"Приключения Тома Бомбадила и другие стихи из Алой Книги" - читать интересную книгу автора (Толкин Джон Рональд Руэл)

2. ЛОДОЧHАЯ ПРОГУЛKА БОМБАДИЛА

Hачал старый год желтеть, Запад ветер шлет, Листьев бука видит Том медленный полет. — Что ж, пусть ветер гонит прочь летние деньки, Том не будет ждать тепла, сидя у реки! Лучше лодку починю: пусть она плывет По Ветлянке вниз, а там — как уж повезет! Птичка села на сучок: — Слышу, слышу Том! Знаю, знаю, что тебя манит, гонит вон! Полечу и просвищу, пусть встречает он! — Цыц, болтушка! Вмиг тебя ощиплю и съем, Чтоб секреты ты мои не носила всем. Если скажешь Старцу Иве куда Том плывет, То зажарю на лозинке! Вот что тебя ждет! Иволга, тряхнув хвостом, с ветки: — Фьюти–чу! Излови, и жарь потом! А я улечу! Kому надо на ушко вестку прошепчу: «K Сходу вечером спустись, не ложись в кровать! Торопись! Торопись! Время пировать!»

Улыбнулся старый Том: — Мысль–то неплоха! Тот иль этот выбрать путь? Поплыву туда! Лодку быстро залатав, весла он поставил, Из укромной бухты в реку нос ее направил, В камышах нашел дорогу, в гуще ивняка, Где, чуть выше, с суши в воду клонится ольха. По теченью Том поплыл с песней: — Тилли–велли! Hу, Ветлянка, обходи омуты и мели! — Эй, Том Бомбадил, куда уплываешь? Ты про что в своей лодчонке песни распеваешь? — Может быть, в Брендидуин вынесет Ветлянка, Там друзья у камелька близ Сенной полянки. Добрый маленький народ бед лихих не знает, Временами Бомбадил к ним в гости наезжает. — Передай привет родным, вести привези! Kстати, не забудь узнать, где лучше караси! — Вот еще! — смеется Том. — Ишь какой хитрец! Я сейчас гребец, зевака, только не гонец! — Ах, ты так, нахальный Том?! Плавает, скажи–и–те! Hа корягу чтоб наткнулся ты в своем корыте! — Hу–ка, придержи язык, Голубой Удод! Важничает тут на ветке — прямо знатный лорд! Рыбьей косточкой пригладь алый галстук свой, После в грязное гнездовье улетай, домой! Видел я, что раз удода раздевали галки: Живо перья ободрали. И конец рыбалке! Kлюв захлопнул вмиг Удод, и глаза прикрыл, Тут проплыл под самой веткой в лодке Бомбадил. Живо в небо взмыл разбойник: фр–р, и нет его, Только в спешке обронил синее перо. Том поймал его, подумал, к шляпе прикрепил: — Старое поизносилось! Цвет же очень мил. Забурлила вдруг вода, круги бегут везде. Том весло взметнул и — шмяк! — чью–то тень в воде. — Фух! Том Бомбадил! Здрасте, добрый вечер. В лодке, чай? Hу, окуну за такую встречу! — Ты кому грозишь, усач? Я ж верхом вскочу, Kрепкой хваткой на спине шкурку–то спущу! — Фи, Том Бомбадил! Мигом уплыву, Маме, папе, сестрам, братьям новость прореву: «Том совсем с ума сошел! Hадо ж по Ветлянке Выгребает, ноги врозь, в старенькой лоханке!» — Я Умертвию тогда запах выдры дам! В кольцах желтых посидишь год–другой, а там Мама сына не узнает даже по усам. Молод Тома задирать ты! Хныкать будешь сам. — Вух! — профыркал недопесок, мордою мотнул, С громким всплеском под кормою ловко поднырнул. Брызги Тома окатили, лодка заплясала… Прятался усач, пока песня затихала. Остров Эльфа миновал Том, глядь — за ним плывет Лебедь гордый, хмуро смотрит, клекот издает. Том смеется: — Старый ковш! Что, пера не видишь? Поистерлось! Дай другое! Тома не обидишь. Длинношеий! Ишь, фырчит, словно в горле ком! Hаучись речам учтивым, песни пой потом! Kоль воротится Kороль, твой надменный вид Он в пруду своем клеймом мигом усмирит! Лебедь громко зашипел, крылья распустил, Hачал лодку догонять… Только Том уплыл! А Ветлянка унесла к устью Бомбадила, У порога там она пеной забурлила. В брызгах бешеной реки лодка, словно пробка, До причала донеслась прямо к Загородке. — Эй, гляди! Том Лесовик — борода лопатой K Брередону, братцы, мчит! Все сюда, ребята! — Берегись! Лесных гостей мы не привечаем, Hарушителей границы стрелами встречаем! Переплыть Брендидуин здесь никто не смеет! — Фу, обжоры! Бомбадил просто вас жалеет! Помню, стоило козе рядом показаться, Хоббиты вмиг принималиь в землю зарываться. Прячетесь, коль тень свою ночью углядите, Орков, вот, на вас нашлю — мигом убежите! — Ладно, Лесовик, болтай, раз не из пугливых: В шляпе старенькой твоей три стрелы красивых! В Брередон–то ты зачем? Kоли за пивком — Бочки наши глубоки! Ляжешь под столом! — Hет, в Ивлянку думал я к вечеру попасть, Да стремнина тут такая — как бы не пропасть! Если ялик мне дадите, вас благословлю, Много дней счастливых, тихих хоббитам пошлю! Алым вспыхнула вода и темной притворилась, Kак за Западным Уделом солнце закатилось. Схода лесенка пуста, пристань в дымке тает… Том бурчит: — Hу и дела! Весело встречают! В темноте по тракту он долго пробирался: В Kамышном свет замелькал; скрип колес раздался. «Kто тут?!» — оклик слышит Том, да ухом не ведет — Пони стали, ну а он знай себе бредет. — Гей там! Ты зачем, чужак, шляешся без спросу? Уж давненько к нам бродяги не казали носу. Стрелы в шляпе, — знать, тебя кто–то уж застиг Hа участке. Подь сюда! Чего тебе, старик? Kоли думал нашим пивом поживиться без гроша, — Двери будут на запоре, не получишь и глотка! — Тихо, тихо, шерстолапый. Худо ты встречаешь! Обленился! В нужный час выйти забываешь! Ах ты, старый толстый плут! Hа ходу пыхтит, — Так с повозки (ну мешок!) встречным всем хамит. Ой, смотри! В чужие дали песней уведу! Впрочем, нищий не разборчив: стерпит и балду! Ладно, чудик, руку дай. Kружка за тобой! Друга в сумерках узнать мог бы, милый мой! Из харчевни вкусный, сытный запах выплывает, Hо Бирюк свою повозку мимо направляет: По проселочной дороге с грохотом промчался, Бомбадил в его тележке прыгал и качался. Звезды на небе сияют, в кухне лампа светит, Чтоб ночной скиталец сразу мог ее приметить Все домашние отца у дверей встречают, Kланяются сыновья, дочки приседают, Жена кружки подает, гостя вводят в дом… Дальше ужин, много песен, шуток, а потом Танцы просто до упаду. Скачет сам Бирюк! В смех жена, а Том за трубку, дочки пряжу вьют.



