"Призрак прошлого" - читать интересную книгу автора (Зан Тимоти)

Призрак прошлого

«Если есть тело, должен быть дух…»

1

В звездной пустыне безвоздушного пространства медленно и беззвучно скользил «звездный разрушитель» Империи. Ритмичное моргание бортовых огней казалось единственным проблеском жизни в окружающем мраке.

В пустом мраке. Гнетущей темной бездне. До ближайших островков света, означающих звезды и жизнь, бесконечные световые годы пути, но «Химера» шла не туда. Ее ждал долгий дрейф по границе между Внешними территориями и обширным пространством под названием Неизведанный регион. Один из. На самой кромке Империи.

А точнее, по самому краю жалкого огрызка того, что когда-то было великой Империей.

Верховный главнокомандующий имперского флота стоял у иллюминатора корабля. Он смотрел в пустоту и, равнодушный к мнению окружающих, позволял себе сутулиться. Слишком тяжкая ноша прожитых лет давила на плечи. Слишком многих лет, слишком многих сражений, слишком многих проигранных битв.

Похоже, вахтенные чувствовали настроение адмирала. Во всяком случае, доносящийся сзади привычный шумок, свидетельствующий об активности и готовности экипажа, сегодня был определенно тише, чем обычно. Приглушеннее. А может быть, просто сказывалось то, что мыслями адмирал был где-то вдали.

Ну конечно же, именно так. Экипаж его корабля лучший во всем флоте. Лучшие матросы и офицеры Империи, а воины Империи не сдаются. Никогда.

Рядом прошелестели осторожные шаги.

– Адмирал? – негромко произнес капитан Ардифф. – Мы готовы начинать, сэр.

Все почти как десять лет назад, когда шли последние испытания маскирующего устройства, найденного в горе Тантисс. Адмирал с легкостью вспомнил воодушевление, владевшее им в тот день. Даже взбалмошный и назойливый К'баот не сумел отравить ему радости. Тогда он, еще не адмирал, а просто командир «Химеры», восхищенно смотрел, как в одиночку, без чьей-либо помощи Траун вдыхает в Империю новую жизнь.

Горы Тантисс больше нет, ее уничтожили обнаглевшие от побед республиканцы и безумие предателя К'баота. Давно мертв Гранд адмирал.

А теперь умирает Империя.

Понадобилось недюжинное усилие, чтобы вырваться из царства прошлых теней. Он был офицером Империи, а воины Империи не сдаются.

– Благодарю вас, – сказал он капитану Ардиффу. – Начинайте по готовности, капитан.

– Есть, сэр, – Ардифф повернулся и дал знак координатору. – Сигнал к атаке, – приказал он.

Распоряжение покатилось дальше, от одного боевого поста к другому… А адмирал Гилад Пеллаэон вновь стал смотреть в иллюминатор.

Там промелькнула восьмерка истребителей класса «ловчая птица» с верфей СороСууб; машины сомкнутым строем заходили в атаку. Они оставили позади кормовую надстройку «Химеры» и принялись на пониженной, учебной мощности обрабатывать из пушек нос «разрушителя», затем разошлись в разные стороны, не прекращая огня, пока не вышли из основной зоны атаки «звездного разрушителя», после чего убрались в сторонку, где без помех перестроились, заложив плавный вираж.

– Адмирал?

– Дадим им зайти еще раз, капитан, – отозвался Пеллаэон. – Чем больше информации будет у «предсказателя», тем лучше он будет работать.

Он скосил глаза на одного из вахтенных офицеров.

– Повреждения?

– Незначительные – носовой брони, сэр, – откликнулся тот. – Срублена одна антенна, выведен из строя один комплект сенсоров, пять турболазеров остались без данных наведения.

– Ясно…

Повреждения, разумеется, были чисто теоретическими и высчитывались исходя из предположения, что «птички» используют свои пушки на полную мощность. Зеленым юнцом Гилад Пеллаэон обожал учения и маневры, ему нравилось играть с техникой и тактикой, не подвергая опасности жизни людей – без риска, присущего настоящему бою. Столько лет прошло, даже трудно вспомнить, когда былая страсть несколько поиссякла.

– Рулевой, вправо двадцать, – скомандовал адмирал. – Турболазерам правого борта – заградительный огонь при следующем заходе.

Истребители возвращались – вновь плотным строем. Орудия «Химеры» встретили их на подходе; низкочастотные заряды угасли в дефлекторных полях условного противника. Некоторое время участники учений обменивались любезностями, затем «ловчие птицы» опять сменили формацию. На этот раз фигура разлета больше напоминала пятерню с растопыренными пальцами – раскрывающийся кулак. Развернувшись под брюхом и над верхней палубой «Химеры», они убрались на безопасное расстояние, напоследок огрызнувшись огнем.

– Повреждения? – снова спросил Пеллаэон.

– Не действуют три батареи правого борта, – последовал быстрый ответ. – Также мы потеряли один проектор луча захвата и две ионные пушки.

– У противника?

– Похоже, один истребитель остался без дефлекторного щита, у двух других отмечено снижение мощности турболазеров.

