"Когда дьявол пляшет" - читать интересную книгу автора (Ринго Джон)

1

Молитва коммандоДаруй мне, Боже, что еще имеешь;Даруй мне, о чем никто не молит.Не прошу у тебя ни богатств, ни успеха,Ни даже здоровья.Этого, Боже, просят так часто,Что вряд ли хоть что-то осталось.Даруй мне, Боже, что еще осталось; Даруй, что люди принять не хотят.Опасностей и тревог я желаю,Желаю волнений и драк. И если все это мне ты даруешь,Всевышний, и полною чашей,Пусть останется это со мной навсегда,Ведь я не всегдаНайду в сердце храбрость просить о таком.Капрал Зирнхельд. Специальная Авиационная Служба, 1942

Клейтон, Джорджия, Соединенные Штаты, Сол III

11 сентября 2009 г., 23:25 восточного поясного времени


Ночное небо над Клейтоном, Джорджия, полыхало огнем бригадной артиллерии, в воздухе свистела картечь. Пурпурно-оранжевые вспышки разрывов снарядов с дистанционными взрывателями освещали скелет разбомбленной закусочной «Бургер Кинг» и мечущиеся тени послинских захватчиков, похожих на кентавров.

Молот пушечных ударов расшвыривал инопланетян с крокодильими головами в разные стороны, и сержант-майор Мосович ухмылялся регулярному, словно метроном, стуку винтовки снайпера команды. Три бого-короля командовали послинским «оолт’ондаром» — подразделением, размер которого колебался от батальона до дивизии землян. Точно посланные пули сбросили двух из троих правителей с антигравитационных аппаратов в форме блюдца, а последний прибавил скорость и быстро исчез из виду. Когда он скрылся, снайпер начал работать по «нормалам» послинов.

Остальные члены Команды Пять Патруля Дальней Разведки огня не открывали, иначе бы их выдали трассеры, и тогда бой превратился бы в противоборство пшеницы с косой. Даже без своих лидеров батальон полуразумных нормалов смахнет команду ПДР с карты.

Поэтому они указывали цели и корректировали огонь артиллерии, пока остатки инопланетян не пропали из виду.

— Хорошая стрельба, — негромко произнес Мюллер, посмотрев на десятки валявшихся на улицах тел величиной с лошадь. Крупный, со светлыми волосами, мастер-сержант дрался или обучал других драться с послинами еще до того, как остальной мир узнал об их существовании. Как и Мосович, он видел все то плохое и все немногое хорошее, что принесло с собой вторжение.

Когда они первый раз получили приказ открывать огонь по любой подходящей цели во время патрулирования, это не показалось хорошей идеей. За ними раньше уже гонялись послины, и это вовсе не было забавно. Инопланетяне превосходили людей в скорости и выносливости; чтобы стряхнуть их с хвоста, требовались либо невероятная скрытность, либо достаточная огневая мощь.

Однако захватчики, похоже, никогда не продолжали преследование за пределами определенных зон, а ПДРрасполагали достаточной огневой мощью для уничтожения большинства преследователей. Поэтому теперь они пользовались любым представившимся шансом «поджарить» захватчиков. И, честно говоря, получали определенное извращенное удовлетворение от хорошей артиллерийской стрельбы.

— Слишком долго раскачивались, — пробурчал сержант Николс. Е-5 [2] недавно перевели к ним из Десяти Тысяч. Подобно всем Спартанцам, сержант был крепок, как ствол его снайперской винтовки. Но ему предстояло еще многому научиться в отношении пребывания за Стеной.

— Пушкари всегда опаздывают, — сказал Мюллер, поднимаясь. Как и снайпер, заместитель командира, всегда шедший передовым дозорным, был облачен в накидку «гилли». Болтающиеся полоски ткани, предназначенные для размывания контуров человеческого тела и делавшие солдата практически невидимым среди растительности, иногда сильно мешали. Но зато они отлично скрывали здоровенного мастер-сержанта.

Линия фронта вдоль Восточного побережья оставалась стабильной уже почти два года. Каждая сторона имела свои сильные и слабые стороны, их комбинация породила патовую ситуацию.

