"Айзек Азимов. Машина - победитель" - читать интересную книгу автора

это, лишь изредка подправляя очевидные искажения. Когда небо не обрушилось
на меня, я осмелел. В конце концов, я просто сам выдумывал все необходимые
сведения и даже использовал Мультивак для составления подобных отчетов,
которые потом вводил в него.
Яблонский неожиданно улыбнулся, блеснув темными глазами.
- Три раза мне докладывали о незарегистрированном использовании
Мультивака, и я закрывал на это глаза. Ведь все, что касалось гигантской
машины, в те дни не имело никакого значения.
- То есть как? - опешил Гендерсон.
- Да-да. Я молчал по той же причине, что и ты, Джон. Вообще - с чего
вы взяли, что Мультивак был исправен?
- Как, он не был исправен? - спросил Свифт.
- Правильнее сказать, был не совсем исправен. Просто на него нельзя
было положиться. В конце концов, где находились мои техники в последние
годы? Обслуживали компьютеры на тысячах всевозможных космических объектов.
Для меня они пропали! Остались зеленые юнцы и безбожно отставшие ветераны.
Кроме того, я не мог доверять компонентам, поставляемым "Криогеникс", - у
них с персоналом обстояло еще хуже. Так что, насколько верной была
вводимая в Мультивак информация, значения не имело. Результаты были
ненадежны. Вот что я знал.
- И как ты поступил? - спросил Гендерсон.
- Как и ты. Я интуитивно корректировал результаты - вот как машина
выиграла войну.
Свифт откинулся на стуле и вытянул перед собой длинные ноги.
- Вот так открытия... Выходит, в принятии решений я руководствовался
выводами, сделанными человеком, на основании человеком же отобранной
информации?
- Похоже, что так, - подтвердил Яблонский.
- Значит, я был прав, не обращая никакого внимания на советы
машины...
- Как?! - Яблонский, несмотря на только что сделанное признание,
выглядел оскорбленным.
- Да. Мультивак, предположим, говорил: метеорит появится здесь, а не
там; поступайте вот так; ждите, ничего не предпринимайте. Но я не был
уверен в верности выводов. Слишком велика ответственность за такие
решения, и даже Мультивак не мог снять ее тяжести. Но, значит, я был прав,
и я испытываю сейчас громадное облегчение.
Объединенные взаимной откровенностью, они отбросили титулы. Яблонский
прямо спросил:
- И что ты сделал тогда, Ламар? Ведь ты все-таки принимал решения.
Каким образом?
- Вообще-то, мне кажется, нам пора возвращаться, но у нас еще есть
несколько минут. Я использовал компьютер, Макс, но гораздо более древний,
чем Мультивак.
Он полез в карман и вместе с пачкой сигарет достал пригоршню мелочи,
старых монет, бывших в обращении еще до того, как нехватка металла
породила новую кредитную систему, связанную с вычислительным комплексом.
Свифт робко улыбнулся.
- Старику трудно отвыкнуть от привычек молодости.
Он сунул сигарету в рот и одну за другой опустил монеты в карман.