"Сердце феникса" - читать интересную книгу автора (Белова Елена)

Глава 2

Как живется людям в мире, захваченном магами? И насколько же все плохо, если даже темные задумываются о возврате к прошлому? А тот, кто бы мог им помочь, лишен не только сил, но и памяти, и рассудка. Только... кажется, не все так безнадежно?

И снова - назад в воспоминания. Переместившись в комнату без дверей и окон - творение Вадима - она оказалась перед довольно широкой кроватью и с интересом посмотрела на своего первого подопечного. Во-первых, потому что ни одному фениксу пока не выпадала такая необычная работа, во-вторых... ну, это же все-таки Соловьев. Младший... Нечего скрывать - ей было... любопытно. До этого она видела знаменитого брата повелителя всего три раза. Первый - где-то вскоре после обращения ее клана. Тогда о молодом маге, Вадиме из Севастополя, претенденте в новые Властелины мира, заговорили все. Под его руку встали демоны и вампиры. И каждый день приходили вести о том, что еще один клан или народ просит покровительства нового Владыки. От новых подданных молодой Хозяин пока не требовал ничего особенного - присягу на верность, службу и порой девушку. Ничего такого по сравнению с некоторыми... Мать никогда не говорила, как получилось, что под Его властью оказались они, фениксы. Как она встретилась с новым повелителем, как договорилась, Лина не знает до сих пор. А у матери уже не спросишь.

Это было ее второе задание на новой работе - захват средоточья сил, Небесного Свода, ныне именуемого просто Дворец. Тогда новый Хозяин, наплевав на неписаные правила магического мира, использовал наряду с магией, человеческое оружие - усыпляющий газ.

 Тогда ей впервые пришлось работать рядом с демонами. Идти по залитым кровью коридорам, отыскивая живых... Видеть, как в центральный зал стаскивали защитников: спящих, раненых, мертвых.

Вадим сам решал судьбу каждого: "В заложники...прикончить... в заложники..." Он оторвался от этого занятия, когда рядом с ним возник демон Симон, на руках которого без сознания повис худой паренек с каштановыми волосами. Повелитель выдохнул: "НАКОНЕЦ-ТО!", всмотрелся спящему в лицо и довольно кивнул:

—Справились. Награды вечером. Лиз, подойди, - обратился он к матери Лины, - Забери его силы ...


Она была в зале, когда парень пришел в себя. Возможно, попытался телепортироваться, еще не осознав, что он больше не маг, что силы отобраны. Возможно (на глаз попытку телепорта не засечешь). Потом непонимающе осмотрелся - в зеленых глазах еще плавал туман - и заметил Повелителя.

— Дим?.. Дим, что... что случилось... Ты нашел Зайку? Дим!..

И голос замирает, когда, попытавшись шагнуть вперед, юноша ощущает, что его держат. И, бросив взгляд вправо, замечает ряд тел. И пятна крови на полу. И демонов, окруживших Вадима. И его черную, черную, черную одежду!

— Дим...

— Добро пожаловать в мой новый Дворец, брат. Как тебе обстановка?

Парень снова осматривает зал. Словно надеется, что это неправда. Сон. Кошмар. Морок, не имеющий права быть правдой! Сколько же ему лет? Шестнадцать? Семнадцать? Юнец.

— Вадим. Прошу, скажи, что это не то, чем кажется. Ты ведь не мог, даже ты! Ну скажи!

— Какой ты, однако, нервный, братец. Ничего особенного не случилось, кроме того, что должно было. И не всем это так уж не нравится, - Вадим небрежно хлопнул по креслу, и рядом с ним возникла темноволосая, как и сам Алекс, девочка лет десяти-двенадцати, - Видишь?

— Зайка, - невольно вырывается у юноши.

— Зоя! - холодно поправляет та, - Повежливей с сестрой Повелителя, Алекс. Я, между прочим, теперь демон.

— Что?

Девчонка важно делает шаг вперед. Вытягивает вперед руку... и на узкой ладошке возникает огненный сгусток.

— Видишь?

— Что ты сделал? - в зеленых глазах недоверие пополам с яростью, - Что ты с ней сделал, подонок?

— Дал демонические силы. Ну же, Алекс, неужели девочка зря мечтала о магии? Теперь она у Зои куда сильнее. Ты совсем не рад за нашу сестричку?

— Вадим! Худой юноша вырывается из рук охранников, осыпая Вадима оскорблениями на нескольких языках.

— Что ты наделал?! Подонок! Скотина!

Вне себя от гнева и горя, он не замечал, как презрительно-самодовольная улыбочка на лице нового Хозяина застыла как приклеенная, а глаза яростно блеснули.

Вспышки ярости Повелителя за последнее время вошли в легенду, и Лина, отвернувшись, вместе с раздражением почувствовала что-то похожее на жалость. Когда-то она тоже бунтовала против судьбы. Самоубийственное отчаяние, звучавшее в юном голосе, было ой-как знакомо. Но она как-то примирилась... научилась с этим жить.

А вот разозлившему нового Хозяина юноше жить, скорее всего, осталось столько, сколько понадобится, чтобы заставить его пожалеть о каждом сказанном слове. Когда Вадим после наступившей тишины вдруг улыбнулся, девушке остро захотелось исчезнуть из зала. И дело было не только в опасности. Ей нужно было побыть одной, подумать...о своей жизни, о...да, она приняла навязанный ей матерью жребий. И даже стала лучшей! Что ж ей теперь так тошно... Она почти с радостью приняла приказ убираться "всем лишним" и никогда не думала (ну, почти никогда), что произошло там, в опустевшем зале, между двумя братьями...