Послины располагали чрезвычайно передовым вооружением, на сотни поколений лучше земного. Их легкие гиперскоростные ракеты могли вскрыть основной боевой танк или дот, словно консервную банку, и ими был вооружен каждый десятый «нормал». Плазменные пушки и тяжелые рэйлганы, установленные на блюдцах бого-королей, были почти столь же эффективны, а наборы сенсоров на каждом блюдце не оставляли ни единого шанса ни одному самолету или ракете, появившимся на горизонте.

В дополнение к технологическому преимуществу они превосходили защитников-землян численностью. Земля перенесла пять волн вторжения с многочисленными «малыми» высадками в промежутках, в результате которых на осажденную планету высадились два миллиарда послинов. А для достижения половой зрелости послинам требовалось всего два года. Сколько их сейчас находилось на Земле, оценить не представлялось возможным.

Конечно, не все они высадились в Северной Америке. И в самом деле, по сравнению с остальным миром Соединенные Штаты отделались еще сравнительно легко. Африка, за исключением некоторой партизанской активности в центральных джунглях и на юге, была практически вычеркнута с карт в качестве «человеческого» континента. Азия пострадала почти так же сильно. Похожие на лошадей послины испытывали явные трудности в гористой или покрытой джунглями местности, так что отдельные части Юго-Восточной Азии, особенно Гималаи, Бирма и некоторые районы Индокитая все еще оказывали активное сопротивление. Но и Китай, и Индия фактически стали послинскими провинциями. Лошадям потребовалось меньше месяца, чтобы пересечь Китай, повторив «Великий поход» Мао и перерезав по дороге четверть населения Земли. Пали также большая часть Австралии и Южной Америки, за исключением непроходимых джунглей и Андского хребта.

Европа стала сплошным полем сражения. Послины плохо функционировали при низких температурах, не столько из-за мороза как такового, сколько из-за трудностей с добыванием пропитания, так что они оставили без внимания Скандинавский полуостров и внутренние области России. Но силы послинов заняли всю Францию и Германию, за исключением части Баварии, и прошли неудержимой волной от равнин Северной Германии до Урала. Там они остановились, больше из-за неприязни к природным условиям, чем в связи с военным сопротивлением.

В настоящее время линия сопротивления проходила по Альпам, Балканам и Восточной Европе, но находившиеся на осадном положении уцелевшие испытывали нехватку продовольствия, производственных мощностей и надежды. Остальная Европа, все низменности и исторические «центральные» зоны находились в руках послинов.

Америке, благодаря удаче, благоприятной местности и стратегической безжалостности, удалось удержаться.

Раскинувшиеся на обоих побережьях равнины, за исключением отдельных городов, были сданы послинам. Но протянувшиеся с севера на юг горные хребты по обе стороны континента, вместе с Миссисипи, позволили стране перегруппироваться и даже местами контратаковать.

На западе массив Скалистых гор защищал внутренние районы, препятствуя объединению послинов, застрявших на узкой полоске земли между горами и морем. Однако на этой узкой полоске когда-то проживал значительный процент населения Соединенных Штатов, и последствия перемещения гражданского населения и потери среди него были огромными. Под конец большинство жителей Калифорнии, Вашингтона и Орегона перебрались в безопасные убежища в Скалистых горах. Большинство оказалось во все еще строящихся подземных городах, «подгородах», построенных по рекомендации галактидов. Там они жили, производили на подземных заводах потребную для ведения войны продукцию и отправляли на фронт сыновей и дочерей.

Недра Скалистых гор содержали множество нетронутых источников полезных ископаемых, и теперь все они активно разрабатывались. Но вот чего не хватало, так это продовольствия. Еще до первого приземления были сняты все ограничения на производство сельскохозяйственной продукции, и отклик американского сельскохозяйственного монстра был разительным. Но большинство излишков продовольствия послали в несколько укрепленных городов на равнинах. По плану они должны были продержаться пять лет, и продовольствие заботило их больше всего. Поэтому, когда произошла первая массированная высадка, повсюду существовал серьезный дефицит. Почти все плодородные сельскохозяйственные земли на западе, за исключением бассейна Кламат, оказались в руках послинов. Так что большая часть продовольствия поступала в западные подгорода по длинному и тонкому соединительному звену, проходящему через Северные равнины, по межштатному шоссе М-94 и железной дороге Санта-Фе. Перережь это звено, и восемьдесят пять миллионов человек медленно умрут от голода.