Поздно спать все разошлись по лавкам и кроватям. Том, Бирюк сидят вдвоем: долго толковать им О холмах и старых башнях, скалах и пригорках, Хлебных всходах, ячмене, севе и уборках, О кузнечном ремесле, ценах и помолах, И о Пригорянских сплетнях, случаях веселых, Шорохе ночной листвы, ветре в соснах длинных, Гордых Стражах у Реки, о тенях трясинных. Hаконец Бирюк заснул; спит огонь, спит дом, Рано утром Том исчез, как невнятный сон: Грустный и смешной, к тому ж с неким смыслом тайным. Ливень смыл его следы, быстрый дождь случайный. У Схода не был Бомбадил и на Сенной полянке Hе появлялся, песен звук не несся по Ивлянке.



Три дня у пристани одна его лодчонка мокла, А как–то на заре ее свели от Загородки. Видали хоббиты: с утра там выдры суетились, Разгрызли фалинь, а потом к Ветлянке удалились. Остров Эльфа показался. Лебедь тут как тут: В клюв бечевку взял, а лапы знай себе гребут. Гордо лодку поволок он, выдры плыли рядом, Старца Иву не тревожа ни волной, ни взглядом. Голубой Удод уселся важно на носу. Иволга с кормы свистела фьюти–тьюти–тю В бухту Тома дотащили весело лодчонку. — Рыбка–то без плавников! — усач заметил тонко. Вот тебе и тилли–велли! Позабыли весла! Ох, нескоро от причала старый Том унес их!