Тогда юноша ее скорее разозлил, вызвал какое-то смутное недовольство. Собой, своими поступками...Непривычное ощущение... И неприятное. Ей даже захотелось убить его - причину своего душевного смятения. Но витавшие в замке слухи о том, что Вадим отдал парня на "воспитание" демонам, отрезвили Лину, и она забыла о нём. Постаралась забыть.

Забыть было легко - вслед за магическим, Вадим стал подминать человеческий мир, и бесконечные совещания, сопровождения, разведки и зачистки съедали время подчистую. Военная база. Осмотр местности. Сопровождения магов и техников для установки каких-то важных элементов - они всю землю окольцевали. Эльфийский лес, где их встретили стрелами... И снова очередная военная база. И снова...

Она даже не смогла оплакать мать и найти ее тело, когда та погибла на самом обычном контакте с представителем еще не подчиненного клана Горных. Дела-задания-поручения. Бесконечная круговерть днем... И даже ночи - не ее, потому что Повелитель решил попробовать, так ли горячи на деле фениксы... Сумасшедшие полмесяца, и День Пришествия... День черного неба... Интересно, каким этот день запомнился ее подопечному? Сама она помнила это так ясно, словно воцарение Вадима случилось вчера...

В те первые дни, когда все, даже те, кто не верил в победу и не хотел изменения привычного порядка вещей, испытывали что-то вроде эйфории. Не было тогда равнодушных, и хоть эмоции у каждого были свои - надежда на лучшее, радость победы, торжество и злорадство, но общее все-таки было.


Магию больше не надо прятать! Можно не скрываться... Не прятать клыки, не скрывать щелки зрачков за линзами, не таить способности к чародейству... Магию больше не надо прятать!

Эта мысль словно в воздухе висела! Написанная крупными буквами! Огненными! Новые хозяева мира слишком натерпелись, пряча свою истинную суть от человечества. Слишком долго они скрывались, слишком долго терпели навязанные им правила...

Но теперь магию больше не надо прятать! Все. Теперь они - хозяева! И магия не таилась...

И новый центр мира - Дворец - кипел жизнью...

Переливались иллюзиями цветные стены.

У входа плескали ветвями-листьями громадные деревья, прямо из воздуха лился золотой водопад.... Высоко в небе на тонком шпиле вился яркий изящный стяг... Знак нового Властелина. Взбегала к стрельчатому проему дверей черно-золотая лестница. Вдоль плетеных колонн прихотливыми звенящими змейками вились ручьи, то и дело меняя цвет.

Дворец казался ожившей сказкой, чудом из рыцарской книжки...

Светлый, солнечный, красивый.

Если не обращать внимания на жителей этого "райского уголка". Нет, дело было не только в клыках. Не у всех они и были, и не все одеты в черную униформу из облегающей кожи. Колдуны в сером, высшие фейери в алом, феи и нимфы в зеленом. Мелькали синие, коричневые одежды.... Но вот выражение - холодное, высокомерное, полное какой-то злой радости, - лежало на всех лицах, смотрело из оживленных глаз, звенело в голосах. Мало кто просто шел - ходьба на сегодня, в день торжества магии, была признана немодной и неуместной, и гости Дворца с удовольствием перелетали на крыльях, телепортировались, проходили сквозь стены, даже ковры-самолеты в ход пошли.

А еще было шумно....

Хохот, оживленные голоса, шипение, хвастливые и насмешливые возгласы.... И все это смолкает, едва на площадке слышится тигриный рык...

Нет, никто из новых хозяев мира не боится ни тигров, ни львов - просто рядом с красавцем-хищником, мягко опускающим лапы на зеркальные плиты пола, стоит Он.

Сияющее золото волос расплескалось по черной рубашке. Сильные пальцы небрежно треплют по ушам огромную кошку... И незримая людям, но заметная любому магу Темная Корона. И какая... Такая Сила - глазам больно...

Властелин мира.

Под взглядом этого совсем молодого еще, неподдельно молодого, не старше двадцати, парня, толпа стихает и в зале повисает тишина... Сотни глаз жадно ловят его взгляд, все затаивают дыхание...

— Сделано, - наконец говорит Властелин. - Можно праздновать.

Праздник она тоже помнила. Хотя прежде праздника было другое... Общее совещание, на котором решалось, каким быть новому миру...

—... это наши ближайшие задачи. Никаких стран. Никаких войн между ними. Никаких "выборов". Люди должны понять, что никто не позволит им развлекаться войнами, - голос Повелителя негромок, но в зале такая тишина, что слышен был бы даже шепот... - Итак, мир делится на 10 протекторатов.

Перед Повелителем вспыхивает шар-модель земного шара, расцвеченного в 10 цветов...

— Сегодня я назначаю Протекторов, отвечающих за порядок в своем регионе... Провести учет людей. Наладить патрульную службу. Провести сортировку милицейских-полицейских кадров, лояльные кадры оставить, с остальными работать. Преступный мир уничтожить. Пусть вампиры и вервольфы займутся этим сразу после празднования. Эти люди всегда против любого режима, и я не намерен терпеть выходки преступников. Обращать не разрешаю. Ясно?

— Да, ваше величество, - Анна и Вольдемар, главы вампиров и объединения оборотней синхронно склоняют головы....

— Всех политиков - под вторичное обследование. Потенциальным помощникам должности и привилегии, как планировалось, остальных оценить на опасность и по обстоятельствам... Кати, займешься. Разрешаю задействовать телепатов, только не перегрузите, сгорят...

— Да, милорд...

— С армиями больше проблем не будет? С базами все?

— Базы уничтожены. Все. Отдельная благодарность фейери воды и воздуха...

— Милорд, здесь не все так гладко, - вмешивается лысый тип, бросая на коллегу чуть злорадный взгляд. - Не все авианосцы потоплены... И некоторые все еще боеспособны...

— Что? - светлые брови лишь чуть сдвигаются, но незадачливый докладчик замирает как птичка перед змеей... - Почему об этом доложено только сейчас?

— Милорд... милорд, их всего три! Они не угрожают... Они... Они будут уничтожены сегодня же!

Миг полной, невозможной, жуткой тишины...

Наконец Вадим кивает.

— Сегодня. Возьми кракенов. Он не добавляет "я проверю", это лишнее. Попытаться обмануть Властелина может только мазохист-самоубийца... Причем с такой запредельной степенью мазохизма, какой у демонов не бывает никогда. Разношерстную толпу колдунов, сенсов, ведьм, магических существ, зачастую презирающих и ненавидящих друг друга, за последние два года объединил общий страх - все они, такие разные, до смерти боялись прогневать нового хозяина мира. Вадим, пережив три покушения и попытку захвата, очень жестко дал всем понять, что лучше его не злить. Пример его младшего брата, который до сих пор лежал в больнице без малейшей надежды на выздоровление, никого не вдохновлял на подвиги... А про неудачливых убийц лучше не вспоминать, если дороги нервы... Присутствующие перевели дыхание, стараясь сделать это незаметно, и снова зазвучали сообщения, отчеты, предложения...

— К вашему выступлению по связи все готово, Повелитель...

— Драконов по-прежнему держать в боевой готовности? Или разрешить половине спячку?

— Ваше величество, возможно, прием в наши ряды людей следует отложить, пока ситуация не стабилизируется?

— Не только людей! Прием строго ограничить, чтоб не возиться потом с балластом.

— Подготовка к празднеству во Дворце почти закончена... Трансляцию обеспечат.

На том совещании не было никого из людей. Как им жить, решили без них. На праздник, правда, кое-кого пригласили...

Запоминающийся тогда праздник вышел.

Праздник, знаменовавший начало новой магической эры, уж, конечно, не был похож на человеческий. И не мог быть похож. Новое время - новые песни. Тем более, ожидалась всепланетная трансляция, и мир должен был увидеть все.... хм, достоинства новой власти... Маги и всевозможные магические существа из кожи вылезли, но создали поистине незабываемое зрелище!

Волшебное....

Гости прибывали по воздуху....

Телепорт, приносивший гостей, открывался прямо над озером, в темно-синей воде которого отражался блистающий огнями Дворец.... Прежде чем испуганная кинозвезда или спортсмен (политиков приглашали куда реже, чем этих, не особо обремененных мозгами) успевали ахнуть, их мягко подхватывал воздушный вихрь и переносил в... ну, раньше это был сад. Он и сейчас был садом, этот уголок земли, но назвать его так не повернулся б язык у самого толстокожего тупицы.

Деревья проплывали мимо ожившей сказкой, в воздухе плавали огни, цветы, шары всевозможных цветов, форм и размеров, в том числе какие-то особые, крохотные, похожие на звезды, они садились на плечо дамам, на грудь мужчинам, и становились украшениями... Восхищенные ахи и охи встречали ухищрения чародеев. Чего стоила только кабинка юности - войдешь, пробудешь минуту, и выйдешь помолодевшая на пять-десять лет. Среди дам началась небольшая ссора, некая особа мумиеподобного вида, называющая себя почему-то Сергеем Зверевым, отказывалась выходить, сколько ей ни объясняли, что больше десяти лет за раз не сбросить... Потом распорядитель с кем-то перемигнулся, и скандальная особа исчезла...

Фейерверки немыслимой красоты взлетали, вспыхивали, таяли в звездно-черном небе. Ясном, безоблачном небе - маги постарались с погодой, и теплый воздух ласкал обнаженные руки женщин... После первых минут настороженности гости-люди чуть успокоились, и вскоре вполне искренне и даже охотно поддерживали тосты в честь магии вообще и Повелителя мира в частности.

Сам Повелитель, под прицелом сотен взглядов с чуть заметной усмешкой сидел на массивном троне, лениво поглаживая уши крупной золотисто-полосатой кошки... Время от времени он бросал взгляд на гостей, и почему-то по многим спинам пробегал холодок...

И все старались отвлечься, благо было на что...

Вот с ближайшего дерева слетела золотистая тучка, рассыпалась на нежно мерцающие искры... и под восхищенные вскрики эти искорки затанцевали в воздухе, а зычный голос объяснил, что эти создания согласны потанцевать на ладони любого желающего... Недостатка в желающих не было, вдобавок, крохотные девушки с крыльями меняли цвет, перелетая от одного к другому, и это делало зрелище совершенно завораживающим...

У громадного ясеня столпилось человек пятьдесят - все, затаив дыхание, любовались тремя стройными девушками в кожаных джинсах. Эти девушки не танцевали и не ворожили по рукам, предсказывая будущее. Они склонялись над тремя котлами, окуная руки в кипящий металл, и нежные пальцы, порхая над переливчатой жидкостью, вытягивали из нее нить за нитью. На глазах пораженных зрителей нити скручивались-сплетались в гибкие узорчатые полосы... Потом на остывающий металл крепился узор из камней. Узор ни разу не повторился, полоса свивалась в кольцо, и вскоре на запястье очередного онемевшего от восхищения человека ложился браслет, сплетенный специально для него... Серебро, золото, платина...

— Браво...

— Вот чудо!

— Потряса-а-ающе...

Вадим только презрительно прищурился. Лина не совсем понимала, в чем дело. Подарочки понравились людям, это естественно. Может, он их презирает немного за эту радость? За... Лнна поискала слово... продажность?

Хотя в эмоциях Повелителя наверняка к презрению примешивалось и довольство собой: расчет был точен. Восхищенные счастливцы, угодившие на событие века - его первый прием - разнесут свои восторги по всей планете и конечно, произведут нужное впечатление... А то, что маленькие танцоры считывают эмоции, проверяя лояльность гостей, никто не догадывается... И браслеты тоже сработают как надо....

Повелитель легко соступил с площадки трона, и перенесся к "счастливцам".

— Носите их всегда. Как знак, что вы первые. Самые достойные. Самые важные наши подданые...

Люди иронии в голосе Его величества не уловили. А смотрели-то как! Даже на "подданных" не среагировали, все в восторгах! Да, конечно, эти браслеты не такие, как те, миллионы которых ждут своего часа на тайном складе. Красивее. Волшебней. Но сюрприз тот же... Мы будем всегда знать, где вы... Сможем подслушать вас иногда...


Лина невесело усмехнулась. Запоминающийся был праздник... Тогда еще казалось, что все не так уж плохо.

Казалось... Повелитель тогда был в отличном настроении, улыбался и даже пригласил на танец какую-то человечицу. Интересно, вспомнил он хоть раз об Алексее? Алексе... Алексее Соловьеве.

Второй раз молодое лицо с зелёными глазами мелькнуло перед ней три года спустя, на совещании перед захватом убежища Лиги свободы.


Тогда демоны были просто в восторге от того, что могут наконец-то достать "наглых людишек", за последние три года порядком попортивших нервы Повелителю и не раз оставлявших в дураках демонские и вампирские общины...

—Алексей Соловьев, - Юрий продемонстрировал голограмму. - Один из руководителей. Магических сил нет (на лице Симона почему-то мелькнула довольная ухмылка). Но по данным источника, имеет заговорённое оружие и недоступен для заклятий.

— Соловьев? - послышался чей-то голос - Как и ...

— Да, его младший брат.

Удивлённых вздохов было немного. Кто знал, кто не проявлял эмоций.

—Личный приказ повелителя: его брать живым. Только живым.


Фотографию можно было не брать в расчёт - это не личная встреча. Хотя и фото наводило на размышления: выжить после общения с демонами—любимчиками Хозяина и снова набраться наглости выступить против Повелителя... Интересно, что думает об этом Вадим?

Но она к тому времени уже не его фаворитка и давно усвоила, что его тайн лучше не знать.


Вечером... точнее, ночью, она увидела его воочию.

На ночном штурме Лиги.

Эта организация возникла чуть ли не в день Пришествия. И беспокойства от них поначалу было как от комаров - мелкие, почти нечувствительные уколы. Кто-то с их помощью снимал браслеты, где-то со складов исчезли продукты, лекарства или артефакты. Ерунда. Но в последнее время, года полтора, сопротивление стремительно набрало силу. Почти на каждом совещании поднимался вопрос об очередной выходке лигистов. Чашу терпения Повелителя переполнил одновременный, синхронный (и успешный!) налет Лиги на три рабских рынка и освобождение двух тысяч человек. Да вдобавок руководство этой самой Лиги имело наглость выйти в эфир, и, вломившись прямо посреди развлекательного шоу "Последняя жертва", рассказать о своем подвиге...

Повелитель вышел из себя так, что главе Службы дознания пришлось прямо на совещании регенератор пить.

Зато уже через три дня центральное убежище Лиги, база "Флагман", было найдено, и даже код доступа каким-то образом раздобыли...

Еще вечером прошел общий "вызов". Все боевые части были собраны и проинструктированы.

А ночью был штурм. Там она и увидела Соловьева второй раз.

... Сначала её внимание привлекло оружие. Стянувшись к залу, защитники цитадели отчаянно отбивали атаки. Мужчины и женщины, молодые и постарше, маги и люди, зельями и оружием, они насмерть стояли у трех выходов из центрального зала, заставляя нападающих оплачивать каждый шаг десятками трупов. А за их спинами в трех коридорах уже крепили на стены заряды взрывчатки... Защитники это видели. Но не пытались скрыться и не просили о сдаче. Они жертвовали собой, сдерживая демонов здесь, чтобы остальные получили шанс уйти.

Они дрались отчаянно, с самоубийственным хладнокровием, стараясь захватить с собой побольше врагов.

Намётанный глаз Лины выхватил в редеющей толпе сначала блеск - стремительный танец спаренных лезвий, а потом высокую юношескую фигуру. В отличие от многих, человек был полностью одет и успевал всё: отбить атаку, отдать команду, подставить клинок, прикрывая голову упавшего рядом человека, рвануть его к себе и что-то крикнуть (спасённая им жертва растворялась в серебряном сиянии) и метнуть оба клинка в наседавших демонов. Он двигался с кажущейся неторопливостью, стремительно, собранно, изящно, словно в танце. Клинки, то словно вырастая из его рук, то, сплетая вокруг юноши смертоносную блистающую сеть, казались живыми. Алексей Соловьев не зря вызывал у брата опасения. Лина не понимала, куда он так целеустремленно пробивался, пока Юрий, координатор атаки, не опрокинулся на спину с перерубленным горлом. Пока нападавшие, потеряв направляющий голос, не затоптались на месте в мгновении растерянности, которого большинству лигистов хватило на отступление...

Пока девушка в алой коже, стоя над его пеплом, не воткнула в Соловьева ненавидящий взгляд. И юноша растерянно опустил перед ней клинки:

— Зайка? Зоя...

В ответ она махнула рукой, и на горле Алексея словно расцвел темно-синий цветок - дротик с парализующим.


Лина закончила со скорой помощью, как она именовала про себя эти процедуры и убрала зелья в "аптечку". До следующего раза. В том, что следующий раз будет, сомневаться не приходилось.

Разъяренная смертью Юрия Зоя делала все, чтобы превратить жизнь второго брата в ад. Интересно, откуда она узнаёт, когда Алексей остаётся один?

Побои, мелкие магические нападки и совсем не мелкие раны. Зоя не стеснялась, проявляя вполне демоническую изобретательность. Являлась, правда, только в отсутствие Лины. Ясно, почему.

Вадим достаточно ясно приказал никому не поднимать руку на кровь Соловьевых, и пойти против Властелина мира напрямую его ближайшая помощница не решалась. Зато отрывалась на пленном, когда феникс отлучалась. Вот и сегодня...

Особого вреда она вроде бы не причинила. Переломов и особо крупных гематом, кажется, нет... нет и следов новых уколов.

На всякий случай она стащила с подопечного легкие джинсы и тщательно осмотрела каждый сантиметр кожи. Ничего. И на том спасибо.

Вид обнаженного тела не вызывал в Лине никаких эмоций, кроме раздражения. На Зою, добавившую к впечатляющей коллекции два новых шрама, на тупую покорность, с которой младший Соловьев позволял делать с собой что угодно. Лина сердито накрыла его одеялом.

— Спать.

И одеяло, и приказ были восприняты с тем же безразличием. Но немного погодя изумрудные глаза всё же закрылись. Опять послушался!

Ничего удивительного в этом не было. Лина присутствовала тогда в холодном ноябре, в день казни...

И видела, как Алексея Соловьева сломали.

На изломе.

Парадный зал сегодня, кроме людей и демонов, наполняли кинокамеры. Под их прицелом находилось всё: чёрный с золотом трон, возвышавший Повелителя мира над остальными на метр, сплотившиеся у трона демоны и темные маги. Всевозможные угощения, ожидающие гостей приёма после основного события.

И конечно, камеры то и дело направлялись на самого Повелителя: чёрная роскошь одежды, золото волос, светлые глаза. И тьма в этих глазах, тьма пополам с огнем и льдом. Никто не мог смотреть ему в лицо.

Кроме юноши, прикованного к противоположной стене. Иногда усталость брала свое, и он опускал голову, но ненадолго. Едва каштановые волосы заслоняли лицо, как пленный поднимал голову и снова взгляд зеленых глаз скользил по собирающимся гостям Дворца.

Повелитель, казалось, не обращал внимания на этот живой барельеф, Зоя, напротив, смотрела, и часто... Гости-демоны бросали на него злорадные взгляды, немногочисленные люди, опасливо покосившись, тут же отводили глаза и старались воспринимать как украшение. Лина машинально отметила, что он всё в той же одежде, что и ночью, и тут музыка в зале смолкла, повинуясь жесту Вадима, и зал мгновенно затих.

В наступившей тишине низкий голос Повелителя заполнил зал.

— Сегодня день, который все должны запомнить. Сегодня мир увидит, что ждет преступников, посмевших встать против моей власти. Смотрите, и пусть то, что вы увидите, послужит вам уроком.

На огромной стене высветилось многометровое подобие экрана.

Лицо Вадима, с тяжёлым, исподлобья, взглядом, заполнило экран... и тысячи, миллионы других экранов в уцелевших городах. Этим вечером согнанные на площади люди получат урок, который никогда не забудут. Не забудут его и демоны.

Немигающий взгляд Вадима, как плитой, придавил каждого. Люди и демоны, колдуны и фейери одинаково опускали головы, сутулили плечи.

— Смотрите и слушайте, - холодно уронил Вадим в замершую толпу.

И изображение на экране сменилось. Объективы камер скрестились на скованном юноше у стены.

— Алексей.

Юноша неспешно выпрямился. Растрепанные волосы, сжатые губы, печать тяжёлой усталости на лице. И взгляд, в котором смешались обреченность и дерзость.

— Ты обвиняешься в убийстве.

По толпе гостей прошел удивленный шепоток. И правда... необычное обвинение.

Застывший в шоке юноша меньше всего походил на убийцу. А, учитывая, КТО это говорит... Даже если обвиняемый будет убивать в день по десятку, то в счете трупов Вадима ему всё равно не догнать.

— Ты знал о моём предназначении. И ты знал, что значит пойти против меня. Ты помнишь?! - в низкий голос вплелась злость, - И поэтому ты сам виноват в том, что сейчас произойдёт.

Он посмотрел на демонов....

— Приступайте.

Теренс и Симон, личные палачи Властелина Трёх миров, сошли со своих мест и синхронно шагая, направились к застывшему пленнику.

Экран крупным планом показал его лицо... и как он на миг закрыл глаза, пряча их выражение.

Демоны с одинаковыми улыбками остановились, когда до осужденного осталось метра два, одинаково-слаженно вытянули руки. Меж протянутых ладоней вдруг вспыхнуло серо-черное облако... Когда оно опало, на площадке было шесть человек.

Пленные.

Толпа заинтересованно зашепталась, предвкушая неплохое развлечение. Кто-то уже заключал пари, кто умрет первым и как именно. Демоны неисправимы.. Резкий выкрик распорядителя - и все расступились, пропуская к площадке разношерстную группу в черной форме - ликвидаторов.

— Нет... - прошептали вмиг побелевшие губы младшего Соловьева. - Нет!

И зелёные глаза почти умоляюще посмотрели на бывшего брата.

— Это те, кого ты повел за собой - размеренно, холодно, точно вбивая гвозди, проговорил Вадим, - Тот, кто идёт против меня, должен помнить, что заплатит не только своей жизнью, но и жизнями всех своих близких. Начинайте.

Слово тихо упало в неимоверную тишину.

Несколько мгновений - и демоны взяли за руки высокую брюнетку. Провели по площадке и поставили перед остальными лицом к Алексею.

— Нет... - еле слышно проговорил он, - Вадим...

— Алексей, - негромко, но твёрдо окликнула его молодая женщина. - Держись!

Юноша перевёл взгляд на неё. Страшный взгляд. Так смотрит смертельно раненный человек, когда боль никак не кончается и последние часы жизни превращаются в пытку.

— Держись.

Юноша кивнул, но как-то замедленно, словно тело плохо его слушалось. Дикое, нечеловеческое отчаяние исчезло, словно он стёр его, вытеснил. Только в глазах ещё билось, металось, клубилось неистовое зеленое пламя. Боли...

Он шевельнул губами, но в этот миг из скрытых динамиков рванулся грохочущий поток какой-то музыки, заглушавший все слова, что могли быть сказаны.

Вадим кивнул. Из толпы демонов, плеснув шелком крыльев, вышла затянутая в чёрное фигура. Таннель, вампирша.

Под сумасшедший металлический раскат из динамиков вампирша разорвала горло женщине - кровь забрызгала и убийцу и жертву. И Алексея...

Кажется, он закричал, когда алый веер крови, случайно или намеренно, запятнал его лицо и руки. Закричал и рванулся вниз, туда, где Таннель, запрокинув ведьме голову, сомкнула клыки на её горле. Но цепи удержали бы и демона, а крика за грохотом музыки не было слышно...

Когда всё было кончено и вампирша, сыто улыбаясь, выпрямилась, на площадку вытолкнули новую жертву - худого светловолосого мужчину.

Для него Вадим выбрал палачом ледяную ведьму...

Следующую - женщину лет тридцати - просто расстреляли пульсарами.

Молодую девушку выпил Аркваст, демон, питающийся жизненной силой.

Низкорослого японца выбрали жертвой для вервольфов.

Последним был юноша, ровесник Алексея. Колдун что-то проговорил, медленно, нараспев... и мальчишка исчез. Вместо него на площадке, задыхаясь, билась крупная блестящая рыба.. Когда она затихла, колдун отменил заклинание и поклонился. А потом ушел, не оглядываясь на жертву.

Алексей больше не вырывался. Расширенные, какие-то заледеневшие глаза не отрывались от груды тел на полу, которые ещё совсем недавно были его друзьями.

Из закушенной губы, из ссадин на запястьях текла кровь, но он этого не замечал.

Он больше ничего не видел. Только их, тех в чьём убийстве его обвинили.

Вадим повернул голову и приказал негромко.

— Остановить трансляцию.

Экран погас. Музыка стихла.

И молодой маг медленно поднял голову. Несколько секунд братья смотрели друг на друга. Затем младший разомкнул вспухшие губы - кроваво-синие на белом лице - и в жуткой тишине парадного зала прозвучал неживой, надорванный голос:

— Ну, чего ты ждешь, подонок? Давай.

Демоны зашевелились.

— Милорд, позвольте мне...

— Я знаю очень любопытный способ, милорд.

— Ваше величество...

— Молчать!

Волна голоса накрыла зал.

Демоны попятились, предложения затихли...

Вадим встал.

— Посмотри на свои руки, Алексей. На них кровь. Теперь ты тоже убийца. Это ты их не спас, не защитил, не отговорил. Слышишь? Ты! Шесть здесь, двести шестнадцать в убежище, триста четыре в городе. Как тебе это?

Слова били без промаха. Юноша пошатнулся. Казалось, теперь его удерживали на ногах только цепи.

— Смотри на них. Смотри и знай: ты соучастник их убийства. Они поплатились за тебя! Ты это понимаешь? За тебя!

Юноша молчал. Неживое лицо, затравленный неподвижный взгляд.

— Надеюсь, тебе понравилось, - почти ласково проговорил Вадим. - Ничего сказать не хочешь?

Молчание.

— Ну что ж. Прощай, Алексей.

Он вытянул вперёд руки и застывший в неподвижности силуэт окутался чёрно-серой дымкой. Телепортация?! Куда?

Спустя мгновение опустевшие цепи глухо звякнули о стену.

— Впечатляет, милорд!

— Изумительно!

— Милорд, умоляем, скажите, куда вы его отправили?

Вадим обвёл всех непроницаемым взглядом и отрезал:

— Туда, где ему самое место! Самоубийц, желавших продолжить оборванный Повелителем разговор, не нашлось, и гости дружно зааплодировали.

Это было почти три месяца назад.

Тогда Лина, как и все, подумала, что для строптивого брата Повелитель приготовил что-то вроде личной преисподней, тем более что и приставленные к нему ныне покойные демоны, и зачастившая туда Зоя делиться впечатлениями ни с кем не собирались. По Дворцу бродили слухи и намеки. Постоянно строились догадки и предположения. Оборудование комнаты, дальнейшие планы Повелителя, срок, который протянет приговоренный - все это было одной из любимых тем для сплетен.

Лина во всём этом участия не принимала. Вспоминать глаза молодого мага почему-то было неприятно.

И вот, пожалуйста!

Ведьмочка покосилась на спящего. Долго ей ещё изображать няньку?!

Правда, теперь её статус был ещё выше, чем во время недолговечного увлечения Вадима. Демоны почтительно перешептывались за её спиной и отпускали льстивые комплименты.

Но уже два месяца ничего не менялось. Ни уютная комната-тюрьма, ни озверевшая от мести Зоя, ни этот... подопечный.

Робот. Растение!

За всё это время она не услышала от него ни слова. Интересно, если она перережет ему глотку, он заметит? Сопротивляться точно не будет. И что с ним завтра делать? Оставить его одного она уже не может...

Пробуждение...

Миг невесомости - и в лицо ударил солёный и свежий морской воздух. Предзакатное солнце высвечивало белый гладкий песок, на который неторопливо накатывали зеленоватые волны. Алексей зажмурился. На мили вокруг тянулся когда-то знаменитый, а теперь совсем пустой пляж. Люди больше не выходили на берег моря. А перед закатом даже улицы и дворы пустели. Новый мир...

Лина оглянулась. Но на пляже кроме неё и Алексея, был только один движущийся предмет - молодая неторопливая черепаха. А где же...

Воздух дрогнул, смазался и уплотнился в женскую фигуру. Наконец-то...

Лина выпустила руку Алексея.

— Стой здесь, - приказала она и двинулась к прибывшей - стройной блондинке в темных очках.

— Ты опоздала.

— Я присматривалась, - возразила та, - Ты не одна.

Лина оглянулась на замершего Алексея.

— Это мой подопечный. Не обращай внимания.

Брови блондинки подпрыгнули в весёлом удивлении.

— Твой кто?

— Моя новая работа, - пояснила феникс, неторопливо шагая по пляжу, - Я за ним присматриваю, так что далеко не отходим.

— Дожились, - хмыкнула белокурая девушка - Лина - ангел!

— Не до шуток, Триш! - феникс глянула на подругу с укором.

Василиск Беатриса, та еще ехида, была родом с Канарских островов и придерживать свой острый язычок не привыкла. Южная кровь, горячий нрав... Но теперь-то - не то место, не то время.

— Ну, если не до шуток, то что он тут делает? Он же нас слышит!

— Я не могла оставить его одного, - пояснили Лина, - Проблемы. Но волноваться не надо, даже если и услышит. Он не разговаривает.

— Немой?

— Нет... Он не в себе. Не обращай внимания. Какие новости?

Триш отвела глаза от спины молодого человека с заметным усилием.

— Ну, я могла бы сказать, что хорошие, но это неправда. Мы покидаем свой посёлок.

— Почему? На вас напали?

— Нет. Его Изб... Повелитель убил нашу нимфу.

— Кого?

— Лешего, по-вашему. У нас это девушки. Хорошо работают, хоть и глупенькие. Не знаю, что она там Ему сказала, но... Река высохла сразу. Лес быстро превратился в пустыню.

Еще одна пустыня... Сначала Дубрава. Потом владения Грифонов. И вот...

— И куда вы?

— Пока не знаю. Варианты разные, но...

— Да... Везде опасно.

— Дожили, а? - с грустным смешком проговорила Триш. - Злу опасно в злом мире!

— Кстати, я была у саламандр.

— И?

— Они нам не поддержка. Они боятся.

— Ясно...

— А Грифоны?

Лина качнула головой и подняла с песка ракушку. Новости были плохие. Такие плохие, что и говорить не хотелось.

— Грифонов больше нет. Их всегда было не много, а теперь...я была там вчера. Всё в пыль.

— Вадим?

— Скорее всего.

Девушки замолчали.

— Нас так мало. Что мы сможем, если не смогли люди и маги?

— Добавь Светлую Стражу.

— Ага. Люди, маги, Стражи, демоны...Кстати, Лина...а что это делает твой подопечный? Девушка рывком обернулась, но Соловьева... на месте... не было.

Где?!

Проследив за цепочкой следов, она быстро перевела взгляд...

Подопечный обнаружился у самого края воды. Волны лениво заливали его кроссовки. Лина открыла рот, но промолчала, изумлённо глядя на юношу.

Он стоял и смотрел на море, неспешный перекат волн, мерцание солнечных бликов в воде...

С каким-то отрешенным, почти нежным выражением он медленно склонился над водой и зачерпнул в сложенные ладони маленькую частицу моря.

Волна нетерпеливо толкнула нежданное препятствие, обрызгав с ног до головы. Юноша вздрогнул... и вдруг, запрокинув голову, выплеснул воду себе в лицо. Волосы сразу вымокли. Встревоженная и возмущенная, Лина шагнула вперёд, но Беатриса её удержала.

— Подожди...Посмотри, как красиво.

— Красиво?! - Лина метнула в неё возмущенный взгляд.

Василиски всегда отличались странностями, это верно, но чтобы Триш и чтобы сейчас... Что тут красивого? Хотя...

Девушка-феникс вдруг посмотрела на это другими глазами. Золотисто-зелёная гладь моря, закатное солнце, бросившее на море зыбкую сверкающую дорожку и юноша, такой хрупкий на фоне огромного залива, погружает руки в солнечные блики...

Правда, красиво... Очень.

Вдруг Алексей шагнул вперед и прямо в одежде сел в набегающую волну. Подтянул к груди колени и закрыл глаза, подставив лицо косым лучам заходящего солнца.

— Да-а - протянула Лина, почему-то понизив голос. - Ты знаешь, он первый раз сделал что-то без приказа...

Триш метнула в неё насмешливый взгляд.

— Поздравляю, мамочка.

— С ума сошла?

Триш подмигнула.

— Да ладно тебе. Он хоть красивый?

— Триш!

— Можно я сниму очки? На минуточку. Обещаю, в глаза смотреть не буду!

— Осторожно!

Но василиск уже сдернула очки, которые всегда носила среди людей.

— А что, ничего! - оценивающе сощурилась Беатриса. - Что молоденький - ничего, сама его всему научишь, только корми получше, а то он слишком худень...- Триш осеклась на полуслове, и широко открыв глаза, уставилась на безмолвного юношу. - Алексей Соловьев?!

— Триш!

— А?... Прости! - василиск поспешно нацепила очки. - Лина, ты... ты что? Притащила сюда брата Повелителя?!

— Ты его знаешь?

— Шутишь? То побоище, которое Его Избранное судьбой величество устроило три месяца назад, транслировали по всей планете! Это лицо не узнает только слепой!

— Не кричи. Алексей-то тут при чем?

— Уже Алексей? - девушка-василиск уже овладела собой и хмыкнула, - Ну-ну.

— Беатриса!

— Ладно, - она пожала плечами. - Я... просто...Значит это и есть твоя новая работа. Он поручил?

— Ага.

— И как?

— Как видишь.

Триш покосилась на съежившуюся в воде фигуру.

— Он всё время так?

— Хуже. Не разговаривает, ничего не делает, пока не прикажешь. Не сопротивляется. Даже если ударят. Это просто бесит. Лина с ожесточением пнула не в чем не повинный камушек. Триш недоуменно взглянула на её злое лицо.

— Ты бьешь его? За что?

— Еще этого не хватало! - буркнула Лина - Я его лечу после.

Наткнувшись на недоумённый взгляд, она сердито дернула плечами. - После дорогуши Колючки. Зои. Я потому его и притащила. Она приходит каждый раз, когда меня нет. А мне уже надоело залечивать раны и ожоги!

— Ясно. Жаль... Знаешь, а ведь он мог бы помочь. Если кто и знает слабые места Вадима, то это он. Хм. Я думала, Хозяин его убил. Та казнь...

— Ну, в каком-то смысле убил. По трансляции было не всё.

Они снова посмотрели на бывшего мага. Он не двинулся, бездумно впитывая солнечный свет и шорох волн. Даже не оглянулся.

— Видишь? Его словно нет. Как дом без хозяина.

— А это не лечится?

— Я что - врач? Не знаю...

— Ну ладно. Ты, главное, на собрание его не приведи. Не знаю как принцесса, но там кто-нибудь точно не удержится.

— Ты о чём?

— О твоем подопечном, - разъяснила Беатриса, - Влепит в него кто-нибудь пульсар, и как ты потом предъявишь Повелителю пепел вместо брата?

Лина вопросительно вскинула бровь.

— В Алексея? Он же безобидный!

— Подруга, очнись! Ты вообще о своём подопечном что знаешь? На него зубы точила половина подземного мира! Он был руководителем сопротивления больше двух лет, ты в курсе? А то, что теперь он не в себе, ты можешь и не успеть....объяснить, я имею в виду.

Триш покусала губу и снова посмотрела на неподвижного Алексея. Бывшего брата, бывшего мага... Бывшего человека, если на то пошло. Помощник из него не получится... - Чёрт, жаль. Ладно, мне пора.

Когда она, махнув рукой, исчезла, девушка-феникс запоздало проговорила:

— Будь осторожна, Триш.

Будь осторожна... Непростое нам выпало время, и, берегись или не берегись, опасность все равно висит над твоей головой, как грозовая туча. Но все равно - будь осторожна!

До заката солнца еще оставалось чуть больше получаса, подопечный не двигался с места, и было очень тихо.

Лина еще немного постояла, бесцельно подбрасывая на ладони подобранную ракушку, а потом занялась абсолютно неподходящим для девушки-феникса делом - присела на песок и стала наблюдать за погружением гаснущего солнца в океан...


Песок ушёл из-под ног, и в следующий миг Лина уже вдохнула стерильно-обезличенный воздух тюремной комнаты.

Беглый взгляд - в комнате никого нет. Уже хорошо. Девушка подошла к подопечному, промокшему буквально до нитки, и явно замерзшему: юноша дрожал, а постукивание зубов не услышал бы только глухой. Ну, замечательно. Теперь он ещё и простудится.

— Снимай одежду, - торопливо роясь в шкафу, приказала феникс.

Скорей-скорей... Схватив шорты, майку и широкое полотенце, она сделала шаг назад, но увидела, что её подопечный стоит на месте. Он медленно поворачивал голову, со странным выражением оглядывая комнату. Словно вспоминал... или впервые видел.

Вода с его одежды уже успела собраться в лужицу на ковре.

Ох, Пламя Ада! Он что, её не слышал?

Лина бросила сухие вещи на постель.

— Раздевайся!

И стала быстро расстёгивать пуговицы на его рубашке, не дожидаясь, когда приказ до него дойдёт. Она уже потянулась к застёжке джинсов, когда вдруг ощутила: что-то не так. Взгляд вверх столкнулся с растерянным взглядом зелёных глаз. Юноша смотрел на неё. Правда, смотрел!

А его лицо, шея, плечи медленно заливались краской.

Лина отдёрнула руки, как от саламандры. Быстро, но не резко, чтобы не напугать. Она десятки раз помогала ему одеться, видала и совсем раздетым, и никогда раньше это не смущало, а теперь...

Словно сейчас касалась кого-то другого. И этот другой сейчас смотрел на неё из глубины зелёных глаз её подопечного. Другой... прежний. Неужели?!

— Алекс... Алексей Соловьев! Юноша вздрогнул, будто собственное имя его ударило. И непривычный свет на его лице погас, сменившись привычным безразличием.

Словно задули свечу.

Он послушно сменил одежду, покорно вытерпел жесткое растирание. Словно ничего и не было.

Но Лина не забыла.

Лежа без сна и слушая ровное дыхание подопечного, она попыталась понять, что произошло. Море напомнило Алексею о прошлом? Или его отстраненность нарушена сменой обстановки? Или он просто начинает приходить в себя после пережитого? И если так, то хорошо это или плохо?