"К.Арне Блом. Кто-то дает сдачи " - читать интересную книгу автора

- Ничего,- сказал Улофссон.- Ничего страшного не случилось. Мы были
вынуждены действовать наверняка. Чем мы, черт побери, виноваты, что ты
поскользнулся на ступеньках!..
- Я не поскользнулся, меня волокли. Кто им дал право...
- Ну, хватит,- перебил Хольмберг.- Не сахарный! Подумаешь, потрясли его
маленько! Переживешь! Наверняка ведь артачился!..
- Нет, они меня поволокли...
Эрн сидел на стуле в туреновском кабинете, и вид у него был весьма
жалкий; он словно не мог взять в толк, почему с ним так обошлись.
- Кончай скулить. Лучше расскажи, почему ты удрал.
- Глупость сморозил, конечно. Совершенно машинально...- Он сидел,
сгорбившись, опершись локтями на колени.- Голова раскалывается,- пожаловался
он.
- Я сказал, кончай стонать! - рявкнул Хольмберг.- Хватит прибедняться,
отвечай на вопросы. Почему ты удрал?
Я же говорю: сам не знаю. Так получилось...

- Но ведь от полиции не удирают, если совесть чиста.
- Нет-нет... Но я не думал... Он на меня заявил?
- Что? - И на лице, и в голосе Хольмберга отразилось удивление.- Кто на
тебя заявил?
- Значит, заявил? Я не думал...
- Кто на тебя заявил? - громко и хлестко повторил Хольмберг, глубоко
затягиваясь сигаретой.
- Ёста. Он сказал, что не станет заявлять, а я пообещал расплатиться,
как только смогу...
- Как насчет того, чтоб рассказать все по порядку... О чем ты,
собственно, толкуешь?
- Да, но...
Эрн выпрямился, судя по выражению лица, он просто обалдел.
Лицо его недоуменно вытянулось - так он был поражен неожиданным
поворотом беседы. В широко раскрытых глазах застыл немой вопрос.
- Но... но почему же вы тогда? Хольмберг потер
подбородок.
- Объясни, с какой это стати мы должны были тебя разыскивать.
- Ладно. Несколько недель назад, в позапрошлый вторник, я одолжил...
э-э... стырил две сотни у Ёсты...
- У какого Ёсты?
- Это мой приятель, сосед по этажу. Я зашел к нему в комнату. Он торчал
в душевой и дверь не запер. Ну, я нырнул в комнату... я знал, где у него
бумажник, и взял пару сотен и... только собрался дать тягу, смотрю: он стоит
в дверях... а я... со своими... с его деньгами... Он за мылом вернулся.
- И что же?
- Ну, он, конечно, взвился, начал орать и все норовил пустить в ход
кулаки. Но, в конце концов пообещал не заявлять в полицию и сказал, что
одолжит мне эти деньги, если я обязуюсь вернуть их после получки. А я не
вернул... Выходит, он на меня заявил?
Хольмберг и Улофссон переглянулись. Что ж это, мол, такое? Заливает
парень?
- Нет,- наконец проговорил Хольмберг.- Никто на тебя не заявлял.