"Патриция Бриггз. Призрак дракона " - читать интересную книгу автора

деревенских жителей и других людей, на которых эти бандиты могли напасть в
будущем. Во-вторых, испытали тех из нас, кто еще никогда не убивал.
- Этот опыт никого не сломил, - заметил я.
- Верно, - согласился Аксиэль. - А Сиарра скоро придет в себя. И
Тостен тоже.

Утро выдалось серым и мрачным. Дождя ночью не было, но на рассвете
землю окутал такой густой туман, что все пропиталось влагой, включая дрова.
Если бы не Орег, нам не удалось бы разжечь огонь, и мы остались бы без
завтрака.
К тренировке после вчерашнего происшествия все отнеслись с большей,
чем обычно, серьезностью. А может, это мое хмурое расположение духа
действовало на всех так угнетающе. По неожиданной команде Аксиэля все
прекратили учебные схватки.
Мы переглянулись с Пенродом, с которым тренировались в паре, и
устремили взгляды на Аксиэля. Тот подошел ближе и указал в сторону дороги.
Там стоял высокий крепкий человек с вьючной лошадью. Мужчина
предусмотрительно выжидал момента, когда кто-нибудь из нас заметит его и
подойдет к нему первым. Приближаться к лагерю он не решался. Любой фермер
Хурога наверняка не побоялся бы это сделать. Но жители наших земель уже не
помнили, что такое настоящая война, поэтому были менее боязливыми.
Я жестом велел остальным членам своего отряда оставаться в лагере, а
сам зашагал туда, где стоял незнакомец.
- Милорд, - уважительно заговорил он на толвенском, когда я
приблизился к нему на такое расстояние, что мог его слышать. - Жена
сообщила мне, что мы в долгу перед вами и вашими людьми. Вы спасли ей и
другим нашим женщинам жизнь.
Он произнес эти слова подозрительно спокойно. В руке у него был меч,
причем отнюдь не плохой, а оранстонским крестьянам запрещалось носить с
собой холодное оружие. Я внимательнее присмотрелся к нему.
Вероятно, этот человек был ровесником Пенрода, хотя его возраст ни о
чем мне не говорил. Под шляпой из шерстяной ткани, натянутой на уши, он мог
скрывать короткую стрижку оранстонской знати. Но наиболее подозрительной
мне показалась его лошадь. Таких животных - маленьких, узкогрудых и
неприхотливых - любили покупать благородные оранстонцы.
Однажды мой отец привез домой из похода такую же лошадку, поэтому я
хорошо знал эту породу. У лошади, которая стояла рядом с незнакомцем, были
стройные ноги и длинная шея. Казалось, что она измождена и голодна, что
вот-вот умрет от усталости. Фермерам от таких животных не было бы никакого
проку.
Представитель высшего сословия, подумал я. Один из тех, кто не пожелал
капитулировать по окончании той войны.
Скорее всего он ждал подходящего момента, чтобы перерезать мне глотку.
Но не торопился, потому что разыгрывал из себя простого крестьянина.
- Почему вы молчите? - спросил человек. И поспешно добавил: -
Милорд...
- Если вы явились сюда с недобрыми намерениями, то спешу сообщить: мы
не из Толвена, а из Шавига. Большинство из нас родились и выросли в
северных краях. А сюда пришли, чтобы сражаться с ворсагскими бандитами, -
сказал я. И тоже добавил: - Милорд.