"Пока я с тобой" - читать интересную книгу автора (Мартон Сандра)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Дамиан вылезал из нью-йоркского такси, когда увидел ее.

В отвратительном настроении, ставшем уже привычным за последние три месяца, он перестал замечать все, что имело хоть какой-то намек на красоту. Но мужчина должен быть мертвым, чтобы не обратить внимания на такую женщину.

Изумительна, была его первая мысль. Изогнутые темные очки широким черным мазком закрывали значительную часть ее лица, но нежная припухлость губ была столь многообещающей, что и монах забыл бы о своем монастыре…

Длинные волосы с мягким, каким-то шелковистым блеском. Смесь золота и шоколада, мягкими волнами падающая ей на плечи.

Высокая. Пять футов и девять-десять дюймов – рост модели. И эта манера носить одежду – мягкий кожаный блейзер, облегающие черные брюки и высокие черные сапоги – была такой, что казалось, будто женщина сошла со страницы журнала «Вог».

Несколько месяцев назад он удостоил бы ее не только взглядом. Он подошел бы к ней, улыбнулся и спросил, не собирается ли она тоже позавтракать в «Портофино».

Но только не сегодня. И вряд ли вообще в обозримом будущем, подумал Дамиан, сжав губы. И не имело никакого значения, как она там выглядит под своими темными очками.

Дамиан сунул таксисту пару купюр, захлопнул дверцу и шагнул на тротуар. И в тот же момент женщина сняла очки и посмотрела на него. Ее взгляд был спокойным и пристальным.

Она была не просто изумительна. Она была потрясающе эффектна!

Идеальной формы овальное лицо, высокие скулы, прямой аристократический нос. И совершенно невероятные глаза. Широко посаженные, глубокого зеленого цвета, с густыми длинными ресницами.

И эти губы…

Черт!

Он удивился, как быстро отреагировало его тело, но, в конце концов, у него уже несколько месяцев не было женщины. Пожалуй, этот период оказался самым продолжительным с тех пор, как вскоре после шестнадцатилетия, соблазненный одной из многочисленных любовниц отца, Дамиан был посвящен в тайны сексуальных отношений.

Но сейчас он уже не мальчик. Он – мужчина. Мужчина с холодным сердцем, твердо решивший не иметь дела с женщиной, как бы прекрасна и соблазнительна она ни была…

– Эй, приятель, здесь все-таки Нью-Йорк! Ты что же, думаешь, тротуар – твои частные владения?

Дамиан резко обернулся, готовый дать отпор наглецу и…

– Рейз, – улыбка осветила его лицо.

– Сам собой, во плоти, – блеснул зубами Лукас.

Улыбка Дамиана стала еще шире. Они хлопнули друг друга по рукам и коротко обнялись.

– Чертовски рад тебя видеть.

– Я тоже. Ну как, готов к обеду?

– Когда это я был не готов отобедать в «Портофино»?

– Да. Конечно. Я просто, я имел в виду… – Лукас откашлялся. – У тебя все в порядке?

– Все отлично.

– Тебе надо было бы тогда сразу позвонить. К тому времени, как я узнал об этом из газет, ну… об этой аварии…

Дамиан напрягся.

– Забудь.

– Я понимаю, как это тяжело. Потерять невесту…

– Я сказал, забудь об этом.

– Я не знал ее, но…

– Лукас. Я не хочу говорить об этом.

– Ну ладно, – сказал Лукас, силясь улыбнуться. – В таком случае… Я попросил Антонио оставить нам столик. Как в старые добрые времена, – улыбнулся Лукас.

Ничего уже не будет, как в старые добрые времена, подумал Дамиан.

Казалось, все здесь было, как раньше. Вот только разговор почему-то не заладился. А после двойных порций виски и водки оба вдруг надолго замолчали.

– Ну, – наконец нарушил молчание Лукас, – и что нового?

Дамиан пожал плечами.

– Ничего особенного. А у тебя?