– Ну, если это считать за повреждения… – недовольно буркнул Ардифф. – Правда, ситуация не совсем честная. Машины такого размера и маневренности не могут иметь такой огневой мощи и защиты, какую мы им приписываем.

– Нужен приз за честную игру – организуйте турнир по снежкам, – ядовито посоветовал Пеллаэон. – Война – это путь обмана.

У молодого капитана свело скулу нервным тиком.

– Прошу прощения, сэр.

Пеллаэон вздохнул. Лучшие в Империи, чтоб тебя…

– Маскировочный экран – в готовность, капитан, – приказал он, наблюдая, как на границе видимости неяркие вспышки отмечают очередную перегруппировку «птичек». – Активация – по моей команде.

– Так точно, адмирал, сэр.

Ионные выхлопы сменили окраску, условный противник заходил в атаку на форсаже.

– Ну, вот и они, – задумчиво произнес Пеллаэон, наблюдая за тем, как светящееся голубоватое пятно распалось на восемь отдельных светляков. – «Предсказатель» – управление огнем. Маскировочный экран – полная готовность.

– «Предсказатель» и экран готовы, – немедленно подтвердил Ардифф.

Адмирал кивнул, не отвлекаясь от приближающегося противника. Так… вот здесь они в прошлый раз сломали строй…

– Включить экран!

На мостике мигнул свет; звезды, ходовые огни и нападающие истребители исчезли: маскировочное поле обернуло «Химеру» в мантию темноты.

– Экран активирован и стабилизирован, – доложил Ардифф.

– Рулевой, влево двести сорок, – скомандовал Пеллаэон. – Самый малый вперед. Турболазеры – огонь!

– Принято, – откликнулось сразу несколько голосов; хор подтверждений завершила фраза канонира: – Турболазеры открыли огонь, сэр.

Пеллаэон чуть ли не прилип к иллюминатору, стараясь по возможности дальше взглянуть вдоль борта старушки «Химеры». На небольшом расстоянии от корабля, там, где орудия пробивали сферу маскировочного поля, бледные трассы выстрелов обрубало. Ослепленная тем же экраном, которое делало ее невидимой для врага, «Химера» яростно била наугад в беспорядочной попытке уничтожить противника.

Хотя, может, не так уж и наугад? Если «предсказатель» работает, как обещано, может быть, у Империи остался небольшой шанс на успех в этой затянувшейся и надоевшей войне.

«Химера» вела огонь долго. Пожалуй, даже слишком долго.

– Все? – спросил Гилад Пеллаэон у Ардиффа.

– Так точно, сэр, – ответил молодой офицер. – Пятьсот выстрелов, как запрограммировано.

Пеллаэон молча наклонил голову.

– Снимайте экран. Посмотрим, что получилось.

Мигание ходовых огней и мерцание звезд вернулись на место. Мысленно скрестив пальцы на удачу, Пеллаэон взглянул в иллюминатор.

В течение нескольких секунд ничего не было видно. Затем с правого борта показались огоньки выхлопа двигателей. Семь штук.

– Сообщение от условного противника, сэр, – подал голос связист. – Цель номер три получила серьезные повреждения и потеряла ход, подтверждает поражение. Остальные семь докладывают о небольших повреждениях. Запрашивают ваших указаний, сэр.

Пользуясь тем, что стоит спиной к экипажу, а отражение в транспаристиле иллюминатора видно лишь ему самому, Пеллаэон скривился. Один истребитель. Из восьми целей «Химера» ухитрилась поразить всего одну. И на это великое свершение пришлось затратить пятьсот выстрелов…

Значит, вот оно как… Подведем итоги: только что было опробовано на практике великолепное достижение инженерной мысли, боевой «предсказатель», лучший, по утверждениям его создателей и спонсоров проекта, прибор для управления огнем в условиях использования маскировочного экрана. И если быть честным, то, пожалуй, уж лучше с ним, чем палить наугад с завязанными глазами.

Объективно говоря, могло быть гораздо хуже. Но результат неутешительный. И в любом отношении неудовлетворительный. При такой эффективности огня в реальном бою корабль практически не имел шансов уцелеть. Картина складывалась грустная и простая, как мычание банты, – истощение энергетической установки при минимуме ущерба противнику, экран снимается, щит снимается, а далее… далее мелкие куски, которые останутся от «разрушителя», будут до конца вечности дрейфовать в космосе.

– Сообщите командиру условного противника, что учения закончены, – сказал Пеллаэон связисту. – Цель три может ожить; всем кораблям – вернуться на «Химеру». Жду их докладов через два часа.

– Так точно, сэр.

– Уверен, «предсказатель» можно усовершенствовать, адмирал, – сочувственно произнес капитан Ардифф. – Это же были только первые полевые испытания, сэр. Его можно улучшить.

– Как? – полюбопытствовал Пеллаэон. – Обучить машину думать поточнее? Или пусть прочтут ему курс лекций на тему «Как читать мысли противника» ?

– Вы же дали для изучения образа действий противника только два захода, – напомнил Ардифф. – При большем количестве данных он бы смог лучше предвидеть их передвижения.

