"Юрий Буйда. Беспричинный человек (рассказы)" - читать интересную книгу автора

Юрий Буйда

Рассказы

БЕСПРИЧИННЫЙ ЧЕЛОВЕК

Громадный угрюмый кирпичный дом-утюг высоко возносил свои черепичные
скаты над пестрядиной толевых и шиферных крыш сарайчиков, в которых вздыхали
коровы, похрюкивали свиньи и бесшумно росли овцы. Поздним летним вечером
Митя Северин выбирался во двор, садился на принесенный с собою стул,
упирался босыми пятками в землю и подносил к губам трубу. Он играл "Не шей
ты мне, матушка, красный сарафан", постепенно переплавляя мелодию во "Вниз
по реке" или в битловское "Вчера". Время от времени он прикладывался к
стоявшей под стулом бутылке и, выкурив маленькую папироску и смачно
отхаркавшись, вновь брался за трубу. Играл он чудо как хорошо, поэтому ни
доминошники в другом углу двора, ни жильцы дома, отходившие ко сну, на Митю
не ругались. Из окна за ним наблюдала жена - цыганка Оля, сурового вида
женщина с резкими чертами лица и копной крашеных волос на лошадиной голове.
Когда в доме оставалось лишь одно освещенное окно, Оля спускалась во двор,
брала стул в руку, мужа под руку - и уводила спать. Утром старуха дворничиха
Кильманда убирала окурки и плевки, а бутылку сдавала в магазин Шурке.
Митя служил в пожарной команде, которая с утра до вечера спала или
резалась в домино, а на пожары всегда опаздывала. В пожарные шли люди,
обремененные семьями и державшие большое хозяйство, требовавшее времени.
Митя же прирабатывал игрой в оркестре на похоронах да иногда на свадьбах.
Сосед старик Яшин морщился: "Не люблю эти похоронные развлечения. Может,
просто смерти боюсь?"
Митя ухмылялся: "Да не смерти ты боишься, а жизни. Живешь как жук,
жуком и помрешь. А смерти нету - есть только похороны".
Яшин сердился: "Жук! А ты не жук? Или у тебя цель какая-нибудь такая
есть?" - "Я в детстве бабке на иконе поклялся, - отвечал Северин, - ни за
что никогда никакой цели не иметь. Чтоб жизнь меня не поймала".
Таких людей в городке называли "беспричинными" и не ставили ни во что.
Зимой и летом они толкались у винного магазина, и в этих компаниях всегда
торчал Митя.
В начале лета Тата Северина утонула в реке Лаве. Ее выловили у
железнодорожного моста. Похоронив дочку, цыганка Оля надела поверх ситцевого
халата норковую шубу, когда-то подаренную мужем, и ушла куда глаза глядят,
оставив Митю в полупустой запущенной квартирке. Тем вечером он, как всегда,
спустился со стулом, бутылкой и трубой во двор. Почему-то не игралось, и
Митя, поразмыслив, отправился на реку. И только забравшись по грудь в воду,
он ощутил подъем и разыгрался.
- Дочь погибла, жена ушла, а ты стоишь в реке, рыбами обосранный, и
дудишь! - поругал его старик Яшин. - Что ты за человек!
- А я не человек, - хмуро возразил Митя. - Я, брат, игра.
- Одумайся да женись, Северин! И только не ищи какую-нибудь там
раскрасавицу: тебе жена нужна, а не женщина.
Все лето он играл на реке неподалеку от старого шлюза. Городок сонно
млел под луной, утонув по крыши в разливе лип и боярышника, под печальный
напев Митиной трубы. На берегу собирались парни и девушки - они молча