"Владимир Боровой "Случается, корабли тонут"" - читать интересную книгу автора

довольной улыбкой, и размышлявшего о странном человеке Александре
Октине.
Hикто не брался угадать, когда тот в следующий раз исчезнет из
города и с чем вернется обратно. В первый раз с ним это приключилось
еще в девятом классе: он попросту сбежал из дома в разгар летних
экзаменов, как выяснилось - на Грушинский фестиваль авторской песни.
Все знали, конечно, что он увлекается КСП, но никто не предполагал,
что это невинное хобби может довести хорошиста и комсорга до почти
криминальных поступков. Его оттуда, конечно, вернули. Точнее, он
вернулся сам - гордый и преисполненный таинственности. Авторская песня
в его сознании осела теперь настолько прочно, что он сам занялся
сочинительством. Об этом классу удалось узнать на первом же совместном
праздновании чьего-то дня рождения - Сашка выперся с гитарой и
изобразил нечто на тему таинственных далей и, почему-то, Магнитки.
Дебют успеха не имел, поэтому Октин перестал петь при слушателях. А
вскоре вовсе перестал заниматься сочинительством. Ибо к тому времени
настала пора во-первых, института, а во-вторых - очередного
исчезновения Сашки в середине сентября первого же курса. Проплутав в
неизвестном месте до октябрьских праздников, он объявился у Игоря дома
(почему-то поздно вечером) и с хитроватой таинственной усмешкой -
именно тогда она у него появилась - поведал замиравшему от восторга
другу о целой обойме непонятных и загадочных вещей с зарубежными
названиями: "хиппи", "система", "марихуана" и прочей длинноволосой
прелести.
Это увлечение продлилось до четвертого курса. Именно столько
времени потребовалось на отращивание достойного хайра, усов и бородки,
выработки у окружающих изумления, перешедшего постепенно в привычку, и
невидимого созревания внутри Октина готовности к следующему прыжку.
С возрастом, кстати, они становились реже, и изменения носили
характер не столь радикальный. Последний раз, насколько Игорь был
осведомлен (а он не мог сказать, что был самым близким его другом),
Саша усвистал в район Ладоги, с рвением неофита занялся яхтами и там
совсем уж неожиданно женился на барышне с трехлетним пацаном. Затем
вести о нем доходили крайне сумбурные, все больше через третьи руки.
Сам он молчал, отделываясь только поздравлениями с Hовым годом, 8
марта и днями рождения на открытках. А год назад вдруг вернулся -
один, замученный и больной, со стойкой неприязнью к любым водным
развлечениям - и все, не сговариваясь решили, что барышня его бросила,
как, очевидно, сделала это уже единожды, а Сашка, как всем было
достоверно известно, очень тяжело переносил любовные неурядицы. Hа
этом общественное мнение решило оставить его в покое, отметив лишь,
что новым хобби для Октина стало ковыряние в земле на приусадебном
участке. В этой области за пролетевшие весну и лето Сашка стал
настоящим асом, умывал при соревновании старушек-долгожительниц дачных
массивов, снискал себе славу человека, способного прорастить в средней
полосе ананас, и окончательно успокоил немногочисленных друзей
относительно своего психического здоровья.
Игорь на даче у Саши не был ни разу, но наслушался уже легенд об
этом взлелеянном месте, расположенном среди лесов, у речки и в
достаточном удалении от служащих источником бесперебойного запашка