"Камил Бачу. Испытатель пилюль " - читать интересную книгу автора

почетная, я заказал себе новые визитные карточки.
Он вытащил из кармана одну карточку и протянул ее мне. Я прочитал:
"Мануэль Кэтхуз, испытатель пилюль. Шандоу, Итальянская улица, 8".
- Выходит, ты - что-то вроде научного сотрудника?
- Ну, куда там!
- Твоя лаборатория обслуживает птицеферму?
- С чего это пришло тебе в голову?
- Да я подумал, что вы кормите этими пилюлями кур.
- Вовсе нет.
- Так что же ты с ними делаешь, Мэнни?
- Глотаю их.
- А что в них есть - витамины?
- Всякая всячина. Дело заключается в следующем: стоит кому-нибудь
изобрести новый препарат, особенно такой, который рекламируется как
чудодейственный, то первый, кто испытывает его на себе, - это я.
- Выходит, ты - подопытный кролик?
- Вот именно!
Мэнни встал, расправил плечи, ударил себя кулаком в грудь и снова
уселся. Немного помолчав, он сказал:
- Нелегко в наше время содержать семью, Гарроу. Ведь кругом уйма
безработных. Конечно, если бы я не женился, то вряд ли взялся бы за это
дело. Уж лучше бродяжничать. Эти идиоты, чего доброго, могут и отравить меня
по ошибке.
- Кто выдумал такую работу?
- Я сам. Я четыре месяца работаю в фирме "Туби энд Туби" помощником
лаборанта. За это время мне уже тысячу раз объясняли, как выгодно быть
двуногим подопытным кроликом, человеком с луженым желудком, железным сердцем
и стальными мускулами. Человеком, готовым на любой риск. Между нами говоря,
риск не так уж велик. У меня всегда под рукой противоядие.
Он вынул из кармана несколько флакончиков и показал их мне.
- Например, капли из первого пузырька я принимаю, когда мне становится
плохо, и через несколько минут начинается рвота - выворачивает буквально
наизнанку. Капли из второго пузырька ослабляют эффект пилюли, а капли из
третьего - вовсе его уничтожают, Все отлично продумано. Ну, я и сказал себе:
"А почему бы и не рискнуть? Летчиков-испытателей на свете много - не меньше
десяти тысяч. А вот испытатель пилюль я единственный".
- Послушай, Мэнни, - сказал я. - У нас в редакции нашлось бы для тебя
место, и работать тебе особенно не придется. Ты только наблюдай, а писать
буду я. У тебя наметанный глаз, жизнь ты знаешь, вот и станешь чем-то вроде
репортера.
- Нет, она не согласится.
- Кто "она"?
- Жена. Пойми, Гарроу, каково ей было бы, если бы я стал репортером в
жалкой газетенке, после того как был пилотом? Она решила бы, что это предел
падения. Не обижайся, но с тобой дело проще - ты прирожденный журналист. А
теперь скажи честно: тебе самому нравится эта идея - испытание пилюль?
- Жуть!
- Значит, тебе такая работа не нравится?
- Нет, скорее пугает.
- М-да... Дело вкуса. Видишь ли, Гарроу, я, собственно, пришел