– Да то же, что и обычно. На прошлой неделе был на Таити, Так сказать, спускал на пляже свое состояние…

– Порочная жизнь? – усмехнулся Дамиан.

– Что ж, кому-то надо жить и такой жизнью. Опять молчание. Лукас откашлялся.

– Я видел Николо и Эйми на прошлой неделе. На вечернем приеме. Всё сожалели, что тебя не было.

– Как они?

– Отлично. И их малышка – тоже.

Снова молчание. Лукас сделал глоток виски.

– Николо сказал, что он пытался дозвониться до тебя, но…

– Да. Я получил его сообщение.

– И я звонил тебе. В течение нескольких недель. Рад, что вчера ты наконец снял трубку.

– Я тоже, – кивнул Дамиан, как если бы это было на самом деле. Прошло десять минут, и он уже сожалел, что подошел к телефону и согласился на предложение Лукаса встретиться. Впрочем, подобные ошибки могут быть вовремя исправлены, подумал он и, взглянув на часы, сказал: – Дело в том, что у меня на сегодня еще кое-что намечено. Не уверен, что смогу остаться на обед. Конечно, я попытаюсь, но…

– Ничего у тебя не намечено. Ты просто ищешь повода, чтобы избежать вопроса…

– Ерунда. Спрашивай.

– Почему ты ничего не сообщил Николо и мне, когда все случилось? Почему нам пришлось узнавать обо всем из этих чертовых газет?

– Это уже целых два вопроса, – холодно заметил Дамиан.

– Будет и третий. Почему ты не обратился к нам за помощью? По какой такой идиотской причине ты решил пройти через все сам, один?

– Все – это что?

– Ну хватит же, Дамиан! Ты же знаешь, о чем я. Потерять женщину, которую любил…

– Послушай, ты словно упрекаешь меня, что я за ней не уследил, – прервал его Дамиан.

– Бог мой, о чем ты? Просто мы с Николо об этом говорили и…

– Так вот чем вы были заняты? Сплетничали, будто пара старых дев…

Он увидел, как сузились глаза Лукаса. Конечно, с его стороны было нехорошо насмехаться над искренней заботой друзей, но сейчас он меньше всего хотел, чтобы ему сочувствовали.

– Мы беспокоились о тебе, – тихо сказал Лукас – Хотели помочь.

Дамиан расхохотался. Увидев, как растерянно заморгал Рейз, он резко наклонился к нему через стол и яростно зашептал:

– Помочь справиться мне с моим горем, ты это имел в виду?

– Нуда, черт! Почему бы нет?

– Вы бы могли мне помочь одним, – Дамиан чеканил каждое слово, – привести ко мне Кей.

– Да, – вздохнул Лукас. – Я понимаю. Я…

– Нет, – холодно сказал Дамиан. – Ты не понимаешь. Я вовсе не хочу, чтобы она снова была со мной, Лукас. Я просто сказал бы ей, что теперь знаю, кто она такая…

Они замолчали, увидев приближающегося официанта со следующей двойной порцией водки. Официант поставил стакан перед Лукасом и вопросительно взглянул на него.

– Еще виски, – кивнул Лукас, – двойное.

Они подождали, пока принесли виски. Затем Лукас наклонился вперед.

– Послушай, – сказал он мягко, – я знаю, тебе плохо. Твоя невеста, причем в положении. Пьяный водитель, узкая дорога… – Он поднял стакан и сделал большой глоток. – Должно быть, это очень тяжело… Я, конечно, не знал ее…

– Ты уже второй раз это говоришь, и ты действительно не знал ее.

– Да, но ты так быстро влюбился в нее и сделал ей предложение. И…

– Любовь тут совершенно ни при чем. Лукас ошеломленно уставился на него.

– Ни при чем?

Дамиан пристально посмотрел ему в глаза. Может быть, виной тому было виски? Может быть, что-то во взгляде его старого друга? А может быть, образ той женщины возле ресторана, неожиданно всплывший в памяти?..

Кто знает истинную причину? Но сейчас Дамиан был уверен только в одном: он устал хранить правду.

