"Келли Армстронг. Призрак ("Женщины иного мира" #5) " - читать интересную книгу автора

закапала кровь. Она коснулась алых капель кончиком пальца, поднесла руку к
лицу и, вдохнув железистый запах, слизнула кровь.
Никса неуверенно поднялась на ноги. Ей и раньше приходилось принимать
человеческий облик, но совсем иначе, не подселяясь к живому существу.
Огромная разница. Неудобно... хотя интересно.
Она подняла голову и принюхалась. Близился рассвет. Пора приниматься за
работу.
Миску с супом для отца маркизы никса несла перед собой как драгоценный
дар, наслаждаясь исходящим от нее теплом. В замке царил холод, в коридорах
немилосердно дуло. Она приказала слугам растопить камин, и те, почтительно
бормоча, поспешно удалились, так ничего и не сделав. Непростительная
дерзость. Будь она госпожой... Впрочем, это тело - временное пристанище,
избранное для проверки заклинания.
Она вошла в комнату, взглянула на старика, сидящего к ней спиной, а
потом - на миску отравленного супа. Может быть, на сей раз яда окажется
достаточно. Мари-Мадлен испытала отраву на служанке, Франсуазе. Девчонка не
умерла, и Жоден Сен-Круа, любовник маркизы, увеличил дозу, решив, что лишний
раз яд испытывать не стоит, должно хватить и этого.
Бестолковые лентяи все делают по-глупому и ничего не доводят до конца.
Точно так же, как их слуги, которым лень выйти из замка за дровами. Так бы
их и проучила! Не исключено, что и проучит. Никса пересекла комнату, глядя
на миску с супом, и вдруг поняла, что выбор за ней. Накормить ядом отца
Мари-Мадлен или ленивую прислугу? Впервые она оказалась действующим лицом, а
не зрителем.
Триста лет ей пришлось ждать и надеяться, что кто-нибудь воспользуется
решимостью, которую она предлагала. В обмен она наслаждалась приносимой
болью, страданием и хаосом. Если задуманное не удавалось, она оставалась
голодной и беспомощной, как уличная попрошайка, мечтающая о корке хлеба.
Попрошайками называют род никсов людские сказания - ничтожные людишки
насмехаются над демидемонами, над их зависимостью от человеческих желаний. И
все же она здесь, и в руках у нее - смерть, которая выпадет тому, кому она
пожелает. Никса улыбнулась. Быть может, она проведет в этом теле чуть
дольше, чем рассчитывала Мари-Мадлен.
Услышав шаги, отец маркизы обернулся.
- Не беспокойся, родная.
- Дочерний долг. - Никса присела в реверансе. - К тому же, услужить
родному отцу всегда в радость.
- А что за радость для отца иметь такую дочь! - просиял старик. -
Теперь ты видишь, как я был прав насчет Жодена Сен-Круа. Твое место рядом с
мужем и отцом.
- Мимолетное увлечение, - склонила голову мнимая маркиза. - Остался
лишь стыд, ведь я опозорила семью.
- Забудем об этом, - проговорил отец Мари-Мадлен, гладя ее по руке. -
Постараемся воздать должное времени, что мы проведем вместе.
- Для начала воздай должное этому супу, отец, пока он не остыл.
Следующие четыре дня д'Обри медленно и мучительно умирал. Никса сидела
у его постели, делая все, что в ее силах, и отлично зная, что ему ничего уже
не поможет. Показная забота служила отличным предлогом для того, чтобы быть
рядом, упиваясь страданиями старика. Умирая у нее на руках, он с последним
вздохом благодарил дочь за все, что она сделала.