"Петр Аршинов. История махновского движения " - читать интересную книгу автора

Петр Аршинов


ИСТОРИЯ МАХНОВСКОГО ДВИЖЕНИЯ

-----------------------------------------------------------------------

ПРЕДИСЛОВИЕ

Приступая к этой книге, читателю прежде всего важно знать, с какого
рода работой он имеет дело: с серьезным ли и добросовестным исследованием -
или же с фантастическим и безответственным вымыслом? Может ли он отнестись к
автору с доверием - по крайней мере, в области сообщаемых фактов, данных и
материалов? Достаточно ли беспристрастен автор, и не искажает ли он истину -
в оправдание своей идеи, в вящее посрамление идей противника?
Вопросы далеко не праздные.
К источникам о махновском движении следует подходить с величайшей
осмотрительностью. Читатель поймет это, если вдумается в некоторые
характерные особенности движения.
С одной стороны, махновщина - явление громадного размаха, величия и
значения, развернувшееся с исключительной силой, сыгравшее в судьбах
революции колоссальную и чрезвычайно сложную роль, выдержавшее титаническую
борьбу со всеми видами реакции и не один раз спасавшее революцию от
разгрома, - явление необычайно богатое яркими, красочными эпизодами и
заставившее говорить о нем, интересоваться им не только в России, но и за ее
пределами. При этом махновщина возбудила к себе в самых различных лагерях -
и реакционных, и революционных - самые разнообразные чувства: начиная от
жгучей ненависти и вражды, переходя к недоумению и, далее, к недоверчивому и
подозрительному отношению и кончая чувством глубочайшей симпатии и
восхищения. Что же касается монополизировавших революцию коммунистической
партии и "советской" власти, то с ними махновщина вынуждена была, после
долгих перипетий, вступить - как и с реакцией - в ожесточенное единоборство,
причем нанесла и партии, и власти ряд ощутимых физических и моральных
ударов. Наконец, личность самого Махно - сложная, яркая и сильная, как и все
движение, - также привлекла к себе всеобщее внимание, вызывая в одних
простое любопытство и недоумение, в других - тупое негодование или
бессмысленный страх, в третьих - непримиримую ненависть, а в четвертых -
беззаветную любовь...
Естественно, что махновщина побуждает браться за перо многих
"повествователей", толкаемых всякого рода соображениями, ничего общего не
имеющими ни с подлинным знанием дела, ни с живым стремлением поделиться этим
знанием, беспристрастно изложить и осветить предмет, зафиксировать и
предоставить в распоряжение будущего историка точный материал. Одних
заставляет хвататься за перо политический расчет: потребность оправдать и
укрепить свою позицию, втоптав в грязь и оклеветав враждебное движение и его
деятелей. Другие считают своим долгом просто лишний раз лягнуть недоступное
их пониманию, напугавшее или потревожившее их явление. Третьих поощряют -
легенда, создавшаяся вокруг движения, сенсационность темы, острый интерес к
ней со стороны "широкой публики", соблазнительная возможность заработать
несколькими страницами романа. Четвертых, наконец, разбирает просто