– Не я делал ей предложение. Просто стечение обстоятельств, как говорится… Она была беременна. Потом у нее случился выкидыш – так она сказала.

– Что ты имеешь в виду?

– Она… она никогда не была беременна. – Желваки заходили на его скулах. – Это все была ложь.

Лицо Лукаса побледнело.

– Черт! Она дурачила тебя!

Если бы Дамиан услышал хоть нотку жалости в голосе Лукаса, он тут же бы встал и ушел. Но жалости не было. Только возмущение и злость.

Неожиданно все здесь – звук голосов и приглушенный смех, тихий звон стаканов и клацанье столовых приборов – показалось ему совершенно невыносимым. Он встал, бросил на столик несколько банкнот и взглянул на Лукаса.

– Я купил квартиру. Это всего несколько кварталов отсюда.

Лукас тут же вскочил с места.

– Пошли.

И в этот момент Дамиан впервые за последнее время подумал, что все убудет хорошо…

Они сидели в большой гостиной. Водка и виски уступили место черному крепкому кофе.

Вид вечернего Нью-Йорка, открывающийся из огромных окон, которые полностью занимали три стены, был просто потрясающий, но ни один из них не обращал на него внимания.

– Значит, – сказал Лукас, – ты встречался с ней очень редко.

Дамиан кивнул.

– Только тогда, когда бывал в Нью-Йорке.

– А затем хотел порвать с ней?

– Да. Она была очень красива. И просто дьявольски сексуальна. Но чем больше я узнавал ее… Может быть, это покажется странным… в общем, все выглядело так, словно она носила маску и эта маска время от времени с нее соскальзывала.

– Ничего странного, – усмехнулся Лукас, – есть женщины, которые пойдут на все, лишь бы окрутить мужчину с деньгами.

– И я увидел в ней то, чего прежде не замечал. Казалось, Кей заботит только материальная сторона всего, что окружало ее. Только количество денег определяло для нее ценность людей. Она просто третировала водителей такси, официантов… – Дамиан сделал глоток кофе. – Мне это надоело.

– Кому бы не надоело!..

– Сначала я просто решил больше не звонить ей. Потом подумал, что это будет не слишком красиво, и пригласил ее на ужин. На прощальный ужин. – Его лицо помрачнело. Он встал, подошел к окну и посмотрел вниз на город. – Она сразу же начала плакать. И сказала… что беременна.

– И ты поверил?

Дамиан резко повернулся к нему.

– Она была моей любовницей два месяца.

Лукас вздохнул и тоже встал.

– Ты прав. – Он помолчал. – И что же ты сделал?

– Я пообещал, что буду поддерживать и ее, и ребенка. Она же сказала, что если бы я действительно заботился о ребенке, то предложил бы ей жить вместе со мной.

– О, боже! Слушай…

– Да. Я знаю. Но она была беременна от меня. По крайней мере, я так думал.

Лукас снова вздохнул.

– Конечно.

– Это был какой-то кошмар, – Дамиан судорожно передернул плечами. – Думаю, она почувствовала себя настолько уверенно… Она обращалась с моей прислугой, как с рабами, от «Тиффани» мне пришел шестизначный счет… – Его скулы сжались. – Она стала мне неприятна, и я уже не хотел иметь с ней ничего общего.

– Никакого секса? – тупо спросил Лукас.

– Никакого. Не мог себе представить, как я вообще с ней когда-то спал. Она же думала, что я потерял к ней интерес из-за ее беременности. – Он скривился. – Начала говорить, как хорошо бы все было, если бы не ее беременность… – Дамиан встал и направился к столу с кофейным подносом, но на полпути повернул в сторону и подошел к маленькому шкафчику из тикового дерева.

– Ты что пьешь?

– Что наливаешь.

На лице Дамиана мелькнуло подобие улыбки. Он плеснул бренди в пару низких хрустальных стаканов и протянул один из них Лукасу. Они вылили.

