"Кшиштоф Борунь. Грань бессмертия (Авт.сб. "Грань бессмертия")" - читать интересную книгу автора

- Не важно, от чего он умер, но он мог быть в состоянии невменяемости,
когда оформлял это злосчастное завещание...
- Нотариус... - начал было я.
Она не дала мне договорить.
- Это могло быть психическое заболевание! Скрытое, давно развивавшееся!
Ведь у него была какая-то опухоль в мозгу... В таком состоянии он не мог
мыслить здраво.
- Именно это мы и попытаемся доказать. Правда, в нотариальных
документах имеется история болезни, но там нет никаких данных в пользу
того, что Браго страдал нарушениями психики. Во всяком случае, в момент
составления завещания. Не знаю также, удастся ли нам доказать, что это
случалось с ним раньте. Попробуйте отыскать свидетелей. Неужели он не
устраивал дебошей, хотя бы в пьяном виде?
Сеньора де Лима как-то сникла.
- Это был злой, самовлюбленный человек, - сказала она тихим, угасшим
голосом. - Чтобы измываться над женой, не обязательны скандалы или
побои... Порой достаточно просто молчать. А знаете ли вы, что на
протяжении нескольких лет нашей совместной жизни он не проработал в общей
сложности и года? Ему не хотелось ходить на службу. Только и знал стучать
по ночам на машинке... Днем спал или болтался где-то... А потом и писать
почти перестал, потому что машинку продал. На водку...
- Развод состоялся по вашей инициативе?
- А что мне оставалось делать? Я должна была подумать о будущем
ребенка.
- Но Браго хотел взять у вас сына.
- Да. Однако суд не присудил ему Марио. Разве это не доказывает, что
уже тогда он был не вполне нормален?
- Но в решении суда нет ничего, что позволило бы поставить вопрос
именно так.
- Мой теперешний муж стал для Марио настоящим отцом, - начала сеньора
де Лима. - А Хозе сделал так, что даже после его смерти Марио ничего не
получил. Вы только подумайте: все забрать, а потом написать в завещании,
что-де все находящееся в моем распоряжении становится собственностью
Марио... Какое лицемерие! Обмануть собственного ребенка!
- Так он действительно не оставил вам никаких рукописей?
Сеньора де Лима возмущенно взглянула на меня.
- Да вы что? Сейчас, когда его книги и пьесы нарасхват, я не стала бы
ждать!
- Он завещал сыну также и произведения, опубликованные еще при жизни,
и, кажется, пьесу, поставленную в каком-то театре?
- Ах, сеньор! Ведь в то время ее нигде не хотели ставить. Единственное
издание "Серого пламени" критика буквально съела. Ну и несколько
рассказов, которые он продал за гроши журналам, - вот и все.
- Сегодня эти произведения тоже поднялись в цене. Впрочем, мы сделаем
все, что будет в наших силах. Но, скажите, не кажется ли вам странным, что
ваш первый муж лишил - вернее, частично лишил - наследства сына, которого,
как это следует из судебного процесса, очень любил?
- Обычная для него комедия. Он просто хотел отыграться на мне. Отнять у
меня ребенка ему не удалось и не удастся, даже после смерти! Он никого не
любил. Только себя!