"Джей Бонансинга. Черная Мария" - читать интересную книгу автора

Говорил молодой чернокожий - это Лукас мог сказать наверняка. Судя по
растяжке гласных - из Шривпорта или Джексона. Или даже из Нового Орлеана.
Более актуальный вопрос - за каким чертом это трепло полезло на
одиннадцатый канал? Общенациональный канал одиннадцать среди
дальнобойщиков был отведен для эфирных перекличек. Но этот хмырь явно
плевать хотел на условности связи.
- Слушай, браток, - тихо сказал Лукас, - ты разговариваешь с "Черной
Марией". Какие у тебя позывные?
- С черной... с кем? - раздалось в ответ.
- "Марией", - усмехнулся Лукас в микрофон. - Второе имя моей покойной
матушки, мир ее праху. А у тебя какие позывные, браток?
Снова пауза и треск статики. Потом Лукас услышал:
- Вообще-то радиоклички у меня нет. А зовут меня Мелвил. Мелвил Бенуа,
Сижу за рулем "камаро" семьдесят второго года выпуска и гоню по шоссе
номер восемьдесят к востоку от Мейкона.
- Мелвил, сделай одолжение, - проговорил Лукас. - Переключись на
двадцать первый канал. Там можно трепаться, не занимая канал для
переклички. Компрендо? [Понял? (исп.)]
- Понял... Хорошо... Переключаюсь.
Лукас тоже переключился на двадцать первый и стал ждать, пока парнишка
подаст голос. Под ним ровно гудел мотор "кенворта" - без подозрительных
чиханий, стуков или дребезга, - наполняя Лукаса теплым чувством.
Через несколько секунд сквозь треск статики в кабине снова раздался
голос:
- "Черная Мария", ты на связи? "Черная Мария"! Ты меня слышишь?
- На связи, парень. Слышу тебя отлично, прием, - сказал Лукас.
- Класс... Так ты думаешь, ты можешь мне помочь?
- Запросто, - усмехнулся Лукас. - На семьдесят третьей миле - в десяти
милях к востоку от Мейкона - стоит лавочка по имени "Бердетт". Заправочная
станция: шесть терминалов для солярки, три для бензина. Магазин сувениров,
кафешка и ресторан. Говорят, тамошние куриные стейки почти съедобны.
Снова статика, неразличимый треск, шорохи. Потом:
- Ты не понял... это не... не так все просто.
Лукас закатил глаза к потолку. Шестнадцать лет крутя баранку на дорогах
Америки, он видел все типы этого гигантского паноптикума. Краснорожие
супермены, устраивающие гонку с каждой попутной машиной. Неудачливые
коммивояжеры, со злостью рвущие рычаг передач служебного автомобиля.
Остервенелые жены, сломя голову гонящие семейный фургон и не желающие
глядеть по сторонам. Даже дикие наемные водители грузовиков, под завязку
нажравшиеся бензедрина. Но Мелвил принадлежал к самому страшному племени,
которое только выезжает на трассу, - племени трепачей, этих ошалелых
четырехколесных тварей с дешевой рацией в кабине, пристающих к каждому
порядочному водителю в радиусе сотни миль.
Обычно Лукас их на дух не выносил. Однако сейчас он был готов от скуки
общаться даже с таким.
Лукас возвращался в Лос-Анджелес из рейса через всю страну из Сиэтла до
Джексонвилла с грузом яблок - из рейса, который не заладился с самого
начала. Когда Лукас был уже в пути, его лос-анджелесский маклер внезапно
пошел ко дну, и сделка с яблоками чуть не засохла на корню. Когда Лукас
добрался до Джексонвилла, менеджер склада решил срезать плату за перевозку