"Михаил Березин. Пришла беда, откуда не ждали (Иронический детектив)" - читать интересную книгу автора

прекрасный день ей отчего-то взбрело в голову назвать себя
Лидой, затем это трансформировалось в Лидок, а уж потом,
видимо, забыв, откуда ноги растут, соединили оба имени, и
получилось то, что мы сейчас имеем.

Кстати, в этом нет ничего удивительного. Подобные вещи
случались и ранее. Мою бабушку, к примеру, в семье называли
бабулей. Посчитав, что это имя, чрезвычайно юный Миша Крайский,
т.е. ваш покорный слуга, произвел на свет довольно любопытного
кентавра - бабушка Бабуля. И что бы вы думали? Все без
исключения родственники начали ее так называть...

В предбаннике не обнаружилось ни единой секретарши. Лишь
Чарли, задрав ноги на журнальный столик, сидел в одном из
кресел. Вообще-то, сидеть в этом кресле считалось привилегией
Миксера. Но того пару недель назад посадили за злостное
хулиганство - нанесение телесных повреждений некоему
физическому лицу, имевшему неосторожность бросить на улице не
очень лестную реплику в адрес Лили. Телесные повреждения были
из разряда тех, которые принято называть тяжкими (собственно,
он сделал из парня - наглого, между прочим, типа - то, что
миксер обычно делает со сливками), и ему присудили три года
тюрьмы, однако никто в "Гвидоне" не сомневался, что через
месяц-полтора Миксер уже выйдет на свободу.

Чарли перелистывал порнографический журнал, и мы успели
обсудить пару совершенно потрясающих кисок, прежде чем в
селекторе не послышалось деликатное покашливание Лили:

- Крайский, ты всегда был бабником самого примитивного
толка.

Мы с Чарли окаменели.

- Я даже вспомнила, что в школе тебя называли Похотливым
Колобком. Но я плачу тебе деньги отнюдь не за сальные репризы.
Сейчас же зайди ко мне.

Чарли прыснул со смеху.

- Похотливый Колобок... - борясь с очередным приступом
веселья, выдавил он из себя. Журнал с его колен свалился на
пол. - Похотливый Колобок...

- Чарли, заткнись, - проговорила Лили.

Чарли поднял журнал, посмотрел на меня и выразительно
ткнул пальцем в направлении кабинета. Затем вновь поперхнулся
смехом: