"Александр и Людмила Белаш. Кибер-вождь ("Война кукол")" - читать интересную книгу автора

Александр Белаш, Людмила Белаш


Кибер-вождь

Поняв, что "война кукол" бесперспективна и ведет только к уничтожению
лучших и самых совершенных киборгов, глава проекта "Антикибер" Хиллари
Хармон принимает неожиданное решение, обрекая себя тем самым на новую,
долгую и трудную борьбу. Теперь его противники - военные, подкомиссия
Конгресса и общественное мнение. Проект и жизни его новых "сотрудников"
висят на волоске. Но Хиллари слишком хорошо понимает, что поставлено на
карту и какие дивиденды сулит победа.

Как часто сжималось мое сердце
под действием сильнейшего из
аргументов: ты что же, один умный? -
неужели все другие должны заблуждаться
и заблуждались так долго?
Мартин Лютер
Не забывайте, что Чистилище - это
Ад, где еще есть надежда!
Филипп Фармер. "Мир Реки"

Жгуче-рыжий огонь расплава выплеснулся ему в лицо: это был последний в
жизни эпизод цветного зрения. Потом он долго видел одни бесформенные пятна,
рожденные зрительными зонами коры мозга, поскольку сетчатка в спекшихся от
ожога глазных яблоках отслоилась и смялась. Вскоре бесполезные остатки глаз
удалили.
- Синдром "лицо-руки", - слышал он даже под двойной дозой дорфалгина-Р.
После узнал - это когда непроизвольно хватаются руками за обожженное лицо.
Ладони влипли в горящий на лице жидкий пластик, и пламя стекло языками до
середины предплечий.
Ему казалось, что он-в глухом, давящем каменном шлеме и тесных колючих
перчатках; остальное тело - нелепый, неуклюжий груз, придаток слепой головы
и никчемных рук. От слепоты и плена тела он освобождался во время операций,
под наркозом - летал, рассыпался дождем и ходил по воде. Еще он был
свободным и зрячим во сне, а в реальность возвращался, словно в ад.
Пластик, всосавшись в поверхность ожогов, отравил почки; их заменили
фильтрующими протезами-диализаторами. Замены глаз пришлось ждать -
специалисты госпиталя "Бейс Рофеим" превращали очищенные глазницы в порты
для видеопротеза. И следователи, и адвокаты обвиняемых настаивали, чтобы он
визуально опознал тех, кто его искалечил.
Зрение включилось, как свет в темной комнате. Его предупреждали, что
оно будет монохромным, - так оно и оказалось.
- Дайте зеркало, - попросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Белесовато-серая карбонидная псевдокожа маской облепила лицо, обтянула
руки. Ногти - неживые, белые. Там, где прежде щурились, моргали, улыбались
светло-карие глаза - выпуклый, скругленный по углам модуль с окном-прорезью
от виска к виску. Чтобы плотнее втиснуть в неровности лица растровую
бинокулярную камеру, ему сточили носовые кости, просверлили скулы и лоб с