– Через пару недель она сказала, что у нее случился выкидыш. Я почувствовал… Не знаю, что я почувствовал. Конечно, я был расстроен, что потерял ребенка. Я привык думать о нем как о ребенке, понимаешь? – Он покачал головой. – И в то же время я почувствовал и облегчение. Наконец-то мы могли закончить наши отношения.

– Но только она этого не хотела, – покачал головой Лукас.

Дамиан невесело рассмеялся.

– Ты очень догадлив. Ну так вот. Она начала устраивать истерики. Говорила, что я обещал провести с ней всю жизнь.

– Но ты же не обещал?..

– Да будь я проклят! Единственное, что нас связывало, это был ребенок. Верно?

– Верно, – повторил Лукас и понял, что теперь можно вообще ничего не говорить – ворота были открыты, поток хлынул.

– Казалось, она погрузилась в депрессию. Целыми днями оставалась в постели. Отказывалась есть. Пошла к своему гинекологу, и он посоветовал ей снова забеременеть.

– Но…

– Точно. Я уже не хотел ребенка, тем более от нее. Мне нужно было только, чтобы она ушла. – Дамиан сделал еще глоток бренди. – Она умоляла меня подумать и изменить решение. Приходила в мою комнату каждую ночь.

– У вас были отдельные комнаты?

Глаза Дамиана холодно блеснули.

– С самого начала.

– Да, да. Извини. Ты говорил…

– Она хорошо знала, что делала. Я не хотел ее, но однажды… – Желваки заходили у него на скулах. – Я не горжусь этим.

– Ладно, не вини себя за это. Она просто тебя соблазнила…

– Я использовал презерватив. Кей была в бешенстве. «Я хочу от тебя ребенка», – сказала она. А потом…

Дамиан надолго замолчал. Лукас наклонился вперед.

– А потом?..

– А потом, – Дамиан глубоко вдохнул, – потом она сказала, что снова забеременела. И ее доктор подтвердил это.

– Но презерватив?..

– Он был порван, сказала Кей, когда она… когда она его с меня снимала. – Дамиан закашлялся. – Черт, почему я должен был этому не поверить? Мы все знаем, как рвутся эти проклятые штуки.

– Значит, она снова забеременела.

– Кей была неплохой актрисой. Утренняя тошнота, изжога в середине ночи. Но она не была беременна, – его голос напрягся, – ни тогда, ни когда-либо еще…

– Дамиан. Ты не можешь быть в этом уверен…

– Ей нужно было мое имя. Мои деньги. – Дамиан зло рассмеялся. – Даже мой титул. Это, как мы оба с тобой знаем, вещь не более ценная, чем старый хлам. Но ей нужно было все. – Он глубоко вздохнул. – И вся эта ложь насчет ребенка ей нужна была только для этого.

– Когда ты это узнал?

– Когда она погибла. – Он осушил свой стакан и наполнил его снова. – Я был в Афинах по делам. Звонил ей каждый вечер, чтобы узнать, как она себя чувствует. Позже мне стало известно, что она завела себе любовника, с которым и проводила все время, пока я отсутствовал.

– Черт, – пробормотал Лукас.

– Они были на Лонг-Айленде. Узкая извилистая дорога вдоль северного берега. Он был за рулем, и оба – после изрядной дозы кокаина. Машина свалилась прямо в море. – Дамиан невидящим взглядом смотрел поверх своего стакана. – Ты говорил о горе, Лукас. Да, я горевал, только не о ней, а о моем нерожденном ребенке… до тех пор, пока, просматривая ее бумаги, не нашел вырезку из какого-то дамского журнала о симптомах беременности.

– Но это ещё не значит…

– Я отправился к ее доктору. И он подтвердил, что Кей никогда не была беременна. Ни в первый раз. Ни во второй. Все это было враньем!

Они сидели молча, пока солнце не скрылось за зубчатой стеной нью-йоркских небоскребов. Наконец Лукас откашлялся.

– Хотел бы я сказать что-нибудь умное. Дамиан улыбнулся и похлопал друга по плечу.

