"Худловары" - читать интересную книгу автора (Шелли Мерси)

Пролог Автор, выпей йоду!

…и только ради пары засохших листьев взял эту книгу

Звонок издателя застал меня в сортире. Бывают такие удивительные совпадения, когда сразу понимаешь – это не желудок, это судьба.

Вообще-то я не из тех, кто любит болтать по мобильнику на толчке. Но до издателя мне позвонил один псих, решивший, что я хочу выслушать идею нового проекта. Проект должен совместить SMS-сервисы, GPS-навигацию и еще пяток модных прибамбасов. По плану психа, объединение всех этих чудес сулит сказочное обогащение. При чем тут я? О, сущая мелочь. Небольшое одолжение. Нужно помочь с финансированием. Если бы я задействовал свои связи в Министерстве обороны, в компании Microsoft и в одной чисто женской тоталитарной секте… Пару звоночков, ага. И тогда все завертится.

Где-то на тридцать второй секунде этого бреда я и отправился с трубкой в сортир, чтобы не терять время, но и не обижать психа моментальным отбоем. Я знавал психов, которые от таких отбоев заводятся еще больше и звонят снова в пять утра.

Через три минуты мне удалось закончить сеанс психотерапии на вполне дружеской ноге. Но не успел я отложить трубу, как этот ненасытный тамагочи опять запиликал. Неужели терапия не помогла? Старею?

Нет, голос был другой. Мой буйный технопсих стрекотал как кузнечик, а теперь в трубке сидел жук-короед.

Начал он издалека, они это любят. Как, мол, поживает великий японский поэт. Ну и прочая такая розовая помада с блеском.

С издателями нужно держать ухо востро. Это по молодости ты с ними любезничаешь. Ваши творческие планы? – о, Наполеон отдыхает! Прислать текстик? – Да легко, как два клика. Оп! – и ты уже на крючке. Начинаешь чего-то ждать, интересоваться. А он, сука, на тебя давно уже забил. Юлит, юлит, а потом через полгода говорит какой-нибудь поганенький комплимент. Такая мол, сильная вещь, боюсь, нашим простым читателям не осилить.

Теперь-то я ученый. Как там моя японская поэзия? Да никак! Международная премия три раза в одну воронку не падает. А если бы и упала, все равно только на одну пьянку хватило бы.

– Погоди, но я же видел тебя в этом… в сборнике Курицына. «Стихи в Петербурге XXI века». Прямо с тебя начитается!

– Старье голимое. И никаких денег.

– Да уж, – с притворной печалью вздыхает трубка. – А еще сейчас в клубах многие читают. Ты наверняка мог бы…

– Ага, еще как мог. Последний раз я читал в позапрошлом году в Коктебеле. Через девять месяцев у меня сын родился. Он классный пацан, но ему еще рано заводить сестер.

– Ладно, не скромничай, – скрежещет короед. – Зато предсказания из твоего романа по всему Интернету цитируют.

Кто-то внутри меня собирается разомлеть от услышанного. Но я беру эту внутреннюю гниду за жабры и хорошенько скручиваю. Нельзя, нельзя. С издателями надо как с мертвыми, только наоборот – либо плохое, либо ничего.

– А ты в курсе, какой гонорар был за тот роман? Мне за одну подтирочную статью в «Плейбое» заплатили больше. Да и вообще, с фантастикой я…

– Отстой, однозначно! – радостно соглашается издатель. – Знаешь, эта волна инфантильных книжек уже всех достала. Мы сейчас запускаем новую серию. Чистый реализм. Настоящий русский язык.

Пожалуй, надо было поболтать с первым психом подольше, размышляю я. Его план уже не кажется мне бессмысленным. SMS-сервис как самая массовая форма электронной оплаты в России. Плюс GPS-навигация как привязка к картам и другим локальным услугам. Да и остальные прибамбасы, которые он упоминал… Нужна только пара хороших программеров, и… Блин, неплохой план!

– Я тут недавно говорил с N…, – продолжает жук-короед из трубки. – Он мне показал твои американские рассказы. Это именно то, что нам нужно! Только бы… покрупней. N. меня уверял, что ты сейчас над чем-то большим работаешь.

