"Патриция Бриггз. Призрак дракона " - читать интересную книгу автора

покойников, чтобы к вам не являлись их грешные души.
Для Бастиллы я повторил то же самое на толвенском. Мой голос звучал
как-то странно - резко и отрывисто.
В этот момент на дороге показались Тостен и Орег. С жеребца Тостена
мутными струйками стекала вода, и он трясся.
- Провалился в болото, - пояснил Тостен. - Я едва успел вытащить его.
- Мы должны собрать тела убитых, - сказал я.
- Возить их на моем коне не получится, - ответил Тостен. - Он этого не
выдержит.
- Я этим займусь, - сказал Орег.
Я внимательнее взглянул на брата. Если его жизнь в таверне Тирфаннинга
не представляла собой нечто более страшное, чем можно было вообразить,
значит, сегодня Тостен впервые убил человека. Его побледневшее лицо
искажала странная гримаса, глаза выражали непонимание и испуг.
Бастилла вела себя спокойно - так, словно убийство являлось для нее
привычным занятием. Либо рабское существование настолько сильно ее
закалило, либо в храмах Колиты творились такие вещи, о которых я даже не
хотел знать. По поведению Орега тоже можно было подумать, что убивать людей
ему приходилось далеко не один раз. Перспектива собирать мертвецов и жечь
их на костре нисколько не тревожила его.
Тостен спрыгнул с коня, быстро сунул мне в руку поводья, взглянул на
меня как-то виновато и метнулся в ближайшие кусты. Я потрепал жеребца по
загривку и немного прошелся с ним, желая убедиться в том, что он не
хромает.
Деревенские женщины продолжали стоять на месте и смотреть на меня так,
что мне было не по себе.
Тостен, когда вернулся, показался мне еще более бледным. Он молча взял
у меня поводья и стыдливо отвернулся в сторону.
- Стейла говорит, что даже самым опытным из воинов после боя часто
становится плохо, - сказал я. Но, поняв, что это ему не помогло, решил дать
ему какое-нибудь задание, чтобы отвлечь от мрачных мыслей. - Иди к Сиарре
во двор вон той хижины. Она заколола ворсагца ударом в живот. Я добил его,
чтобы не мучился.
Может, им удастся помочь друг другу, - подумалось мне.
Аксиэлю, Пенроду и Орегу удалось собрать все трупы. Я удивился, что
это у них получилось, ведь они действовали без грамотного руководства
(которое должен был обеспечить я). С убитых сняли все, кроме одежды. На
рубахе главаря красовались серебряная и янтарная булавки. Увидев эти
драгоценности, одна из женщин шагнула вперед и протянула руку, но тут же
вернулась на место и отвернула голову.
Я послал Бастиллу к Сиарре и Тостену, велев передать им мое
распоряжение возвращаться в лагерь.
Через некоторое время бывшая рабыня вернулась, ведя за собой Нарцисса.
Я совсем позабыл, что оставил его рядом с Перышком.
Уложив убитых в кучу, Аксиэль вытер руки об одежду верхнего из них и
провозгласил:
- Теперь надо сжечь этих мерзавцев. И поскорее. Для этого нам
потребуется какое-то топливо.
- Не потребуется, - ответил Орег, шагнул к груде мертвых тел и вытянул
руку.