На востоке дела обстояли ничуть не лучше. Линия Аппалачей протянулась от Нью-Йорка до Джорджии и смыкалась с рекой Теннесси, создавая непроходимый барьер от Сент-Лоуренса до Миссисипи. Однако Аппалачи совсем не походили на Скалистые горы. Они не только были значительно ниже, но в них существовали проходы, почти такие же открытые, как и равнины. Так что послины нашли ряд мест для атак по всему фронту. И в Роаноке, Рочестере, Чаттануге и в других местах шли упорные и кровавые бои. Во всех проходах регулярные части, усиленные галактическими Бронированными Боевыми Скафандрами и элитными Десятью Тысячами, день и ночь сражались с нескончаемыми волнами послинов. Однако фронт держался. Иногда он держался лишь потому, что уцелевшие после атаки были слишком сильно вымотаны для бегства, но он держался. Время от времени линия фронта выгибалась, но нигде полностью не рвалась.

Важность обороны Аппалачей было трудно переоценить. С потерей прибрежных равнин и большей части Великих равнин единственными крупными областями для производства сельскохозяйственной продукции остались Центральная Канада, плато Камберленд и долина Огайо. И хотя в канадских степях выращивали зерно высокого качества, средняя урожайность на акр была низкой, и из этого зерна не удавалось выпускать продовольственную продукцию широкого ассортимента. Вдобавок, хотя промышленный рост шел по всей Британской Колумбии и Квебеку, проблемы транспортировки и снабжения диверсифицированной экономики широкого профиля в почти субарктическом регионе, всегда изводившие Канаду, никуда не делись даже перед лицом послинской угрозы. Было невозможно запихнуть все уцелевшее население Соединенных Штатов в Канаду, а если бы и удалось, существование выживших оказалось бы ничуть не лучше, чем у индийцев, скучившихся в Гуджарате и Гималаях.

Утрата Камберленда и Огайо практически означала бы конец активной обороны. Люди на континенте останутся, но, как и на остальных главных материках, они будут представлять собой отдельных уцелевших, копающихся в руинах в поисках еды.

Зная, что нижние районы Великих равнин непригодны для обороны, большинство бронетанковых частей и галактических Бронированных Скафандров отступили, не ввязываясь в бой, если только не могли нанести урона. Отступление закончилось на реке Миннесота, в основном по той же причине, что и Сибирское отступление. Тем не менее послинам удалось добиться одной цели, хотя они о ней могли и не знать. За время длинного отхода Одиннадцатая дивизия Мобильной Пехоты, крупнейшая на Земле воинская часть Бронированных Боевых Скафандров ГалТеха, была уничтожена.

Вся оборона основывалась на главных слабостях послинов: неспособности противостоять артиллерии и неспособности преодолевать значительные препятствия. Бого-короли почти стопроцентно сбивали самолеты и ракеты, но не были способны справиться со свободно падающими снарядами непрямого артиллерийского огня. Так что пока они находились в пределах досягаемости артиллерийского огня людей, они были уязвимы. И по причине своего странного умственного выверта для них было практически невозможно преодолеть современные оборонительные сооружения. Соотношение потерь при атаках первого пояса укреплений обычно составляло сотню послинов на каждого убитого землянина; даже при всей своей подавляющей численности они просто не могли захватить больше одного первого ряда подготовленных укреплений. А практически все оборонительные сооружения вдоль что Скалистых гор, что Аппалачей защищались крупными воинскими частями с многочисленными подразделениями поддержки и обеспечения. Так что послины шли вперед и погибали в таких огромных количествах, что точно сосчитать их не представлялось возможным. И терпели поражение. Каждый раз.