– Ты заставил меня выговориться. Ты не представляешь, насколько мне стало легче. Я держал в себе все это, как в закупоренной бутылке.

– Послушай, у меня есть идея. Помнишь мой клуб? – Лукас взглянул на часы. – Пойдем со мной. Выпьем немного, а потом двинем дальше. – Он заговорщицки улыбнулся. – Поужинаем в том местечке на Спрингс-стрит, помнишь? Пара холостяков в городе, как в старые добрые времена.

– Спасибо, но вряд ли я составлю тебе хорошую компанию сегодня.

– А почему бы и нет? Мы долго одни не просидим. Не успеем и моргнуть, как парочка хорошеньких девушек уже присоединится к нам.

– Сейчас я предпочел бы держаться от них подальше.

– Ты уверен?

И вдруг перед его глазами возник образ женщины с зелеными глазами.

– Да, – быстро сказал он. – Определенно.

– Ну хорошо, – улыбнулся Лукас. – Я позвоню тебе завтра утром. Может быть, поужинаем вместе.

– Я бы с удовольствием, но завтра я улетаю на Минос. – Дамиан коротко сжал плечо Лукаса. – Береги себя.

– И ты себя, – сказал Лукас и, бросив на друга внимательный взгляд, нахмурился. Дамиан выглядел лучше, чем несколько часов назад, но его взгляд был каким-то отсутствующим. – Как бы мне хотелось, чтобы ты изменил свои планы на вечер. Забудь, что я говорил о женщинах. Лучше давай сходим в спортивный зал: пробежимся по треку, потолкаем штангу…

– Ты действительно думаешь, что я буду чувствовать себя лучше, если опять тебя обставлю?

– Только раз тебе это и удалось, да и то тысячу лет назад в Йеле.

– Да брось, это ж в порядке вещей! – засмеявшись, Дамиан обнял Лукаса за плечи и слегка подтолкнул к двери. – Не беспокойся обо мне, Рейз. Я приму душ, налью себе еще бренди, а потом – спасибо тебе! – собираюсь хорошенько выспаться – впервые за все эти месяцы.

Дамиан закрыл за Лукасом дверь, прислонился к ней спиной, и улыбка медленно сползла с его лица.

Он сказал Лукасу правду – ему действительно стало лучше. В течение трех месяцев после смерти Кей Дамиан избегал своих друзей и знакомых, уйдя с головой в работу в тщетной надежде избавиться от душившей его ненависти.

Но какой смысл ненавидеть мертвую женщину? Или злиться на то, что позволил себя обмануть? Какой в этом смысл?

Никакого, повторял он про себя, медленно поднимаясь по лестнице в спальню. Абсолютно никакого.

Кей сделала из него дурака. Ну и что? Мужчины проходят в жизни и не через такое. А если где-то в глубине души он все еще переживал смерть своего нерожденного ребенка, который никогда не существовал, то и с этим он когда-нибудь справится.

Лукас прав. Лучшим лекарством для него сейчас была бы женщина. Мягкое податливое тело… Жаждущие губы… Женщина без амбиций и планов на будущее. Только удовольствие…

И опять перед его глазами возник тот образ. Зеленоглазая женщина с солнечными волосами. Какой шанс он упустил! Как она смотрела на него!

Надо бы позвонить Лукасу. Сказать, что его план относительно вечера не так уж и плох. Ужин, выпивка, милые девушки, пусть даже и не с зелеными глазами…

Звонок в дверь заставил Дамиана отложить телефон в сторону.

Лифт обслуживал только его квартиру, и никто не мог воспользоваться им без разрешения консьержа. А консьерж получал разрешение только лично от Дамиана.

И тут до него дошло.

– Лукас, – сказал он и начал быстро спускаться по лестнице.

Должно быть, друг передумал и решил вернуться.

– Рейз, – сказал Дамиан, широко распахивая двойные двери, – когда ты научился читать мысли? Я только что собирался позвонить тебе…

Но это был не Лукас.