"Ядовитый детектив" - читать интересную книгу автора (Полынская Галина)

Глава тридцатая

Из алых уст Таисии бескультурно вывалился ломтик огурца и тихонько шлепнулся обратно в тарелку, но этого кроме меня никто не заметил – Алла вышла вместе с Алисой в соседнюю комнату с креслами и ковром. Мы переглянулись и быстро допили вино, а затем я поспешно наполнила бокалы до половины, чтобы не было заметно, как быстро мы допили свое вино. Тая снова взлохматила челку и кудри, стараясь, чтобы как можно меньше ее прекрасного лица являлось миру, я тоже солидарно растрепала перья, в надежде, что Алиса нас не признает. Да и видела она нас довольно давно, может и вовсе уже забыла о визите двух милых чудачек, фонтанировавших враньем.

– Извините, девочки, – вернулась Алла. – Что-то вы плохо кушаете.

Да что-то не лезет в горлышко угощеньице, застревают кусочки, вы уж простите, мамочка родненькая.

– Итак, девочки, – Алла заботливо подлила нам еще винца, а я сунула руку в сумку за сигаретами, заодно навестила и кнопку диктофона, – если мы хотим найти подходящих во всех отношениях небедных женихов, нам придется основательно поработать, не так ли?

Мы согласно закивали: конечно, конечно, так, так.

– А пока что давайте подпишем договора, – словно из воздуха в ее волшебных руках возникли бумажные листы, – это чистая формальность, прочтите, если хотите.

Мы хотели. Ничего себе формальность! Нам запрещалось все: звонить по телефону, выходить за пределы пансионата, не поставив в известность администратора, выходить из здания, не поставив в известность, рассказывать о себе кому бы то ни было, включая других девушек, выходить в интернет, общаться с родственниками, принимать лекарственные препараты, не поставив в известность… и в таком духе 34 пункта!

– Э-э-э-э… – начала Тайка.

– Девочки, я же сказала, это чистая формальность.

– А что же нам можно? – Тая подняла последнюю страницу, заглядывая в конец.

– Вам можно и нужно прилежно учиться и слушать своих наставниц, и тогда все в вашей жизни устроится наилучшим образом.

И в ушах у меня зазвучал похоронный марш, причем так громко и отчетливо, что я невольно посмотрела по сторонам – не включил ли кто радио?

С видом поселковых дур мы старательно подписали договора, и они тут же исчезли, как растворились. М-да, Копперфильд отдыхает.

– Ну что ж, дорогие мои, – улыбка, судя по всему, больше Алле Геннадиевне не требовалась, – распорядок дня таков: в 9 завтрак, потом расходитесь по преподавателям, в 13 обед, получасовой отдых и занятия. В 19 ужин, часовой отдых, занятия, в 23 сон. Перед ужином в 18.30 каждодневный общий сбор в холле на этаже, это обязательно. Все необходимые вам товары пишите списком и отдавайте мне или Алисе, я вас позже познакомлю, да вы ее видели, она заходила. Так, сейчас у нас без пятнадцати шесть, так что через сорок пять минут милости прошу на сбор. Есть вопросы?

– Нет, – ответила я и мысленно добавила: «Герр офицер».

– Идите, отдыхайте.

И мы пошли. Запершись в номере, я быстренько наговорила на диктофон все, какие запомнила условия договора, и выключила запись.

– Сен, ты видела, – Тайка плюхнулась в кресло и закурила, – на последней странице крошечными буквами?

– Видела, – хмыкнула я, – в случае невыполнения нами условий контракта, договор растрогается в одностороннем порядке, и мы обязуемся выплатить агентству неустойку в размере пятидесяти тысяч условных единиц.

– И капкан захлопывается, – невесело усмехнулась подруга, – о-хо-хо. Давай, звони Шведову, докладывай о нашем местонахождении.

На всякий случай мы пошли в санузел, открыли в кране воду, вкупе с льющейся в унитазе, создавался отличный шумовой эффект. Я присела на бортик ванной и выбрала из «записной книжки» мобильный Шведова.

– Да? – сразу же отозвался он.

– Мы в доме отдыха «Планерное», – отрапортовала я.

– Понял. Как дела?

– Пока все идет по плану.