И сейчас люди скорчились позади своих грозных укреплений, в то время как послины строили цивилизацию сразу за границей досягаемости артиллерийского огня. А между ними располагалась заросшая бурьяном и населенная привидениями ничейная земля разрушенных городов и сожженных поселков.

И именно в этой глухомани патрулировали ПДР.

— Давайте двигаться, — негромко проговорил Мосович, засовывая бинокль в футляр. Прибор был сделан по старой технологии, даже без усиления света, но в подобных условиях работал достаточно хорошо. И его устраивало снаряжение без всякой электроники; батареек, даже ГалТеховских, не хватало. — Подозреваю, те парни направлялись на юг, к нашей цели.

— И что именно мы должны сделать со сферой, Джейк? — спросил Мюллер. Тем не менее он пошел вниз по склону на юг.

Неделю назад одну из гигантских «боевых сфер» послинов обнаружили во время траектории снижения. Корабль приземлился гораздо более упорядоченно, чем было принято у послинов. Обычно посадки происходили более или менее случайным образом, но эта сфера приземлилась в одном из немногих регионов Восточных Соединенных Штатов, куда не доставала тяжелая артиллерия; Центры Планетарной Защиты, которые могли бы воспрепятствовать высадке, были уничтожены до завершения строительства.

Сферы состояли из тысяч небольших кораблей со множества миров. Они формировались в заранее определенной точке дальнего космоса, затем отправлялись к планете-цели. Когда они достигали внешних слоев атмосферы, сферы распадались, и составляющие их корабли, «Лэмпри» и Командные Додекаэдры, расходились и охватывали место посадки гигантским кругом.

И одна из таких приземлилась где-то вокруг уже завоеванного Кларксвилля, Джорджия. Теперь перед ПДР стояла задача выяснить, куда собираются направиться прилетевшие на ней силы.

Пока все выглядело так, словно они собирают силы, а не выпускают. Что было по меньшей мере необычно.

— Прежде всего ее найти, — ответил Мосович. — Затем подумаем, что делать.

Найти ее будет нелегко. По всей пересеченной сельской местности шныряли отряды послинов. Поскольку горы представляли известную трудность для похожих на кентавров послинов, это означало, что они держались дорог. Это, в свою очередь, означало, что команде ПДР дорог приходилось старательно избегать. Лучше всего достичь этого можно было «бегом по гребню» — следовать по гребням от одной вершины холма к другой. Однако, как правило, гребни холмов Северной Джорджии шли больше с востока на запад, чем с севера на юг. Таким образом, команде сначала приходилось взбираться на один гребень высотой в среднем от шестидесяти до ста двадцати метров, затем спускаться вниз по другой стороне. В долине они осторожно пересекали неизбежные ручей и дорогу, затем поднимались на следующий гребень.

Мосович взял далеко в сторону от хайвэя Четыреста сорок один, спускаясь с горы Блэк-Рок в глухомань вокруг речушки Стоунуолл-Крик. Средневековая тьма окутывала сосновые и дубовые рощи; рассеянный ночной свет цивилизации потух много лет назад. Первобытные леса кишели дикой живностью, в холмах к югу от речки Тайгер-Крик группа спугнула стадо остановившихся на ночь оленей в несколько сотен голов.

На вершине холма за Тайгер-Крик Мюллер остановился и поднял руку. Спереди доносился несмолкаемый глухой шорох. Он прополз вперед и воспользовался очками ночного видения.

Когда он увидел первого зверя, с трудом выбиравшегося из конуса земли высотой три метра, он лишь кивнул и отполз назад. Глянув на Мосовича, он сделал жест в сторону юга, показывая, что надо идти в обход. На вопросительный жест Мосовича он выставил два пальца, развел их в виде рогатки, опустил вниз и сделал движение, как будто втыкал их в землю. Сержант-майор кивнул и тоже показал на юг. Никому не хочется пересекать поляну абатов.

