"Алексей Биргер. Тайна взорванного монастыря " - читать интересную книгу автора

ещё не до конца раскрыта, значит, и преступник должен был ускользнуть в
последний момент. Вспомни, как во всех фильмах бывает, и вообще повсюду.
Чтобы завтра мы пришли к Северинычу, а он нас там ждет, при связанном
Севериныче. И у нас произошла бы последняя схватка.
- Нет уж, знаешь! - Ванька аж поперхнулся. - Пусть будет не по закону
приключений, но чтобы он за крепкой решеткой сидел. Я ни за что не соглашусь
с ним больше встретиться, хоть за миллион! Это только лучше, что его
поймали, вот и все.
- Да разве ж я говорю, что хуже? - ответил я. - Я согласен, что так
намного лучше, и настоящие профессионалы никогда в такой ситуации
преступника не упустят, это только в фильмах бывает. Я просто говорю, что
все-таки странно, что закон приключений здесь не сработал. Какой-то не
настоящий получается этот самый... триллер или боевик, как хочешь.
- Для меня он был самым что ни на есть настоящим! - возразил Ванька. -
Особенно когда этот козел меня за горло держал. И больше никаких ни
триллеров, ни боевиков не надо. Я тебе скажу, детективное расследование
тогда самое лучшее, когда оно, как у Шерлока Холмса, безопасное, у горячего
камина. Когда только думать надо и трубку курить.
- Но ведь и у Шерлока Холмса была смертельная схватка с профессором
Мориарти, - напомнил я.
- Так то профессор - в черном плаще, и вообще, настоящий злодей, а то
какой-то ублюдок, который мне сперва чуть шею не сломал, а потом чуть нас в
бане не спалил! - парировал Ванька. - Неужели ты сам не чувствуешь разницу?
Я только собирался возразить ему, в свою очередь, что разницы особой
нет, как громко хлопнула входная дверь. Это вернулся отец, поставив "Буран".
- Эй, герои! - громко крикнул он. - Пошли ужинать! Время!
И в самом деле, пока мы с Ванькой все рассказывали друг другу, а потом
обсуждали, часа четыре незаметно пролетели.
Мы пошли ужинать, и за ужином я спросил:
- А когда Миша завтра приедет?
- Трудно сказать, - ответил отец. - Думаю, во второй половине дня. Не
терпится узнать, как все было?
- Ага, - кивнул я. Подумав при этом, что у нас с Ванькой есть полдня на
собственное расследование.
На следующий день мы с ним проснулись поздно, часов в девять, в начале
десятого. Дрыхли без задних ног, после всех встрясок, особенно Ванька. Ну,
ему-то больше всего досталось, и вообще я замечал за ним такое, что после
всяких неприятностей он спит как сурок. Вроде того, что во сне в себя
приходит и встает свеженьким, довольным, встряхнувшимся как будто после всех
бед, и, по большому, забывшим о них.
Итак, когда мы встали, то выяснилось, что даже медлительное зимнее
солнце нас опередило и вовсю светит над землей, хоть и низко ещё
вскарабкалось по небу. Мы быстро позавтракали и отправились в путь, в гости
к Виссариону Севериновичу. И Топу, естественно, взяв с собой на прогулку.
- О чем мы будем его спрашивать? - спросил Ванька, когда мы вышли за
калитку.
- Так и спросим, не сидел ли он вместе с Пельменем, - ответил я. - И
вообще, кто он такой, этот Пельмень. Севериныч почти наверняка должен знать,
потому что он знает все здешние достопримечательности, а такой крутой вор -
это тоже, по-своему, достопримечательность.