– Держите в курсе.

– Ага.

И нажала на отбой.

– Фух, – Тайка набрала пригоршню воды и смочила лоб, – теперь мне спокойнее.

– Еще бы. Слушай, – я оглядела помещение санузла, – не исключено, что наши вещи еще раз захотят осмотреть, мало ли что. Предлагаю сообразить какой-нибудь тайничок и спрятать в него парики. А с сумочками вообще никогда не расставаться, чтобы не отобрали мобильники и не увидали диктофон.

– А чтобы телефоны не зазвонили некстати, давай переведем их в режим виброзвонка.

– Вибро… чего?

– Функция там есть такая, он не звонит, а молча вибрирует. Давай, сделаю.

Все-таки Тая очень умная.

Мы тщательно осмотрели апартаменты и не нашли ничего лучшего, как засунуть пакет с париками в щель между мебельной стенкой и стеной.

Времени до «общего сбора в холле» оставалось все меньше. Чтобы уж нас точно ни одна Алиса не узнала, мы решили облачиться в убойные наряды от «Потного Коротышки».

– Тай, – натягивая колготки, принялась я вещать чарующим голосом, – не хочешь мой розовый комбинезончик примерить? Такая стильная вещица, вдруг на тебе будет неотразимо смотреться?

– Нет уж, дорогая, спасибо, – Тайка тщательно расправляла на кровати платье цвета красного вина.

– Таюш, – захныкала я, – ну хоть попробуй!

– Сен, с моей фигурой я в такой розовой гадос… в таком розовом комбинезончике буду смотреться как бешеная хрюшка, что-то вроде мисс Пигги, может, помнишь эти кукольные шоу про лягушонка Кермита?

Я помнила, но с трудом… Я тоже хочу красное пла-а-атье!!!

– Значит, пускай я смотрюсь как бешеная хрюшка?

– Сена, ты худая, ты не будешь как хрюшка, уверяю. Давай, одевайся, время поджимает.

Плохой она, все-таки человек. Отвратительный.

Влезла эта коза толстопопая в свое платье и давай красоту наводить: губы подкрашивать, глазки подрисовывать, тени обновлять – тоже мне, Синди Кроуфорд выискалась!

– Сеночка, – Тайка подняла на меня взгляд, – ну не надо меня ненавидеть, я же не виновата, что у нас кроме этих двух вещей больше нет ничего. Если бы имелось, неужто думаешь, я бы тебе не уступила?

– Конечно, нет, – ядовито улыбнулась я, влезая в комбинезон, – а то я тебя не знаю.

– Значит, плохо знаешь.

– Слушай, не надо мне тут нотации сейчас читать, или ты не видишь, в каких я нервах пребываю?!

Тайка махнула на меня рукой и принялась закручивать ресницы специальными щипчиками. Чтобы, значит, как у коровы были. До самых бровей.

Продолжая сердиться, я взяла плойку, воткнула вилку в розетку и принялась завивать обвисшие прядки.

– Вот ведь гадство, – вздохнула за спиной Тайка, – лак с ногтя облупился…

Ой, ратуйте, ратуйте, горе-то какое! Вызывайте МЧС!

– Сена, – пыталась наладить отношения Тайка, – вроде у тебя была жидкость для снятия лака?

– Я должна следить за всем без исключения? И помнить обо всем на свете?

Тая молча полезла в мою сумку.

– И посмей там только все перемешать и измять!

– Сена! – Тая бросила мою сумку на пол. – Если хочешь, давай переоденемся в штаны и свитера! Только прекрати!

– Уже времени нет на всякие там переодевания, – с достоинством отрезала я, и случайно прижгла щипцами себе лоб. – Аа-ай! Это все из-за тебя! Из-за тебя!

– Сеночка, Сенчурия ты моя любимая, ну хочешь я тебя духами своими побрызгаю? У меня такие духи отменные. Ну не будь ты вздорной крысой, я тебя, пока еще, по-хорошему прошу!

В общем, в атмосфере любви и согласия мы прибыли на общий сбор.