– Ну да, работаю над кое-чем…

Я зажимаю трубку плечом, отрываю длинный лоскут туалетной бумаги и складываю пополам. Бродский, говорят, с похмелья ходил на Васильевский остров. Этот остров отличается от Петроградской стороны тем, что люди там ходят не только по Малому и Большому, но еще и по Среднему. Вот и у меня сегодня та же хрень. Неформат какой-то.

Но дело уже сделано, и от известного удовольствия я опасно расслабляюсь.

– С деньгами-то чего у вас?

Зря, зря. Ясно же, денег никаких. Но сейчас не докажешь. Это вроде как другие, прошлые истории. А в будущем у издателей всегда есть деньги.

– Так я ж говорю, новая серия! Все ресурсы на амбразуру. Миллионов не обещаю, конечно. Но уж всяко не те подачки, что тебе в Питере платили. Когда можешь текст прислать?

– Только я сразу предупреждаю… – Говорить срок нельзя, он и так меня уже подловил. Надо отмазаться как-то иначе. – …Предупреждаю, это будет грязно. Будут описаны нераскрытые убийства и нарушена корпоративная этика. Будут даны рецепты взрывчатки, наркотиков и редких сексуальных извращений. Оскорблены чувства известных личностей и целых религиозных групп. Реальные имена будут! И еще, это… будет рассказано, как на самом деле создавался русский Интернет. И про патриотизм тоже.

– Да ладно, тебя и так все ненавидят, – хихикает трубка.

«Зачот», думаю я. Прямо так и думаю, с буквой «о». Такого комплимента я не ожидал. И даже замер на миг, не донеся бумагу.

– Будет жестоко искажен русский язык, – без особого энтузиазма добавляю я.

– Гы-гы, – раздается в трубке. – Со времен Fuck.Ru уже семь лет прошло. Сейчас на этом языке даже министры говорят. Кого ты удивишь?

Отступать некуда. Остается соврать, чтобы отвязаться. Соврать издателю – не грех, они сами все время врут.

– Где-то в конце лета закончу, – говорю я. – Если основная работа не загрузит.

– Ну и славно. Буду ждать.

Он дал отбой. И тут я сделал еще одну ошибку.

Не надо было после сортира идти в душ. В душе приходят мысли. Или развиваются идеи, которые попали в голову аккурат перед душем. В верхней части головы человека есть тайная кнопка, которая включается струей воды. Попы не случайно используют воду при крещении. Но монополизировать эту технологию им пока не удалось. Иногда я специально иду в душ, чтобы что-нибудь такое развить.

А тут не надо было. Потому что под душем я стал думать о литературе.

Когда-то давно, в глупом пионерском детстве, нам влили в голову, что «книга – источник знаний». И что мы живем «в самой читающей стране». Только спустя годы я заметил, что эти две аксиомы не сходятся. Если бы книги были источником знаний, в нашей самой читающей стране зашкаливало бы от знающих людей.

Между тем, число окружающих дураков с годами не уменьшилось. Просто они у нас – специальные. В отличие от дураков других стран, увлекающихся телками, тачками и туризмом, у нас в России выведены две особые породы дураков – «дурак читающий» и «дурак пишущий». Говорят, это как-то связано с принудительным потреблением рыбьего жира. Так или иначе, две породы дураков прекрасно живут в симбиозе. У них нет национального спорта или национального танца. А о том, что у них нет секса, они сами с удовольствием рассказывают по телевизору. Все это им заменяет литература как наиболее доступная, карманная форма некрофилии. Гребаные мокрецы миллионного разлива.

Вот об этом стоило бы написать. Причем не здоровому человеку, которого болезнь вообще не коснулась. Нет, написать должен тот, кто переболел и выздоровел. Только такой человек, как я, может вывести мокрецов на чистую воду. Агент Скалли, дайте мне ледоруб!

Я вышел из душа, вытерся. А может, ну его к Багу? Отвечать врагу его же оружием – значит, снова взять в руки оружие. Снова заболеть. К тому же осенью этот издатель на букву «П» наверняка сообщит, что планы поменялись и новую супер-серию зарубили.

Но как назло, у меня был выходной, жена с малышом умотали на дачу, а на улице шел дождь. Нормальный летний дождь, до следующего четверга. Мечта гребаных мокрецов.

Я сел к компу. И услышал, как далекие мокрецы потирают лапы, предчувствуя, что сейчас они снова поимеют мой мозг. Что же делать?

