"Уильям Бекфорд. Ватек (Арабская сказка) " - читать интересную книгу автора

Дворец _Благоуханий_, который назывался также _Поощрением
Чувственности_, состоял из нескольких зал. Даже днем там горели факелы и
ароматические лампы. Чтобы развеять приятное опьянение этого места, сходили
в обширный сад, где от множества всяких цветов воздух был сладок и
крепителей.
В пятом дворце, называвшемся _Убежищем Радости_, или _Опасным_, жило
несколько групп молодых девушек. Они были прекрасны и услужливы, как гурии,
и никогда не принимали плохо тех, кого халиф желал допустить в их общество.
Несмотря на то что Ватек утопал в сладострастии, подданные любили его.
Полагали, что властитель, предающийся наслаждениям, по крайней мере столь же
способен к управлению, как и тот, кто объявляет себя врагом их. Но его
пылкий и беспокойный нрав не позволил ему ограничиться этим. При жизни отца
он столько учился ради развлечения, что знал многое; он пожелал, наконец,
все узнать, даже науки, которых не существует. Он любил спорить с учеными;
но они не могли слишком далеко заходить в возражениях. Одних он заставлял
смолкать подарками; тех, чье упорство не поддавалось его щедрости,
отправляли в тюрьму для успокоения - средство, часто помогавшее.
Ватек захотел также вмешаться в теологические распри и высказался
против партии, обычно считавшейся правоверной. Этим он вооружил против себя
всех ревностных к вере; тогда он стал их преследовать, ибо желал всегда быть
правым, чего бы это ни стоило.
Великий пророк Магомет, наместниками которого на земле являются халифы,
пребывая на седьмом небе, возмутился безбожным поведением одного из своих
преемников. "Оставим его, - сказал он гениям, всегда готовым исполнять его
приказания, - посмотрим, как далеко зайдет безумие и нечестие Ватека: если
оно будет чрезмерно, мы сумеем должным образом наказать его. Помогайте ему
строить башню, которую он воздвигает в подражание Немвроду, {5} - не для
того, чтоб спасаться от нового потопа, как этот великий воин, но из-за
дерзкого любопытства, желающего проникнуть в тайны Неба. Что бы он ни делал,
ему никогда не угадать участи, ожидающей его!"
Гении повиновались; и в то время, как работники выводили за день один
локоть башни, они прибавляли за ночь еще два. Быстрота, с какой была
окончена эта башня, льстила тщеславию Ватека. Он думал, что даже
бесчувственная материя применяется к его намерениям. Этот государь, несмотря
на все свои знания, не принимал во внимание того, что успехи безрассудного и
злого суть первые лозы, которыми наносятся ему же удары.
Его гордость достигла высшего предела, когда, взойдя в первый раз по
одиннадцати тысячам ступеней своей башни, он взглянул вниз. Люди показались
ему муравьями, горы - раковинами, а города - пчелиными ульями. Это
восхождение необыкновенно подняло его в собственных глазах и окончательно
вскружило ему голову. Он готов был поклониться себе, как богу, но когда
взглянул вверх, увидел, что звезды так же далеки от него, как и от земли.
Невольному ощущению своего ничтожества Ватек нашел утешение в мысли, что все
считают его великим; к тому же он льстил себя надеждой, что свет его разума
превзойдет силу его зрения и он заставит звезды дать отчет в приговорах о
его судьбе.
Для этого он проводил большую часть ночей на вершине башни и, считая
себя посвященным в тайны астрологии, вообразил, что планеты предсказывают
ему удивительную будущность. Необыкновенный человек должен прийти из
неизвестной страны; он и возвестит об этом. Тогда Ватек с удвоенным