В большом квадратном холле по периметру располагались диваны, кресла, стулья и банкетки, у окна, зашторенного светлыми полосатыми занавесками, размещалась кадка с фикусом. Собралось пока что человек десять: симпатичные молоденькие девушки сидели рядком и тихонько между собой переговаривались. Стоило нам появиться на горизонте, как девушки притихли и уставились на нашенские персоны. Мы с деревянными лицами проследовали в самый дальний угол и чинно уселись поближе к фикусу. Девушки нас рассматривали и шушукались, мы же, с одинаковыми выражениями профессиональных ботаников на лицах, изучали фикус.

Народ постепенно подтягивался. Тайка украдкой посмотрела на часы, желая определить лимит на опоздание, но ни тут-то было: 18.25. Еще пять минут до «часа икс».

– Се… Яна, – Тайкин локоть врезался мне в бок.

– Чего?

– Тебе вон та девушка не кажется знакомой?

– Какая?

– Да не верти ты башкой хуже вентилятора! Смотри украдкой! Вон та шатенка с короткой стрижкой, ну вон, только что вошла.

– Почему она должна мне быть знакомой? В первый раз вижу.

– А мне вот кажется… – Тая задумчиво рассматривала девушку из-под полуопущенных коровьих ресниц.

– Крестись, – посоветовала я.

Появилась Алиса. Она присела на стул у самого входа, и буквально следом нарисовалась Алла Геннадиевна с тремя тетками и тощим мужичком гомосексуального вида.

– Так, все в сборе? – деловая и серьезная Алла Г. обвела острым взглядом всех присутствующих. – Прекрасно. Так, кто у нас новенький, подойдите сюда.

В нашу сторону она даже не взглянула. Естественно, после подписания такого «чисто формального договора» все сюси-пуси автоматически заканчивались. Мы с Таиской и две девицы – ядерные блондинки снялись с мест, и подошли к Алле и сотоварищи, с краешку к нам прибилась еще одна какая-то несчастная провинциальная лохушка

– Знакомьтесь, это Антонина Михайловна, преподаватель актерского мастерства и психологии, Вероника Юрьевна – иностранный язык, этикет, компьютер, Жанна Дмитриевна – парикмахерское искусство, визаж, домоводство, и Лорис Витольдович – физкультура, шейпинг, культура секса.

Я чуть слюной не подавилась.

– С Антониной Михайловной завтра у вас состоится первое занятие, – кивнула Алла Г. на квадратно-гнездовую тетку с воловьим взглядом, – удачи, девочки. Идите пока в столовую, занимайте места.

И мы поняли, что на сегодня лично для нас собрание закончилось, нас выкидывали в сторону ужина, чтобы не мешали и лишний раз не подслушивали. Мы покорно потрусили по коридору. Молчаливая и какая-то испуганная лохушка в сером брючном костюме увязалась за нами.

– А как вас зовут? – пискнула она, заглядывая поочередно то мне в лицо, то Тайке.

– Яна и…

– Света, – подсказала Тая. – А тебя?

– Ксюша.

«Ксюша, Ксюша, Ксюша – голова из плюша…»

Тая приоткрыла дверь «столовой» и заглянула внутрь. Никого.

– Ксюша, – Таиска вошла внутрь и показала девушке на дверную арку, ведущую непосредственно к длинному столу, – ты туда иди, а мы сейчас.

Серое создание покорно заторопилось в указанном направлении.

– Сена, – поманила меня Тая, – иди чего скажу. Ты можешь называть меня психопатичкой, но эта девушка… помнишь, я тебе на девушку указывала?

– Помню, – насторожилась я, – а что?

– Если это не Мила Розовская, супруга нашего обожаемого Шведова, то можешь застрелить меня на месте.

– Мне нечем тебя застрелить… – я малость опешила. Говорила Тайка с полнейшей уверенностью.

– Я тебе клянусь! С другой прической, другим цветом волос, но это она. Я ее хорошо знаю, я ведь столько сериалов с ее участием пересмотрела. Это Мила Розовская. Живая и невредимая. Осталось еще Инну Величковскую увидать, и будет вечер встречи живых мертвецов.

– Тая, мне страшно, – честно призналась я. И вовсе не из-за живых мертвецов. Мне было страшно от непонятного.

– Не боись, лягуха, прорвемся… – Таиска схватила мою ладонь и крепко сжала в своей сильной дружеской руке.