"Алексей Биргер. Тайна взорванного монастыря " - читать интересную книгу автора

- Погоди... - слабым голосом проговорил я. Итак, здесь был Гришка,
никаких сомнений. И позже Петько. И с тяжестью на плечах. Тяжесть...
Господи Боже, тяжесть!
И тут я расхохотался - заржал так, что, боюсь, Миша перепугался, не
съехал ли я с винтиков. А из меня таким образом выходило - будто плотину
прорвало - все нервное напряжение, которое я пережил за последние минуты.
Нет, но надо ж было...
Из-под берега, от того места, где стоял снегоход, возмущенно залаял
Топа.
И Топа... Лай Топы... Ну, точно!
- Эй, что с тобой? - осторожно проговорил Миша.
- Я... Я все понял... В сапогах был Гришка-вор. А тяжесть на его
плечах - это был мой братец. Они здесь... Они здесь совершали поход! А Топа
учуял их запах - поэтому и лаял так дружелюбно. Понимаешь?
- Кажется, понимаю... - Миша нахмурился и почесал в затылке, сдвинув
шапку на лоб. - Но тогда смотри, что получается. Здесь нет ни одного следа
Ваньки. Выходит, Гришка не спускал его с плеч...
- Разумеется, не спускал! - кивнул я. - Я так понимаю, в какой-то
момент Ваньке надоело уговаривать Гришку изобразить из себя хоббита-вора, и
он сам решил стать хоббитом, а Гришке досталась роль то ли Гэндальфа, то ли
Арагорна, который должен перевозить хоббита через опасные горы.
- Допустим, - сказал Миша. - Я в этих ваших играх не очень разбираюсь,
но готов поверить тебе на слово. Надо сказать, Торбышев - очень добродушный
мужик, раз готов, бросив все дела, часами возиться с твоим братом... Но я к
чему все это. Раз Гришка возил Ваньку на себе, значит, он никак не мог
установить эту то ли изгородь, то ли Бог весть что. Тут надо иметь обе руки
свободными, и, вообще, возможность свободно двигаться. Значит, всю эту
штуковину учудил Петько. Но зачем? И, вот, пойди, погляди сюда...
Я, заинтригованный, подошел.
- Погляди на солнце, - продолжал Миша, - и ты убедишься, что четыре
стороны этой изгороди сориентированы точно по четырем сторонам света. Теперь
погляди между этих двух валунов, точно на восток. Что ты видишь?
- Я вижу... - я приник к узкой и ровной вертикальной щели между двумя
валунами. - Я вижу одну из рогатин, которая, вместе с проходящими через неё
концами палок, образует будто перекрестие прицела.
- И куда ты попадешь, если будешь целиться сквозь этот причел?
- Я попаду... Верно! Я попаду сначала в бомбардировщик - то есть, он
закрыт от нас рощицей, но я-то знаю, где он лежит, и знаю, что мой "выстрел"
пройдет точно сквозь него - а потом в маяк. В новый маяк, я имею в виду, в
маяк Виссариона Севериновича.
- Вот так-то! - Миша довольно ухмыльнулся. - А теперь представь... Если
Петько не нашел того, чего ему нужно, под бомбардировщиком, то не мог ли он
отправиться искать это на маяке? Представь, что он вовсе не собирался
угонять "Буран" - он хотел пошарить возле маяка или где-то под его
фундаментом - и нарвался на Топтыгина, который ему спуску не дал!
- Да, разумеется, - согласился я. И тут же добавил. - Но ведь и правда,
мне сразу странным показалось, что Петько выглядывал, чем поживиться, в
стороне маяка. Там и рыбаков со снегоходами почти не встретишь, и вообще
оттуда никуда не доберешься, кроме центра города, а в центр города ему вряд
ли была охота соваться!