"Андрей Белый. Маски ("Москва" #3) " - читать интересную книгу автора

Андрей Белый


Маски

Москва - 3


[Image001]


OCR Busya http://lib.aldebaran.ru/
"Андрей Белый "Москва"": Советская Россия; Москва; 1990

Аннотация

Романы Андрея Белого "Московский чудак", "Москва под ударом" и "Маски"
задуманы как части единого произведения о Москве. Основную идею автор
определяет так: "...разложение устоев дореволюционного быта и индивидуальных
сознаний в буржуазном, мелкобуржуазном и интеллигенстком кругу". Но как у
всякого большого художника, это итоговое произведение несет много духовных,
эстетических, социальных наблюдений, картин.

Андрей Белый
Маски

Вместо предисловия

Роман "Маски" есть второй том романа "Москва", обнимающего в задании
автора 4 тома. Второй том рисует предреволюционное разложение русского
общества (осень и зима 16-го года); третий том в намерении автора должен
нарисовать эпоху революции и часть эпохи военного коммунизма; четвертый том
обнимает эпоху конца нэпа и начала нового реконструктивного периода; таково
намерение автора, который должен оговориться: намерение - не исполнение,
тот, кто намеревается, мыслит механически, рассудочно, квантитативно;
процесс написания, т. е. процесс обрастания намерения, как абстрактной
конструкции, образами есть выявление тех новых качественностей, в которых
квантитативное мышление, так сказать, заново вываривается; мышление
образами - квалитативно, мышление в понятиях - квантитативно. Художественное
произведение есть синтез обоих родов мышления: и как всякий конкретный
синтез, оно является порой сюрпризом для автора.
Таким сюрпризом явился для меня второй том романа "Москва",
долженствовавший включить февральскую и октябрьскую революции. Но в процессе
организации текста тема разрасталась; и подход к революции автора усложнил
значительно для него ту художественную платформу, с которой он хотел
показать своих героев в революции; сюжет разросся, и часть второго тома
неожиданно выросла в том; действующие лица, которых истинный характер
развертывается лишь в революции, остались в судьбах метаморфозы сюжета
второго тома, - в подпольи; они показаны сознательно в задержи, в
полумолчании, они заговорят лишь в третьем томе, такова фигура Тителева: