"Ричард Бах. Хорьки-детективы: Дело о Благородном Поступке ("Хроники Хорьков" #5)" - читать интересную книгу автора

Трилистник не сдавалась.
- Но разве вы не сбиты с толку? - спросила она. - Разве вас не
удивляет, что я явилась перед вами из воздуха, явилась вашим видением о
будущем, которая почему-то знает каждую строчку ненаписанной вами книги. Эта
книга, по-вашему, лишь плод игры вашего ума? Может быть, - хорьчиха
помедлила в поиске нужных слов, - война разрушила вашу любознательность, и я
вправду пришла не по адресу, а вы - другой Аведой Мерек?
- Будущее... - хорек-философ будто впервые произнес это слово. - Если
вы - мое будущее, то... - Он с удивлением посмотрел на Трили, - эта война не
станет концом света!
Трилистник почувствовала, что напряжение спало.
- В мое время, сэр, мы забыли вашу войну! В мое время войны
непредставимы. Благодаря вам. "Путь хорьков" так глубоко вошел в нашу
культуру, что мы не способны воевать. Вы не помните? "Для того, кто читает,
любит и живет, "Путь хорьков" становится источником света, который
облагораживает не только свой, но и другие, далекие миры!"
- Вы создали цивилизацию по книге, которой я не писал. Это не мои идеи,
я их не знаю. Как могу я их распространять?
- Очень просто, - ответила Трилистник устало, - о них вам расскажу я!
Хорек, сидящий за столом, уставился на нее, ошеломленный парадоксом.
Затем, в первый раз с тех пор, как ракеты стали падать на Ферру, Аведой
Мерек рассмеялся.

Глава 12

- Разве вы забыли, сэр?
Хорьчиха Трилистник стояла у развороченной стены. Она знала, что все
это видит во сне, и не боялась высоты.
- Вы сказали, сэр, что это - не законы, а Правила Этикета, по которым
хорьки могут жить, если захотят. Вы показали эти Правила тем, кого вы
любите, а затем всем остальным, и эти Правила, написанные для одного, стали
основой новой цивилизации...
Аведой Мерек писал на клочке обугленной бумаги, на языке древней Ферры,
и слова эти были эхом его собственных слов, прочитанных многими давно
ушедшими поколениями.
- ...миллионов, - прошептал он.
Трилистник замолчала, наблюдая за ним. Состояние пишущего хорька было
похоже на транс.
"...Эти Правила Этикета станут для вас и всех, кто придет после вас,
законами. Они поднимут вас над раздорами и разрушениями - сейчас и навеки".
Аведой Мерек уже не думал о том, что слишком поздно, что нет надежды,
что один хорек бессилен спасти разрушенную планету. Буквы летели из-под его
лап, ложась на бумагу готовым текстом знаменитых Правил.
Любое мое действие, которое может причинить вред другим, я должен
вначале испытать на себе.
Я обязан относиться с той же мерой уважения и доброты к равным мне,
старшим и щенкам, с какой я отношусь к самому себе.
Я утверждаю, что все свободны жить, думать и веровать так, как они
хотят. В той же мере свободен и я.
Каждый мой день будет прожит и каждый выбор сделан ради высшей истины.