"Энтони Берджесс. Мед для медведей" - читать интересную книгу автора

балтийском солнце. Между двумя пальцами подрагивала сигарета.
Мэдокс щелкнул зажигалкой, и, словно повинуясь этому сигналу, невидимые
музыканты перешли к шумному, бравурному финалу. Их музыка должна была
возвестить всему миру о триумфальной победе советской идеологии. Под нее
хорошо было маршировать по Красной площади и торжественно обнимать друг
друга перед глазами телекамер, отмечая очередной советский праздник. Хотя
временами сквозь грохот триумфального марша все-таки прорывались щемящие
нотки истинно славянской грусти, которую, как ни старайся, невозможно
уничтожить. Но вот прозвучали завершающие аккорды, потом пластинка еще
некоторое время пошипела и окончательно замолкла.
Студенты (направляющаяся за границу миссия доброй воли, называющая себя
"Маленький Спутник"), зааплодировали.
Советские музыканты (возвращающаяся из-за границы домой делегация)
зааплодировали.
Композитор Степан Коровкин, обладавший внешностью и манерами не слишком
трезвого водопроводчика, зааплодировал тоже.
- Хлопает сам себе, - заметила многократно окольцованная мумия, - ни
дать ни взять дрессированная обезьяна. А такую музыку можно исполнять только
в цирке.
Красивая переводчица торжественно объявила:
- А сейчас товарищ Коровкин расскажет нам о целях, которые он ставил
перед собой при создании своей симфонии номер четырнадцать, финал которой вы
только что прослушали, а также о том, насколько ему удалось воплотить свои
идеи в жизнь.
Ее английский был безупречен, но мумия все равно презрительно фыркнула
и выдохнула в сторону девушки клуб дыма. Товарищ Коровкин неторопливо встал,
приосанился и начал свой страстный монолог. Он вещал громко, вдохновенно и
со знанием дела, как выступающий на рабочем митинге профсоюзный лидер. А тем
временем мумия снова заговорила с Полом:
- Хотя, может быть, еще не все потеряно. В конце концов, у нас
достаточно опытнейших управляющих, много лет отработавших в колониях,
которые теперь скучают без настоящего дела в Истборне и Танбридж-Уэлсе.
Думаю, они сумели бы привести этих людей в человеческий вид...
Мэдокс грыз ногти.
- Ш-ш-ш. Вы же мешаете, - обернулся кто-то из студентов.
- ...Стремления советского человека, - закончил Коровкин первую часть
своего выступления и сел, чтобы перевести дыхание. Снова заговорила
переводчица:
- Отдавая себе отчет в наличии отдельных мелких погрешностей...
А мумия продолжала вполголоса рассуждать:
- Если разобраться, они всего лишь азиаты, вечно униженные и абсолютно
безграмотные. Поверь, я знаю этих людей ужасающе давно. В те времена о
Ленине и Троцком еще даже и не слышали. Представляешь, эти несчастные даже
считают с помощью специальных бусинок, называемых счетами.
- ...Стремления советского человека. Пожалуйста, - менторским тоном
обратилась переводчица к слушателям, - очень тяжело выступать перед
аудиторией, когда в зале еще кто-то говорит. Если вы не хотите слушать, вам
следует попросить разрешения и покинуть помещение.
- Деточка, - ничуть не смутившись, проговорило древнее создание,
протянув окурок Мэдоксу.