"Михаил Авдеев. У самого Черного моря (Книга 3) " - читать интересную книгу автора

Михаил Васильевич Авдеев

У самого Черного моря. Книга III

Об авторе и его книге

Краткое свидетельство фронтовой газеты "Черноморский летчик" за август
1944 года: Михаил Авдеев и Константин Алексеев первыми среди
летчиков-истребителей-черноморцев удостоены звания Героев Советского Союза.
А позади был нелегкий, полный тяжелейшего ратного труда путь.
Пожалуй, не было на Черноморье ни одной сколько-нибудь серьезной
операции, в которой не принимал бы участия Авдеев со своими отважными
летчиками.
Авиаполк, где служил, а впоследствии и командовал которым Михаил
Васильевич, уже в феврале 1942 года стал Гвардейским, позднее -
Краснознаменным. Сотни сбитых немецких самолетов, тысячи уничтоженных солдат
и офицеров противника, - таков доблестный путь полка к Победе.
В сотнях сбитых этим полком гитлеровских машин - семнадцать на личном
счету автора этой книги, ныне генерал-майора авиации в отставке. Его ратный
подвиг Родина отметила Звездой Героя, орденом Ленина, шестью орденами
боевого Красного Знамени, многими другими наградами.
Читатель уже знаком с первыми двумя книгами трилогии, вышедшими в нашем
Издательстве в 1968 и 1970 гг. В них рассказывалось о подвиге защитников
Севастополя, Кавказа, о мужестве советских летчиков, противостоявших
наступающим фашистским воздушным армадам.
Теперь курс Авдеева и его асов лежит на Запад. Пришло время возмездия,
время Победы. Об этом - третья, заключительная, книга автора, которую мы
адресуем не только бывшим фронтовикам, но и широкому кругу читателей.

ВОЗМЕЗДИЕ

Утро в таманской степи

Степь просыпалась. Вначале и небо и земля были неразличимы - только по
ярким южным созвездиям угадывалась бездонная глубина, опрокинутая над
землей.
Потом появилась тусклая стального цвета полоска. Она начала розоветь,
поджигая ранее невидимые в темноте облака. И вдруг на всем исполинском
просторе, который только мог охватить взгляд, начался торжествующий праздник
света, в котором участвовали, казалось, все цвета радуги.
- До чего же хорошо!.. - Капитан Гриб сказал это так тихо, словно
боялся вспугнуть тишину. - Сколько лет прожил на свете, а такого еще не
видел.
- В мирное время ты просто не дежурил ночью на аэродроме, - поддразнил
его я.
- В мирное время... В мирное время... - Гриб машинально повторил мои
слова. - А я смотрю вот сейчас на это волшебство, среди такой тишины, и,
кажется, никакой войны нет, и что вчерашние бои - тяжелый сон, что это, - он
оглядел степь и небо, - никогда не кончится...
Мы долго сидели молча.