Эти твари были паразитами, завезенными послинами. Как и послины, они были всеядны и способны прожить на земной растительности. Размером они были с кролика белого окраса и выглядели примерно как помесь крысы с мокрицей. Передвигались они также на манер кролика, прыгая на единственной задней ноге, оканчивавшейся широким и гибким копытом-стручком. По отдельности они были неагрессивны и в отличие от послинов полностью съедобны для людей; Мюллер их ел и вынужден был признать, что на вкус они гораздо лучше змей, что-то вроде капибары. Однако они селились большими колониями, глубоко зарывшимися в землю наподобие муравейника, и свирепо их защищали, налетая стаей на все, что приближалось. Вооружены они были парой резцов, напоминавших увеличенные крысиные. Также они расчищали в лесу поляны, словно бобры, сваливая деревья и разгрызая их на мелкие части для обустройства подземных грибных плантаций. Еще они поедали разнообразную растительность и были замечены в пожирании падали.

При этом их самих ели все, включая волков, одичавших собак и койотов, но их единственным естественным врагом был хищник, которого послины называли «грат». Граты были гораздо хуже абатов и представляли собой летающего вредителя, поразительно похожего на осу. Однако распространенность гратов ограничивалась тем, что они могли питаться только абатами. Учитывая наличие неподалеку зрелого гнезда абатов, Мюллер внимательно смотрел по сторонам на предмет гратов; они следили за своей территорией даже более ревностно, чем абаты, а их укус был смертелен.

Остаток перехода прошел, однако, без происшествий, и к заре группа расположилась на дневку на холмах, выходивших на озеро Рабун. Она двигалась медленно, но торопиться было некуда. К завтрашнему дню разведчики обнюхают все вокруг лагеря послинов и пошлют донесения. Кларксвилль лежал в пределах досягаемости батарей стопятидесятипятимиллиметровых орудий вокруг Ущелья, поэтому, что бы послины ни делали, они могли рассчитывать на горячий прием.

Сестра Мэри подняла вверх большой палец, показывая, что связь установлена. Сержант-связист собиралась стать монахиней, когда пришли известия о грядущем нашествии. Ее освободили от предварительных обетов послушницы, и она записалась в Армию. Первые дни войны застали ее за починкой полевых раций в Сент-Луисе, но когда сфера послинов окружила город, ее служба в наспех укомплектованной разношерстной роте принесла ей «Крест За Выдающиеся Заслуги» [3]. Собранное с миру по нитке из солдат вспомогательных служб Сент-Луиса подразделение — не более восьмисот человек, никто не был кадровым пехотинцем — закончило обороной Сталелитейных Заводов Гранит-Сити [4] и перебило в сотни раз превышавшее их число количество врагов. Собственные подвиги Сестры Мэри были слишком многочисленны для перечисления, поэтому в наградном представлении просто написали «за действия вокруг и внутри Сталелитейных Заводов Гранит-Сити».

Положение со связью за Стеной было непростым. Послины все лучше учились обнаруживать и пеленговать радиопередачи. После многих потерь команды ПДР начали применять для связи автоматические лазерные ретрансмиттеры. Каждая команда уходила на задание, нагруженная кучей приборов размером с батон хлеба, и расставляла их на гребнях своего района действий. Поскольку ретрансмиттеры были еще и сенсорами, они также сообщали группе о движениях в ее секторе.

Таким образом, невысокая коренастая связистка несла на себе огромную поклажу с ретрансмиттерами. И должна была постоянно следить, чтобы они находились в контакте с оставленными позади.

Мюллер раскатал свою подстилку и накрыл ее одеялом-гилли. Заползая внутрь этой комбинации, он поднял два пальца, показывая, что хочет нести вторую вахту.

Мосович кивнул, указал на Николса и поднял один палец, затем четыре сестре Мэри. Они проспят большую часть дня и начнут спуск к реке, когда почти стемнеет. К следующему утру он намеревался увидеть Кларксвилль.

Николс покрыл накидкой-гилли и себя, и винтовку, затем уселся на подходящий камень. Поход основательно изматывал; холмы были крутыми, а подлесок чертовски густым. Но он хранил секрет, который не собирался ни с кем делить. Секрет заключался в том, что самый плохой день лазания вверх-вниз по холмам был лучше хорошего дня в Десяти Тысячах. В общем, здесь лучше, чем в Рочестере.