес, ты вышел из чрева твоей матери как настоящий бык, ты должен стать сияющим солнцем, излучающим свет на благо своему народу. Ты скрывался в моих руках как звезда; сейчас я разжимаю пальцы. Свети или исчезни.

Бык взревел; разговор чужаков приводил его в бешенство. Все вокруг замерло; все живое, от суслика до птицы, предчувствовало неизбежность битвы.

Рамзес приготовился.

В схватке голыми руками он уже одерживал верх над противником и тяжелее, и сильнее этого, благодаря приемам, которым обучил его наставник. Но как подступиться к зверю такой величины?

Сети подал сыну длинную веревку со скользящим узлом.

— Сила — в голове; поймай его за рога, и ты победишь.

Юноша воспрял духом; во время игр он много раз тренировался ловить веревкой.

— Как только бык услышит свист твоего лассо, — предупредил фараон, — он ринется на тебя; не упусти его, другого шанса у тебя не будет.

Рамзес мысленно повторил нужное движение, ободряя себя. Несмотря на свой юный возраст, он обладал ростом взрослого человека и мускулатурой атлета-многоборца. Как раздражал его детский локон, подвязанный лентой на уровне уха, это ритуальное украшение из прекрасных светлых волос! Когда он, наконец, займет этот пост при дворе, ему будет разрешено носить другую прическу.

Однако оставит ли ему судьба время на это? Конечно, много раз, и не без бахвальства, горящий отвагой юноша призывал к себе достойные его испытания; но он и не подозревал, что сам фараон внемлет его желаниям и ответит на них, да еще так грубо.

Раздраженный запахом человека бык не собирался долго ждать. Рамзес сжал веревку; когда животное будет поймано, потребуется громадная сила, чтобы его остановить. Это казалось невыполнимым, значит, ему придется превозмочь себя, пусть хоть сердце его разорвется!

Нет, он не разочарует фараона.

Лассо взвилось в руках Рамзеса; бык метнулся на него рогами вперед.

Удивленный стремительностью зверя, юноша отступил в сторону на два шага, вытянул правую руку и бросил лассо, развернувшееся кольцами, как змея, скользнув по спине быка. Промахнувшись, Рамзес поскользнулся на влажной земле и упал как раз в тот момент, когда рога буйвола уже готовы были проткнуть его. Они слегка задели его грудь, но юный воин не закрыл глаза.

Он желал посмотреть своей смерти в лицо.

Взбешенный бык домчался до зарослей тростника и резко развернулся; Рамзес, который уже успел вскочить на ноги, пронзил его своим взглядом. Он будет противостоять ему до последнего вздоха и докажет Сети, что сын царя умеет умирать достойно.

Порыв несущейся громады вдруг резко прервался; веревка, которую крепко держал фараон, обвила рога быка. В безумном бешенстве зверь замотал головой, едва не свернув себе шею, тщетно пытаясь освободиться; Сети использовал его беспорядочную силу, чтобы направить ее против самого же быка.

— Возьми его за хвост! — приказал он сыну.

Рамзес подбежал и схватил хвост быка, почти лысый, с кисточкой на конце, такой же, какой носил фараон на поясе схенти в знак власти над силой быка.

Побежденный зверь успокоился, тяжело дыша и хрипя. Царь отпустил его, сделав знак Рамзесу встать позади него.

— Они практически неукротимы; такой самец идет сквозь огонь и воду и умеет даже притаиться за деревом, чтобы неожиданно настичь своего врага.

Бык повернул голову и посмотрел на противника, оценивая его. Будто сознавая себя бессильным перед фараоном, он спокойным шагом удалился на свою территорию.

— Вы сильнее его!

— Мы больше не противники, мы заключили договор.

Сети достал клинок из кожаных ножен и быстрым, уверенным движением срезал детский локон.

— Отец…

— Твое детство прошло, завтра начинается твоя жизнь, Рамзес.

— Я не победил быка.

— Ты победил страх, первого врага на пути к мудрости.

— И много их еще?

— Больше, чем песчинок в пустыне.

Этот вопрос обжигал ему губы и, наконец, сорвался с языка:

— Значит ли это… что вы выбрали меня в наследники?

— Ты думаешь, что смелости достаточно, чтобы править людьми?