"Пьер Бордаж. Воители безмолвия ("Воители безмолвия" #1) " - читать интересную книгу автора

Крейц одарил нас своей добротой, - разъяснил Ранти Анг.
Отвращение, которое внушало это существо с другого мира и из другой
эпохи, вызывало у Спергуса тошноту. Но ему не удавалось отвести взгляд от
массивной шеи, от мускулистых рук, от широких ладоней с короткими пальцами и
перепачканными землей ногтями.
Безумные неконтролируемые мысли осгорита мешали Паминксу
сосредоточиться и провести ментальное обследование. Два мыслехранителя,
обеспечивающие безопасность Спергуса, похоже, не могли сдержать
беспорядочный поток его мыслей. Коннетабль подавил недовольство: момент был
крайне неподходящий, чтобы ставить под сомнение эффективность скаитов.
Паминкс, как все мыслехранители, был скаитом Гипонероса, чужаком, и его
происхождение могло стать причиной снятия конституционной
неприкосновенности, которую ему давал занимаемый пост. Аргетти Ангу пришлось
задушить фронду сиракузской знати, назначив скаита великим коннетаблем, но
его положение становилось все более шатким по мере того, как время стирало
память об отце нынешнего суверена.
Паминксу нужна была поддержка Ранти Анга: она гарантировала приток
финансов, необходимых для разработки структуры Великого Проекта. И
реализации обширного и тайного замысла, который ему поручили хозяева,
споры-прародители Гипонероархата. А возможность заткнуть глотку сеньору
Сиракузы и отомстить за его злобное презрение вскоре представится.
- Мы ждем, господин коннетабль. Неужели вы забыли свои пресловутые
способности в покоях салаунского борделя? Хотя вы - существо бесполое...
Спергус во второй раз звонко рассмеялся.
- Страх парализовал ментальный потенциал миката, - наконец сказал
коннетабль. - Он не в состоянии связно мыслить. Могу только сказать, что он
пытается вспомнить лицо и тело одной микатунки. Вероятно, жены...
- Великолепное открытие! - фыркнул Ранти Анг. - Стоит ли обучаться
наукам о мозге, чтобы догадаться, что речь идет о его жене!
- Почему вы так считаете, мой сеньор? - с хитрецой спросил Спергус.
Сеньор Сиракузы саркастически рассмеялся.
- Пока Джулиус не был аннексирован Сиракузой, микаты не женились, а
женщины принадлежали всем мужчинам сельского сообщества. Вот уже два века
закон и Церковь обязывают их иметь всего одну жену. Это - первый закон
генетико-морального кодекса на всех сателлитах. Вот почему, господин
коннетабль, ваше утверждение, что этот недочеловек думает о своей жене, вряд
ли тянет на чудо!
Паминкс не смутился и, игнорируя едкие высказывания Ранти Анга,
продолжил:
- Вижу также лица детей. Три мальчика и две девочки...
Подавленный видом важных персон, которые наблюдали за ним с балкона, и
пораженный словами коннетабля, которые точно описывали те несколько образов,
что мелькнули в его мозгу, микат издал вопль загнанного зверя и рухнул
коленями на ледяной пол.
- У него довольно грубый мозг. - Замечание Паминкса было лишним.
- Если он столь примитивен, как вы утверждаете, какова будет ценность
этого опыта, когда мы столкнемся с высокоразвитым мозгом? Мы не нуждаемся в
низкопробном колдовстве, чтобы раздавить миката с Джулиуса! Наши предки
занимались этим, не нарушая предписаний святой Церкви!
Паминкс вдруг понял, как зыбко его положение. Занятый многими делами