И тут я вспомнил. Память – отличная штука, когда она не внешняя. Я знаю, как обломать гребаных пришельцев.

# # #

Десять лет назад я видел инопланетян. В тот день стояла моя любимая погода. Знаете, бывают такие застывшие питерские деньки: солнца нету, но и не очень пасмурно, и не жарко вроде, и не холодно. Дождя нету, но как будто вот-вот пойдет, легкий такой, кислотный, на радость всем любителям LSD. И вообще как будто осень, хотя на самом деле весна. Такой вот прозрачный, промежуточный день. В такие дни и восприятие реальности какое-то сдвинутое.

В один из таких дней в городе Моргантаун, штат Западная Вирджиния, я встретил инопланетян. Высадились они в университетском кампусе, но первую пару я заметил еще в начале Хай-стрит, за восемь кварталов до Юниверсити-авеню. Инопланетяне стояли на всех углах, парами. Они были одеты в очень чистые белые рубашки и очень черные костюмы. В руках держали зеленые книжечки.

Не то чтобы они очень навязывались. Но весь их уверенный, неземной вид как бы говорил: «Не возьмешь книжечку – разбомбим вашу Чечню к ебеням!». Я прошел три квартала, выдерживая такое давление. Это было непросто: черно-белые пары с зелеными книжечками стояли на всех углах. Мозг мой работал на пределе… и наконец родилось решение!

Я взял книжечку. Но открывать не стал, а с идиотской улыбкой и книжечкой в руке пошел дальше. Остальные инопланетяне, видя, что у меня уже есть книжечка, улыбались и не давили на меня больше.

На лекцию я пришел с опозданием в десять минут. В тот день мы многих не досчитались. Зеленую книжечку я так и не читал – хотя однажды, приняв множество мер безопасности, открыл ее на задней странице. Это была гидеоновская Библия.

Позже, в Москве, знакомый рассказал мне, что ему тоже однажды удалось обмануть инопланетян. И не только обмануть, но и получить с этого личное удовольствие.

Он в тот день поехал в метро. Для конспирации ему пришлось взять с собой одну книжку в оранжевой обложке: в метро, как известно, с большим подозрением относятся к людям без книжек. И вот мой приятель стоит себе на перроне, ждет поезда, книжка оранжевая в руке. Вдруг подходит к нему девушка небесной красоты и говорит человеческим голосом: «Чего это ты здесь стоишь? Наши все уже собрались!» Потом берет его под белы руки и ведет в другой конец платформы. А там – целый палисадник девушек небесной красоты. И все с книжками в оранжевой обложке. Сбор фанатов Макса Фрая. И мой приятель таким путем узнал, что Макс Фрай – это не только ценная книга, но и три-четыре…

Короче, способы есть. Гребаные пришельцы не получат мой мозг. Я использую трюк, который придумал сто двадцать лет назад Луи Пастер. Это он назвал вирусы «главным врагом человека». А еще он заметил, что если взять дохлого микроба, это организму не повредит, зато поможет выработать защиту против живой заразы того же сорта. 1885 год, первая вакцина против бешенства.

Я сделаю то же самое. Не буду писать ничего нового. Просто открою старые дневники и вытащу оттуда все, что нужно. Всех своих дурманных вибрионов литературной болезни.

Может быть, от этой прививки у вас закружится голова или зачешется в неожиданном месте. Может, вас даже стошнит. Не ссыте, так и надо. Сладкие леденцы в награду тоже будут.

Да, и вот еще что. Обычно в начале книги ставят такую странную фразу – мол, все упомянутые персонажи вымышлены. Не понимаю, зачем это? И так ясно, что все герои книг вымышлены. Сейчас, когда я пишу эти строчки, в моей квартире никого нет. Ну, если не считать вон того таракана, который вылез из телефона и ползет к пакету из-под печенья. Я дописываю абзац, а он тем временем набрасывается на крошки. Но оттого, что я называю в тексте чье-то имя, в комнате не становится больше народу. И тараканов не прибавляется. Даже печенья не прибавляется. Конечно, все вымышлено. А как же иначе?

Так что если у вас возникнет ощущение, будто персонаж из книги и какой-то реальный человек – одно и то же лицо, помните: это верный признак болезни. Той самой, от которой вас может спасти моя история.