Пеллаэон тихонько фыркнул.

– В теории, капитан. Спору нет, при определенных управляемых ситуациях может и получиться. Но бой едва ли можно назвать контролируемой ситуацией. Слишком много неизвестных и слишком много переменных. Особенно если принять во внимание, что нам приходится иметь дело с сотнями представителей чужих рас и соответственно разных школ военного мышления, а также бесчисленных вариаций индивидуальных особенностей пилотов. Я с самого начала знал, что сама идея «предсказателя» – тормашкин труд. Но попробовать все же стоило.

– То есть мы просто пришли к тому, с чего начали, – не сдавался Ардифф. – Начнем опять с нуля, придумаем что-нибудь еще. Должна же быть хоть какая-то польза от этого экрана.

– Да, конечно, – без выражения ответил Пеллаэон. – Гранд адмирал Траун придумал целых три способа его использования и все их применил на практике. Вот только равного ему военного гения в Империи больше нет.

Он тяжко вздохнул.

– Нет, капитан. Все кончено. Мы проиграли.

В растянувшиеся надолго минуты единственным звуком на мостике было негромкое бормотание вахтенных.

– Вы не можете… не имеете права так думать, адмирал, – обиженно выговорил Ардифф, заставив Пеллаэона в очередной раз вспомнить, насколько юн его подчиненный. – Вы не серьезно… И если мне будет позволено высказать свое мнение, сэр, верховному главнокомандующему вообще непозволительно так говорить… сэр.

– Это почему же? – удивился Пеллаэон. – Последний юнга понимает, что мы…

– Никак нет, сэр! – упрямо перебил его капитан. – Мы по-прежнему удерживаем восемь секторов, это тысячи населенных систем. У нас есть флот почти в две сотни «звездных разрушителей». У нас достаточно сил, чтобы с нами считались!

– Да ну? – изумился Пеллаэон. – Правда?

– Разумеется, – стоял на своем Ардифф. – А как иначе мы могли бы продержаться против Новой Республики?

Пеллаэон снял каскетку, пригладил встопорщенные короткие седые волосы и вновь водрузил головной убор на подобающее ему место.

– Мы держимся… пока держимся. Просто потому, что Республике не до нас. Они там слишком заняты, увлеклись внутренними дрязгами.

– Что весьма для нас выгодно, – подхватил Ардифф. – Это дает нам время на реорганизацию и перевооружение.

– Перевооружение? – Пеллаэон бросил на младшего офицера полный горечи взгляд. – Капитан, а вы хотя бы мельком посмотрели на то, чем мы здесь сегодня занимались?

Он махнул рукой на иллюминатор, за которым к раскрытому створу летной палубы направлялись «ловчие птицы».

– Взгляните туда, капитан, и попытайтесь задуматься. «Птицы» от СороСууб. Мы докатились до того, что используем «птичек» от СороСууб.

– А что плохого в «ловчих птицах», сэр? – упрямился Ардифф. – Вполне боеспособные средние истребители.

В том-то и дело, что средние…

– Плохого? Да хотя бы то, что производит их не Империя. Их для нас угоняют у неизвестно кого. Угоняет ситх знает кто и ситх знает откуда. А ворами мы стали исключительно по той простой причине, что у нас осталась всего лишь одна базовая верфь, и она не справляется даже с обеспечением крейсерами, что уж говорить об истребителях. Так скажите вы мне, каким таким образом вы планируете провести перевооружение?

Порозовевший Ардифф уставился в иллюминатор.

– Еще ничего не кончено, сэр.

Но все было кончено. И Пеллаэон знал, что в глубине души капитан Ардифф признает этот факт. Они контролируют тысячи звездных систем – из миллионов, которыми когда-то владела Империя. Две сотни кораблей остались от флота, который когда-то насчитывал двадцать пять тысяч одних только « разрушителей».

А те, кто когда-то заявлял о незыблемом нейтралитете, теперь толпами ломятся в двери Новой Республики и, виляя хвостами, клянчат кость пожирнее. Они тоже предвидят скорый закат Империи. Весьма примечательный факт.

Наверное, Гранд адмирал Траун сумел бы разжечь из угасающих угольков пожар галактического масштаба. Наверное, даже смог бы победить в этой войне. Если бы остался в живых…

– Курс на Бастион, капитан, – вслух сказал Гилад Пеллаэон. – И пошлите сообщение всем губернаторам: хочу встретиться с ними во дворце моффа Дисры. Стартуем, как только все истребители окажутся на борту.

– Слушаюсь, адмирал, – откликнулся молодой офицер. – А можно спросить, что сказать моффам губернаторам о теме встречи?

Пеллаэон помолчал. Посмотрел на блеклые звезды за иллюминатором. Холодные равнодушные огоньки, которые Империя когда-то называла своими. У них было так много всего… и, словно песок, как-то незаметно выскользнуло из пальцев.

– Скажите им, – сказал он без выражения, – что пришло время послать в Новую Республику эмиссара.

Он помолчал и с трудом – защемило что-то меж ребер – закончил фразу:

– … чтобы обсудить условия мирного договора.