"Алексей Биргер. Тайна неудачного выстрела " - читать интересную книгу автора

ночам сверкают разноцветными огнями, и день напролет с них доносится веселая
музыка.
Наш заповедник - самый большой на весь север европейской части России,
между Вологдой и Санкт-Петербургом. И наш отец, Леонид Семенович Болдин,
является его главным смотрителем и главным егерем.
Когда-то отец и не думал, что его занесет в эти края. Он окончил биофак
МГУ и надеялся заниматься научной работой. Но тут что-то произошло - то ли
не было места в лаборатории, в которую он хотел попасть, то ли он опоздал с
оформлением документов на научное судно, которое должно было отправиться в
Японское море... В общем, его заверили, что на следующий год его обязательно
возьмут, и спросили, не хочет ли он тем временем поработать смотрителем
крупного заповедника - чтобы не терять год зря, а поднабраться практического
опыта, так необходимого любому биологу. Отец согласился - и ему так
понравилось, что он остался в заповеднике на всю жизнь. Как он объяснял:
"Во-первых, в заповеднике занимаешься живым делом, во-вторых, ты тут сам
себе хозяин, никто над тобой не стоит... А в-третьих, - добавлял он с
улыбкой, - тут мы не пропадем в самые тяжелые времена любых кризисов."
Надо сказать, отец сумел себя поставить. Сперва к нему относились как к
"студентику-москвичу", который быстро обожжется на непривычном деле и
поспешит назад, в свою столицу, где все такое знакомое и уютное. Но отец -
ну, в точности, как Шурик из "Операции "Ы" - заставил с собой считаться
всех, в том числе самое высокое начальство. Лес он знал как никто, и даже
самые отчаянные сорвиголовы не рискнули бы сунуться в глушь без его надзора
и его помощи. Нарваться на злого и голодного после зимней спячки медведя или
на кабанов с месячным выводком, которые любых незнакомцев готовы
воспринимать как врагов и огромными клыками защищать от них свое потомство,
никому не хотелось. Но страшнее и медведей и кабанов на самом деле были
лоси - особенно в период гона, когда она шлялись по лесу с единственной елью
вызвать соперника на рыцарский турнир, а соперником они числили все, что
движется - в том числе, туристов и охотников... Отцу доводилось спасать
незадачливых браконьеров, просидевших на дереве около суток, спасаясь от
ревнивого лося, готового поднять их на рога и смять копытами, или от зорко
стерегущих кабанов, которые со свойственной им медлительной основательностью
сидели и соображали, стоит ли им подтачивать корни дерева или обидчик в
конце концов сам свалится им на клыки - когда "дозреет"... Даже, по
рассказам, секретарь обкома звонил отцу и вежливо спрашивал, можно ли в
такое-то и такое-то время привезти на охоту очередных знатных гостей - точно
так же, как в наши дни отцу звонило все местное начальство и все самые
"крутые" местные мафиози... Впрочем, с местными мафиози у отца были свои
отношения. Самый крупный из них - "наш крестный папа местного разлива", как
шутливо называл его отец - в свое время был у нас шофером. Это было тогда,
когда отцу полагалась не только служебная "нива", но и личный шофер,
проходивший по штатному расписанию заповедника. Потом, из-за всех этих
кризисов, зарплату на шофера урезали, да и "нива" давно пылилась в гараже -
за казенный счет её больше не ремонтировали, а отцу все было недосуг ей
заняться. Да, по правде говоря, и не очень она была ему нужна: по лесам он
предпочитал передвигаться пешком, а в город за покупками - на моторном
катере. Шофер "с горя" ушел "в бизнес" - как он сам это называл, и довольно
скоро стал таким большим человеком, что не подступись! Скоро он стал
открывать магазины и даже отремонтировал и превратил в современный рынок